Закон стаи

"Назвать деспота - деспотом, всегда было опасно.

А в наши дни также опасно назвать раба - рабом"

Р. Акутагава

 

Следующая статья является логическим продолжением работы "Принцип Стаи". Как родовые законы и принципы преобразуются для больших объединений людей (племенных и родовых союзов)? Где эта логическая связь? Что такое "народовластие" в понимании наших далеких предков и чем оно отличается от современного понимания демократии? Что такое "народ" вообще и где эта тонкая граница между настоящим гражданином своей страны и обывателем, между стаей и стадом? На эти и другие вопросы мы вместе попытаемся найти ответы.

 

Народ - забытое понятие

 

В настоящее время для обывателя слово "демократия" стало практически синонимом "всеобщего равноправия". Однако это является очень опасным заблуждением. Современная американская "демократия" - новорожденное дитя двух Мировых Войн, не имеющее никакого отношения к настоящей демократии (demos cratos - др. гр. буквально "народовластие"). И то, что сейчас называют красивыми греческими словами, за последние сто лет стало лишь фикцией, раздутой до мировых масштабов транснациональными корпорациями.

 

Естественно, можно возразить, что события, развернувшиеся в Киеве с 28 ноября 2004 года по 23 января 2005 года, и есть настоящее торжество демократии. Американской "демократии" - может быть. Но к настоящей власти народа эта хорошо спланированная и хорошо профинансированная мистификация государственного масштаба не имеет отношения. Все дело в том, что современные "демократы" и "правозащитники" намеренно подменяют термины, смешивая такие изначально различные понятия, как народ и толпа, население. Глубокий смысл, вкладываемый древними мыслителями в понятие народа, нам и предстоит выяснить далее.

 

Кроме того, нужно отметить, что греки — не единоличные авторы принципов народовластия. Именно народ управлял древними славянскими и скандинавскими государствами вплоть до IX-XV веков, когда власть была захвачена служителями церкви Христа и осуществлялась ими через князей и конунгов. Правление последних языческих князей совпадает с последними упоминаниями о народных собраниях - Вече. И хотя Тинги (народные собрания у германских и скандинавских народов) существовали вплоть до XIII века, а в Новгороде Великом вплоть до XV века, власть народного законодательного собрания после крещения была неполной. Какими критериями обладала настоящая демократия, последний языческий оплот, мы тоже выясним далее.

 

Демократия - власть элиты

 

Политическая система античной демократии родилась в Древней Греции. Вся история Эллады - это история самостоятельных в политическом отношении полисов (городов-государств, доминировавших над сельскими поселениями вокруг города). Форма государственного устройства в полисах не была одинаковой. Наряду с монархиями, существовали как аристократические, так и демократические республики. Разница между аристократическими и демократическими республиками состояла в кастовом составе законодательного народного собрания (экклесии).

 

Афины.

 

В греческом обществе кастовое деление было установлено законодательно. Так Тесей в XIII веке до н.э. объединил 12 обособленных поселений, населенных четырьмя племенными филами (кланами), вокруг крупного полиса - Афин. Этот крупный племенной союз и послужил толчком для развития институтов государства и права в Афинах. Именно во времена Тесея были установлены и записаны первые законы античной демократии.

 

Законодательная власть вместо базилевса (скипетродержателя - царя, верховного жреца и судьи) стала принадлежать народному собранию, а исполнительная - ежегодно избираемой народным собранием коллегии архонтов (военной и жреческой знати). Законы подготавливались реорганизованным советом старейшин - ареопагом, в который могли входить только бывшие архонты, как наиболее просвещенные в государственных делах люди. Власть народного собрания была высшей.

 

Важно заметить, что народом Афин (людьми, принадлежащими к трем основным кастам и имеющим права голоса на народном собрании) являлись исключительно свободные греки(!) мужского пола в возрасте не моложе 20 лет, имеющие какую-либо родовую или частную собственность. К ним относились эвпатриды (военные и жреческие роды), геоморы (земледельческие роды) и демиурги (ремесленники). Ни рабы (охлос, илоты), ни свободные иностранцы (метеки), ни тунеядцы (плебс) гражданских прав в Афинах не имели и в народном собрании не участвовали. Что вполне логично, ведь они не были военнообязанными, не владели землей и частной собственностью, поэтому не могли решать вопросы мира и войны, налогов (они их не платили) и государственных жалований (они их не получали). Совокупная же численность охлоса, плебса и метеков более чем в десять(!) раз превышала число граждан, обладавших правом голоса на экклесии.

 

Зато социальные права трех основных каст в Афинах были абсолютно равны. Любой гражданин мог подать жалобу в суд присяжных (гелиэю) даже на ареопаг или коллегию архонтов. Самые значительные экономические и политические преступления против афинского общества рассматривались народным собранием. Взяточничество, ложный донос, обман народного собрания, продвижение несоответствующего закону законопроекта грозило смертной казнью даже самым знатным эвпатридам. С архонтом Клисфеном связано возникновение остракизма (суда с тайным голосованием). Народное собрание путем остракизма могло изгнать из Афин всякого, кто приобрел чрезмерное влияние и представлял угрозу государству, всеобщему миру и афинской демократии. Такие жестокие, только на первый взгляд, законы обеспечили полное отсутствие коррупции в афинском государстве. Сравните с современными "демократическими" институтами судебной власти и нашими либеральными законами, будто специально, созданными для развития коррупции.

 

Когда в VI веке до н.э. иностранные ростовщики, обосновавшиеся в стремительно растущем городе-государстве, практически привели к краху экономику Афин, пришла пора реформ, дабы избежать массовой резни метеков геоморами. Солон, избранный в 594 году до н.э. архонтом, отменил множество долговых камней, выполнявших функцию расписки, значительно повысил авторитет народного собрания и создал первое подобие парламента - Совет 400,  по 100 представителей от каждой племенной филы. В Совет 400 мог быть избран собранием филы любой гражданин Афин, принадлежащий к данной филе, независимо от кастовой принадлежности. Но этот Совет лишь частично выполнял функции ареопага и народного собрания. Считается, что именно в VI веке до н.э. при правлении Солона были разработаны философские учения положившие начало современной демократии.

 

Спарта.

 

Спарта была полисом с сильными родовыми традициями, что сильно отличало ее от Афин. Частная собственность, свойственная афинской демократической республике, отсутствовала. Все материальные ценности, рабы и земля находилась исключительно в государственной собственности. По сути, граждане Спарты были довольно небольшой группой правящего класса. Численность же остального населения Спарты превышала численность граждан во многие десятки раз.

 

Частые военные конфликты сделали воинскую профессию практически единственно возможной для граждан Спарты. Именно поэтому спартанцы большое внимание уделяли воспитанию, с раннего возраста прививая детям любовь к Родине и понятия воинской чести. Ремеслом и земледелием в основном занимались рабы, захваченные в результате военных действий. Важно заметить, что илоты Спарты имели более привилегированное положение по сравнению с положением рабов в Афинах т.к. отдавали государству всего лишь половину произведенной продукции.

 

Народное собрание Спарты ежегодно избирало эфорат (орган общественного надзора за деятельностью должностных лиц) и герусию (совет старейшин). Избранным в эфорат мог быть любой свободный гражданин Спарты, принадлежащий к какой-либо филе и достигший 30-летнего возраста. Эфорат наделялся народным собранием абсолютной властью (увольнять и предавать суду народного собрания любое должностное лицо, включая даже царя) и был подотчетен только народному собранию и своим приемникам. Геруссия же обладала исключительно законодательной инициативой, подготавливая законопроекты, которые в свою очередь должны были рассматриваться народным собранием. Должность геронтов (старейшин) могла замещаться гражданами, достигшими 60-летнего возраста.

 

Таким образом, видно, что афинская и спартанская демократии во все времена, вплоть до гибели этих государств, служили интересам граждан - трудовой и воинской элиты свободных греков, строивших полисы и трудившихся во благо своего государства, созданного кровью и потом предков. А необходимый имущественный и национальный ценз отделял иностранных ростовщиков, тунеядцев, изгоев и преступников от законодательной власти. Отмена жестких цензов на гражданство в античных демократиях не приходила в голову даже самым прогрессивным философам и политикам того времени. Невозможно было помыслить о том, что Закон (как следствие получения гражданских прав) можно отдать в руки людей недостойных подобной чести и ответственности.

 

Тинг - демократия Нордов

 

Временем зарождения античной демократии можно назвать XIII век до н.э. Зато время возникновения тингов, народных собраний германских и скандинавских племен, назвать крайне затруднительно. Считается, что тинги различных племен и племенных союзов существовали издревле. Упоминания о них можно без труда найти в сагах. Но судить по таким обрывочным данным о возрасте данного социального института невозможно по той простой причине, что большинство саг датируются X-XI веками. Попробуем здесь выделить две крайних точки, доступные из анализа фактического материала: первое и последнее упоминание.

 

Германия.

 

К одному из самых ранних упоминаний о тингах можно отнести труд Тацита "О происхождении германцев и местоположении Германии" датируемый II веком н.э. Так римский историк описывает распределение обязанностей между различными совещательными органами древних германцев: "О делах, менее важных, совещаются их старейшины, о более значимых - все; впрочем, старейшины заранее обсуждают и такие дела, решение которых принадлежит только народу". Чуть далее в своем исследовании историк дает понять, что народные собрания германцев не сборище неорганизованной толпы, а вполне цивилизованное собрание, на котором по определенным правилам ведется обсуждение насущных племенных проблем: "Когда народ сочтет, что пора начинать, они рассаживаются вооруженными. Жрецы велят им соблюдать тишину, располагая при этом правом наказывать непокорных. Затем выслушивается царь и старейшины в зависимости от их возраста, в зависимости от знатности, в зависимости от боевой славы, в зависимости от красноречия, больше воздействуя убеждением, чем располагая властью приказывать. Если их предложения не встречают сочувствия, участники собрания шумно их отвергают; если, напротив, нравятся, - раскачивают поднятые вверх фрамеи".

 

Важно заметить, что тинг был не только законодательным органом, но и судебным: "На таком народном собрании можно также предъявить обвинение и потребовать осуждения на смертную казнь". Кроме того, именно тинг назначал основные государственные должности: "Царей они в_ы_б_и_р_а_ю_т из наиболее знатных, вождей - из наиболее доблестных... На тех же собраниях также избирают старейшин, отправляющих правосудие в округах и селениях" [разрядка моя]. Становится очевидным, что во времена Тацита царь (или вождь) у германцев был не более чем военной государственной должностью, назначаемой народным собранием, а, следовательно, не имел всей полноты власти, свойственной деспотичному правлению. Такая власть, по сути, не могла быть наследственной. Кроме того, в то время еще отсутствовали какие-либо репрессивные органы, и правосудие отправлялось исключительно жрецами, как хранителями древних знаний и родовых законов. Осудить же на смерть без одобрения тинга не могли даже они.

 

Хотя в труде Тацита нет прямого указания на то, кто же допускался на тинг в то время, но можно делать определенные предположения, опираясь на косвенные данные: "Вольноотпущенники по своему положению не намного выше рабов; редко, когда они располагают весом в доме патрона, никогда - в общине, если не считать тех народов, которыми правят цари. Там вольноотпущенники могут возвыситься и над свободнорожденными; а у всех прочих приниженность вольноотпущенников - признак н_а_р_о_д_о_п_р_а_в_с_т_в_а"[разрядка моя]. Становится очевидным, что тинги были племенным (клановым, родовым) собранием и чужакам (даже свободным) было там не место. Показателен также другой отрывок: "Бросить щит - величайший позор, и подвергшемуся такому бесчестию возбраняется присутствовать на священнодействиях и появляться в народном собрании". Оружие в то время могли носить только мужчины, достигшие определенного возраста, имеющие достаточные средства для его приобретения\изготовления, прошедшие соответствующее посвящение\инициацию. Опять на лицо строгий половой, возрастной, имущественный, морально-этический и национальный ценз.

 

Таким образом, видно, что власть народного собрания в Германии II века н.э. была высшей. Но при этом, ни о каком всеобщем равноправии не могло быть и речи. Трус или раб (пусть даже бывший) не имели права присутствовать на тингах, потому что народное собрание было своего рода священнодействием, а власть - священной. Допустить же к священнодействию чужака или человека без чести было просто немыслимо.

 

Исландия.

 

Наиболее четко возникновение и деятельность тингов, как института народовластия, можно проследить в истории Исландии. В то время как тинги потеряли свое значение на территории всего скандинавского полуострова и в Европе, в Исландии власть народных собраний сохранялась наиболее долго. Колонизация Исландии проходила в период с 870 года по 930 год. Затем историки выделяют период становления административной системы на острове с 930 по 1005 год. Как независимая демократическая республика Исландия существовала вплоть до падения перед норвежскими завоевателями в 1264 году.

 

Причин стойкости самого древнего института самоуправления на острове можно выделить несколько. Во-первых, в Исландии позже всех других скандинавских стран появилось христианство, успешно разрушившее древние социальные институты на материке. Официально годом "крещения" Исландии церковные источники называют 1000 год, хотя древняя вера предков мирно сосуществовала на острове с иудохристианством до момента завоевания Исландии норвежским конунгом (королем). Во-вторых, первопоселенцы в основной массе были бондами (земледельцами), бежавшими от власти конунгов, становившейся на скандинавском полуострове под влиянием церкви все более деспотичной. Исландские саги рассказывают о том, что многие состоятельные и знаменитые норвежцы бежали на остров от агрессивного правления Харальда Прекрасноволосого. Неудивительно, что исландцы не желали выбирать конунга на новом месте.

 

Важным отличием исландских народных собраний является то, что поселенцы были оторваны от своих племенных корней и народные собрания, созываемые на острове, собирались исключительно по территориальному признаку, создавая административные границы районов. А тинги, созываемые на материке, были племенными (клановыми, родовыми) и само их существование, как института народной власти, противоречило интересам церкви и конунгов.

 

Поселенцы хотели не допустить анархии, грозившей кровавыми распрями, но при этом желали оставаться как можно более самостоятельными. Тингам была отведена в зарождающемся обществе важная роль регулирования всех спорных вопросов, возникавших между бондами. Вместе с числом поселенцев острова росла и развивалась судебная и законодательная система.

 

Так, Gragas (свод законов, записанный в 1117 году; буквально "Серый Гусь") подробно описывает систему тингов, окончательно сформировавшуюся в 1005 году, после создания "пятого суда" - высшей судебной инстанции острова. Однако этот источник не дает какой-либо информации о народных собраниях Века Заселения (вторая половина IX - начало X века). Из других же источников нам известно о существовании тингов, организованных еще в начале колонизации Исландии. Так, в "Саге о людях с Песчаного Берега" (Eyrbyggja saga, оригинал утрачен) упоминается Торнесский тинг, а в "Книге об исландцах" (Islendingabok, написана предположительно в 1123 году) Ари Торгильссона упоминается тинг в Кьяларнесе, созданный еще Торстейном, сыном первопоселенца Ингольва Арнарсона. Наверняка существовали и другие тинги, созданные первыми поселенцами, но, к сожалению, фактический материал, подтверждающий это, отсутствует и нам остается надеяться на дальнейшие археологические открытия.

 

Важнейшим событием в становлении Исландии, как государства, стало создание Альтинга (AlÞingi, allmana Þingi - буквально "всеобщий тинг") и деление страны на четверти, что говорит о создании единого правового поля и определении административных границ локальных тингов. Большая часть законов была заимствована у Гулатинга (тинг юго-западной части Норвегии, откуда эмигрировало большинство исландцев) и переработана Торлейвом Мудрым. Как уже отмечалось выше, создание высшей судебной инстанции ("пятого суда") окончательно завершило становление правовых институтов. Простота и гибкость данной правовой системы, зафиксированной в Gragas'е, надолго обеспечили ее выживание. Так тинги потеряли свой статус в Исландии только после иноземного вмешательства и введения законов Jonsbok.

 

Перед тем, как рассмотреть, что же представлял собой тинг четверти и Альтинг нужно заметить, что законодательное народное собрание само по себе было для исландцев (да и для всех германских и скандинавских племен) сакральным действием. Тинги сопровождались праздничными гуляниями и жертвоприношениями богам, потому что созывались на праздники, либо по поводу важного события. Места проведения тингов также были сакральны (это капища, священные места, храмы). Из-за отсутствия власти конунга на острове институт жречества (goðorða) приобретает особые черты и функции, отличные от функций жрецов на материке. Поэтому вполне естественным становится то, что созывали тинги и председательствовали на них жрецы (goði).

 

"Сага о людях с Песчаного Берега" так рассказывает о типичной для того времени процедуре создания тинга: "[Торольв] обычно держал свои суды, где Тор пристал к берегу, там же он заложил и местный тинг" (Eyrbyggja saga, 4). Здесь, как и в других сагах (например, Landnámabók, 7), упоминается некий ритуал, когда с корабля в воду бросаются артефакты, которые указывают поселенцу место постройки деревни и капища. Из данного отрывка видно, что крупный землевладелец Торольв бросая в воду с корабля изображение Тора, вырезанное из дерева, определял места проведения народных собраний. Подобное место, указанное самими Богами, объявлялось сакральным. Кроме того, Торольв был главой крупного рода и жрецом Тора (вполне естественным для главы рода было исполнение жреческих функций). Исходя из этого, можно предположить, что сакральным было не только место проведения тинга, но и сама власть тинга.

 

Альтинг созывался раз в год и длился две недели. В этот период тингманами (þingman - буквально "человек тинга", человек, обладающий гражданскими правами в Исландии) принимались новые законы, а также проходили слушанья крупных судебных дел. Начиналось всеобщее собрание в конце десятой недели лета в четверг. К этому времени обязаны были съехаться все жрецы, ведающие локальными тингами и тингами четверти. Законотворческой ветвью всеобщего тинга была Логретта, в которой были представлены все четверти Исландии равномерно. И хотя правом заседать в Логретте обладали только жрецы, проект закона мог исходить от любого тингмана. Председателем Логретты был избираемый на три года законоговоритель (lögsögumaðr). Он обязан был поддерживать строгий регламент заседаний Логретты и Альтинга, быть арбитром в сложных делах, не решенных местными тингами, а также помнить дословно все принятые ранее законы (что было его основной обязанностью).

 

Деление страны на четыре административных области произошло в 963 году. В каждой четверти было решено организовать по три весенних тинга (т.е. разделить области еще на три района каждую). Так говорит об этом Gragas: "Должен каждый годи, который обладает древним и новым годордом назначать человека в суд, а тингов три должно быть в каждой четверти, и по три годи на каждом тинге. Тогда был бы тинг непрерывным". Это событие является важным шагом к окончательному становлению административной системы и заканчивает административное деление территории Исландии.

 

Заканчивая краткий экскурс в историю Исландии нужно заметить, что такая простая и одновременно гибкая демократическая система была создана самыми выдающимися людьми той эпохи: крупными землевладельцами и жрецами, элитой средневекового общества. Становятся понятными жесткие социальные цензы на замещение судейских должностей и должность законоговорителя. Исходя из сакральности самого тинга, становится понятен жесткий морально-этический и имущественный ценз на получение гражданских прав.

 

Рассмотрев две "крайних точки" фактических упоминаний в древних источниках о принципах самоуправления у германских и скандинавских племен можно предположить, что деспотизм был несвойственной формой правления этих народов. Скорее всего, основные принципы народовластия намного старше труда Тацита и корнями уходят в родовой строй. Кроме того, власть народного собрания была священна и нераздельна с жесткими цензами на гражданство.

 

Новгород - последняя славянская республика

 

Сложно достоверно установить время появления вечевых порядков в славянских землях. Как считал В.И. Сергеевич, опиравшийся на текст Лаврентьевской летописи: "по мнению начального летописца и позднейшего, жившего в конце XII века, Вече было всегда". В защиту данной гипотезы можно привести и свидетельство Прокопия Кесарийского: "Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве, и потому у них счастье и несчастье в жизни считается общим делом".

 

Еще в IX веке древние славянские города-государства можно было разделить по административному устройству примерно поровну на демократические республики и государства с деспотической княжеской властью, яркими представителями которых являются Новгород (находился немного севернее современного) и град князя Кия соответственно. Но уже к середине XII века Новгород являлся скорее исключением, чем одним из многих городов-республик. Самоуправление этому городу удалось сохранить до момента перехода в подчинение Москве в 1478 году.

 

Новгородская республика представляла собой государственное образование со столицей в самом Новгороде. Земли республики делились на пять частей, соответственно числу городских концов (районов) Новгорода, к ним относились такие города как Вологда, Торжок, Городец и пр. Сам же Великий Новгород до XV века по административному устройству представлял собой республику, образованную мелкими местными общинами. Самой мелкой административной единицей, пользующейся самоуправлением, были улицы во главе со старостой. Улицы объединялись в более крупные административные единицы - сотни, которые, в свою очередь, тоже пользовались долей самоуправления. Две сотни объединялись в концы. Союз пяти городских концов и являлся самоуправляемой общиной Новгорода. Важно заметить, что административное деление в точности соответствовало военному. Так, все упомянутые выше административные единицы представляли собой рекрутские округа (идентично афинской и спартанской республикам).

 

Вся полнота законодательной и судебной власти в городе принадлежала Вечу. Причем законопроекты для рассмотрения на Вече готовил так называемый совет господ (подобный афинскому ареопагу, спартанской герусии и германскому совету старейшин). Князь и городской голова (посадник) являлись выборными должностями (подобно королям и вождям древней германии) и занимались исключительно текущими делами, осуществляя военное и гражданское руководство соответственно. Княжеская власть была ограничена рядом (договором) с Вечем. Так, князь не имел права сам осудить на смерть свободного гражданина Новгорода без решения Веча, не имел права начинать какие-либо военные действия без соответствующей санкции Веча, снять без доказательств какое-либо должностное лицо, назначенное Вечем. Подобно исландскому Альтингу новгородское Вече рассматривало только самые крупные судебные дела, не нашедшие решения в местных народных судах.

 

Ошибочно думать, что вечевая сходка представляла собой хаотичное собрание толпы, где решение принималось только громкостью крика. Напротив, это было совещание, проводимое по четко определенным правилам. Председательствовали (следили за регламентом, но не руководили) на Вече князь, посадник и тысяцкий (позднее к председательствующим добавился митрополит). Фактов, подтверждающих четкую схему проведения сходки, в летописях содержится множество. Интересно также предположение современных исследователей, что участники собрания сидели, а не стояли. Это подтверждают множество летописных источников. Например, Лаврентьевская летопись так описывает начало киевского Вече 1147 года: "Придоша Кыян много множество народа и седоша у святое Софьи слышати". В новгородской летописи 1360 года за эту версию говорит следующий отрывок: "...и створися проторжь не мала на Ярославле дворе и сеча бысть: занеже славяне в доспесе подселе бяху [сели рядом], и раззгониша заричан, а они без доспеху были..."

 

В вечевом собрании мог участвовать любой взрослый свободный житель Новгорода мужского пола. Однако раскопки показали, что на Ярославском дворище (где согласно грамотам и летописям собиралось Вече) могло поместиться сидя на скамьях не более четырех сотен человек. Возможно, что Вече собирало исключительно родовую знать. Это подтверждает исследователь В. Л. Янин, говоря, что на раннем этапе существования Вече в нем принимали участие всего 300-500 владельцев крупных усадеб.

 

Важным отличием принципа принятия решений новгородским Вечем (а также тингами германских и скандинавских племен) от принципа принятия решений эклессией (заимствованного современными "демократами") было то, что решение принималось только в случае единогласного одобрения всем собранием, а не большинством голосов. Таким образом, принималось только то решение, которое было выгодно всем гражданам города. Это позволяло избежать множества конфликтных ситуаций, исключало неповиновение решению Веча.

 

Как видно из представленных фактов, новгородский парламентаризм по своему устройству практически идентичен афинской демократии и германскому народному самоуправлению. Скорее всего, по объективным причинам тут нельзя говорить о заимствовании внутреннего административного устройства. Более реальным выглядит предположение, что республика - закономерное звено в цепочке развития общественного устройства, следующее за родовым строем.

 

Закон Стаи

 

Как мы видим,  многими славянскими и скандинавскими народами власть почиталась священной. Так, например, свободолюбивые граждане Новгорода даже не помышляли о ликвидации института княжеской власти в принципе, хотя с каждым годом ограничивали княжеские вольности. Возможно, что сам принцип параллельной власти князя и Веча был заложен еще при распаде родового строя. Этот завет предков со временем стал священным каноном, который свято поддерживался институтом жречества и народом. Но сами князья при пособничестве церкви и уничтожили последние племенные институты власти, нарушив веками существовавшие правила.

 

Очевидно, что деспотизм, как военная диктатура, укрепился в славянских и скандинавских государствах с приходом христианства. Многие историки не вполне обоснованно меняют местами историческую последовательность, говоря что "короли укрепляли свою власть, крестив население". Более реально, на мой взгляд, предположить, что именно экспансия веры Христа привела к укреплению деспотизма, поломав исторически сформировавшееся (можно даже сказать, сакральное) административное устройство древних языческих городов-республик.

 

Именно из сакральности власти вытекают и все цензы на гражданство: половой, возрастной, морально-этический, имущественный, кастовый, национальный. Существование этих цензов очевидно во всех описанных выше демократических республиках. Что это? Совпадение или закономерность? Материалисты объяснят эту идентичность тем, что данные процессы закономерны при переходе от родового строя к государству (появление частной собственности, стремлением олигархической верхушки сохранить власть в своих руках и прочее). Если же мыслить не узколобыми марксистскими категориями, но более широко, категориями наших далеких предков, то картина приобретает несколько другие очертания. Тогда жесткие цензы на гражданство, осколки родовых (племенных, клановых) порядков, представляются нам залогом внутренней стабильности общественных образований.

 

И нет ничего удивительного в том, что гражданских прав навсегда лишались люди приступившие закон. Это было вполне логичным явлением, так как люди, не уважающие законов общества, не могут быть его частью и уж тем более участвовать в создании этих законов. Государственные же преступления многими народами вообще карались смертью. Это было залогом выживания нации и целостности государства на многие сотни лет вперед. Национальные цензы гарантировали сохранение культуры, основы любой нации, а также защищали права коренного населения, чьи предки создавали государство для своих потомков. А имущественные цензы, в свою очередь, гарантировали экономический рост государств, а также гарантировали права полезных для государства граждан (на чьи налоги это государство существовало).

 

Становится очевидным, что "народ", как определение граждан государства, понимался древними славянами несколько по-иному, нежели понимают современные "демократы". Народ - это не просто население, но совокупность достойных членов общества, потомков создателей государства, собственным трудом доказавших свое право на осуществление власти и гражданство.

 

"Власть" илотов

 

Что же мы видим, как торжество современной "демократии" и "народовластия"? У народа отобрали право непосредственного осуществления власти, заменив его мифическими выборами "народных" (а по сути олигархических) представителей (президентов и депутатов). А правом на осуществления и без того малого выбора стали обладать заключенные, наркоманы, недееспособные, умственно неполноценные, тунеядцы, представители не коренного населения.

 

И эта власть илотов и метеков названа "демократией". Растворились во тьме средневековья сами понятия сакральной власти и кастового деление, гарантированно отделяющее недостойных от законотворчества. Разрушены революциями последние законы, определяющие имущественные и национальные цензы, отделяющие отщепенцев от общества, а также административную систему страны от лоббирования выборов основных государственных должностей иностранным капиталом.

 

Назовем вещи своими именами: власть западных финансовых корпораций, поддерживаемая современным классом рабов, управляемых посредством СМИ, демократией не является. Это деспотизм мирового масштаба! Народ никогда не сможет вернуть власть в свои руки, пока не поймет, что навязанные нам принципы равноправия созданы специально для того, чтобы поддерживать деспотизм западных финансовых олигархий, современных денежных королей.

 

 

                                                                            Миролюб Кречет

Корсунь 836г. от падения Арконы (Севастополь 2004г.)

 

Оставить отзыв


Защитный код
Обновить

Материалы на нашем сайте обновляются практически ежедневно. Подпишитесь и первыми узнайте обо всём самом интересном!