В поисках Мерьямаа: волонтерство как средство возрождения мерянского наследия Центральной России Аапо Кихланки.

Магистерская диссертация посвящена волонтерской деятельности как средству поддержания неомерийского движения в Центральной России. Движение направлено на возрождение древнего финно-угорского.

Культурное наследие мерян, занимаясь культурной филантропией. Краеведение, издательская деятельность и художественные проекты — основные формы неомерянской деятельности, отражающей идеалы этнофутуристического культурного движения.

Неомерянское движение включает в себя разнородную группу добровольцев. Поэтому в исследовании неомерянская деятельность рассматривается как форма капитала. Теории Пьера Бурдье о символическом, культурном и социальном капитале составляют теоретическую основу исследования. Исследование показывает, что эти виды капитала тесно переплетаются в деятельности движения.
Мерянское культурное наследие живет в культурных архетипах, являющихся источником символического капитала. Эти архетипы выявляются посредством краеведческих исследований, а арт-проекты дают возможность их воспроизвести. Однако именно культурологическое осмысление этих архетипов побуждает добровольно выступать за дело мерянцев. Это понимание является предпосылкой тех символических обменов, которые превращают индивидуальные добровольные инициативы в социальный капитал.

Более того, исследование демонстрирует, что краеведение как вид массовой организационной деятельности может эффективно способствовать формированию гражданского общества постсоветской России. Интерес жителей Средней России к мерянскому габитусу показывает, что местное может быть источником культурного капитала. Этот габитус, проявляющийся в местных религиозных практиках и верованиях, закладывает нравственную основу гражданского общества.

Благодарности

Я хотел бы поблагодарить Центр филантропии Кентского университета за предоставленную мне возможность узнать о благотворительности и волонтерстве в вдохновляющей атмосфере. Я особенно благодарен Эдди Хоггу, научному руководителю моей диссертации, который проявил замечательное терпение, помогая мне разобраться в практике современных социальных исследований. Я благодарен активистам Мерян за их помощь. Их комментарии к моим исследовательским вопросам помогли мне найти осмысленный подход к теме Мериана, а их энтузиазм вдохновлял меня на протяжении всего исследовательского процесса. Наконец, я хотел бы поблагодарить мою жену Санну и моих детей Эльзу и Юссипекку за их любовь и поддержку.

Оглавление:

1. Введение

1. 1 Исследование
1. 2 Дизайн исследования
1. 3 Этика исследования

2. Обзор литературы

2. 1 Предыдущие исследования неомерийского движения
2. 2 Исследования древних мерянцев
2. 3 Культурный фон неомерийского движения
2. 4 Местные исследования
2. 5 Зеленые массовые организации

3. Данные и методы

3. 1 Данные
3. 2 Метод исследования
3. 3. 1 Тематические категории
3. 3. 2 Источник текстов
3. 4 Теория исследования

4. Современное мерьянство в искусстве и культуре

4. 1 Этнофутуристические художественные выставки
4. 2 Воспроизведение мерянского наследия
4. 3 Фестивали и представления

5. Обмен информацией

5. 1 Издательство
5. 2 Самиздат
5. 3 Финансирование Самиздата

6. Краеведение

6. 1 Индивидуальный характер краеведческой деятельности
6. 2 Тематический подход к краеведческим экскурсиям
6. 3 Определение тематических категорий
6. 4. 1 Область истории и языкознания
6. 4. 2 История и города
6. 4. 3 История и регион
6. 5. 1 Святилища
6. 5. 2 Святилища и деревни
6. 5. 3 Святилища и легенды
6. 5. 4 Святилища и религия
6. 5. 5 Символы
6. 5. 6 Религия и гражданское общество

7. Заключение

Список используемой литературы

Приложения

Приложение 1 Количество и доля текстов, опубликованных на портале Merjamaa
Приложение 2 Подкатегории тематической категории «Введение в текущий номер»
Приложение 3 Источники текстов, опубликованных на портале Merjamaa
Приложение 4 Количество и доля взаимосвязанных тематических категорий
Приложение 5 Подходы к религии в статьях, посвященных местам или регионам

1. Введение

1. 1 Исследование

В исследовании рассматривается добровольческая деятельность как средство поддержания неомерянского движения Центральной России. Неомерянское движение включает в себя разнородный набор людей, ассоциаций и устремлений, объединенных общей целью сохранения и возрождения мерянского наследия регионов Центральной России. Меряне, финно-угорский народ, населяли нынешние Владимирскую, Костромскую, Ивановскую, Ярославскую и Московскую области до XVII века.

Сбор и распространение информации о мерянах – важная деятельность неомерян. Однако отличительной чертой движения является идеологическая подоплека этнофутуризма, культурного течения, сформировавшегося в бывших советских республиках. Исследование направлено на то, чтобы выяснить, как массовая добровольческая деятельность в области краеведения способствует российской культурной филантропии и российскому гражданскому обществу в целом. Существенная гипотеза исследования заключается в том, что краеведение как добровольческая деятельность способна связать воедино локальные добровольческие инициативы и всепроникающие текущие процессы культурного или социального характера. Кроме того, исследование рассматривает местные исследования как область, в которой российский третий сектор может сотрудничать с государственным и частным секторами.

Исследования, посвященные этим российским неправительственным организациям, часто фокусируются на политических вопросах, стремясь выявить общую атмосферу российского гражданского общества. Более того, западные организации часто служат эталоном, когда наблюдают за их российскими коллегами. Таким образом, количество активных членов и объем благотворительных пожертвований задают критерии оценки. Однако такой подход недостаточно учитывает особенности российской неправительственной деятельности.

Пока, похоже, нет исследований по краеведению как области деятельности гражданского общества в России. Настоящее исследование направлено на восполнение этого пробела в исследованиях. Еще с 19 века краеведение стало важной формой русской добровольной деятельности, и краеведческие ассоциации были одними из немногих неправительственных организаций, которые смогли действовать в советские годы. Поэтому они отражают характер российской благотворительности и состояние российского гражданского общества в целом.

1. 2 Дизайн исследования

Неомерянское движение основано на неофициальной организационной деятельности с разнородным набором участников. Этот факт определяет выбор вопросов исследования, теории и методов. К движению и его целям можно подойти с точки зрения капитала.

Поэтому вопросы исследования следующие:

1. Какова роль волонтерства в построении и поддержании современной мерянской идентичности?
2. Какие формы символического и культурного капитала укрепляет неомерянское движение, чтобы продемонстрировать и возродить мерянское наследие?
3. Как неомерянское волонтерство создает социальный капитал, чтобы оказывать влияние на российское общество?

Глава 2 объясняет теоретическую основу исследования. Здесь внимание уделяется теории исследования. Более того, в этой главе неомерийское движение рассматривается в контексте местной краеведческой организации. Глава 3, со своей стороны, объясняет выбранные методы исследования, а также здесь дается описание наблюдаемых тематических категорий. Эти категории определяют подход к исследовательским данным: 447 текстов, опубликованных на интернет-сайте Merjamaa. Речь идет о веб-портале ассоциации Metsa Kunnta, неофициальной организации гражданского общества, специализирующейся на мерянской истории и культуре.

Глава 4 приближается к художественному измерению неомерийского движения. Здесь проиллюстрировано влияние этнофутуризма в мерянских художественных проектах, и в главе также рассматривается мерянское поле как рынок символических товаров с воспроизводством мерьянства как стратегией. Глава 5, в свою очередь, посвящена издательской деятельности Мерян. Издательство рассматривается как способ распределения символического капитала, а также как средство создания новых типов связей между волонтерами и частным сектором.

В главе 6 краеведение рассматривается как форма деятельности, отражающая индивидуальную природу неомерийского волонтерства. Мерянская земля среднерусских областей рассматривается как источник символического и культурного капитала. Чтобы наметить эти формы капитала, здесь расширен тематический анализ данных исследования. Более того, именно здесь мерианство рассматривается как габитус, связывающий прошлое с настоящим.

1. 3 Научная этика

Чтобы снизить риски для отдельных лиц, участие человека в исследовании было сведено к минимуму. Поэтому исследование в основном основано на письменном материале. Однако, поскольку исследование касается добровольцев-неомериан и их деятельности, этим добровольцам была предоставлена ​​возможность прокомментировать вопросы и результаты исследования. Комментарии неомерянских активистов были учтены при обращении к письменным данным и обработке результатов исследований.

Отбор активистов для комментариев по вопросам и выводам исследования осуществлялся методом снежного кома. Информационная брошюра с вопросами исследования была отправлена ​​модератору портала Merjamaa. Его попросили передать листовку другим активистам движения. Вместе четыре активиста прокомментировали вопросы исследования.

Когда анализ данных был завершен, этим четырем активистам было отправлено резюме результатов исследования. И информационный буклет, и резюме были написаны на русском языке во избежание недоразумений. Один из активистов прокомментировал эти выводы.

У каждых четырех активистов попросили запрос информированного согласия. Активисты могли свободно выйти из исследовательского проекта на любой его стадии, а их комментарии были анонимными. Кроме того, люди, фигурирующие в письменных материалах исследования, были полностью анонимны. Более того, доступ к текстам, опубликованным на портале Merjamaa, был открытым и не требовал авторизации на сайте. Поэтому анализ этих текстов не создал никаких этических вопросов.

2. Обзор литературы

2. 1 предыдущие исследования неомерийского движения

О неомерянском движении уже написано несколько исследований. Д.А. Каунов (2017) рассматривает движение как устремление к собственному этническому прошлому. По мнению Каунова, на исторических территориях древних финно-угорских народов наблюдается тенденция к новой этнокультурной идентичности в духе финно-угорского мира. Отличительной чертой этого стремления является попытка возвращения исчезнувших элементов культурной памяти в сферу современной культуры. (Каунов 2017. С. 82 – 83.)

Точно так же П.А. Скрыльников в своем исследовании рассматривает мерянскую идентичность как интеллектуальную реконструкцию, мало опирающуюся на коренную мерянскую традицию. Наоборот, культурное наследие русского народа закладывает фундамент, на котором строится новая мерянская идентичность. Скрыльников выделяет в мерянском движении три измерения. Первое из них, локальное измерение, связано с историческими территориями мерянского народа, тогда как второе, религиозное измерение, проявляется в попытках возрождения древней мерянской религии. Третье измерение — этнофутуристический арт-проект — пытается адаптировать взгляд активистов на мерянское наследие к современному миру. (Скрыльников 2016, стр. 101.)

Тимур О. Галкин в своем исследовании (Галкин 2013) рассматривает неомерянское движение как региональный феномен, в котором идентичность ищется через культуру и верования исчезнувших племен Центральной России. По словам Галкина, речь идет о «формирующемся новом векторе региональной картины мира». Аналогичный процесс деконсолидации Галкин наблюдает и в других странах России и Европы. Однако Галкин предостерегает рассматривать неомерянский активизм как сепаратизм. Наоборот, поиск новой идентичности через потерянные племена — симптом «глубокого системного кризиса». Русский народ устал от «имперской миссии», которая сохраняется уже пятьсот лет. Этим объясняется стремление вернуться к истокам. (Галкин 2013. С. 264 – 265, 267.)

2. 2 Исследования древних мерян

Интересный подход к мерянам в ранних исторических источниках дает А. Е. Леонтьев. Леонтьев наблюдает за контекстом Гетики, первого исторического источника о мерянах, написанного византийским историком Иорданом в середине VI века. В работе приводится список племен, среди которых упоминаются «мерены» (меряне). Леонтьев обращает внимание на то, что Иордан в своем списке ставит мерян перед мордвой, еще одним финно-угорским народом. Другими словами, Иордан относит мерян к области, которая южнее той, о которой упоминается в более поздних русских летописях. Это указывает на то, что Иордан, возможно, имел в виду первоначальную родину мерян на западном берегу реки Оки. По Леонтьеву, русские летописи написаны более чем через сто лет после Иордана и помещают мерян в район Нероновых и Плещевых озер. Это может быть результатом миграции мерянцев в район, более подходящий для земледелия. (Леонтьев 1996. С. 19, 21.)

В своей статье (Ahlqvist 1992) Арья Альквист подходит к финно-угорскому субстрату в топонимах Ярославской области. По Альквисту, Центральная Россия и часть Северной России были заселены финно-угорскими народами до прихода славянского населения. Нынешние Ярославская, Костромская и Ивановская области были заселены мерянами, также меряне были во Владимирской и Московской областях. Финно-угорское влияние прослеживается в диалектах и ​​топонимах Центральной и Северной России. Альквист указывает, что нет уверенности в том, с какой скоростью меряне ассимилировались славянами, начиная с 10 века. Тем не менее, сохранение субстратных топонимов требует длительных и постоянных контактов между коренными жителями и переселенцами. (там же, стр. 1 - 2, 4.)

В своей работе О.Б. Ткаченко приближается к мерянскому языку. По мнению Ткаченко, проблемы реконструкции мерянской лексики связаны с определением границ между мерянскими и другими финно-угорскими словами. Ткаченко отмечает, что сомнительно, принадлежит ли лексема коренной мерянской лексике или набору заимствований, полученных от иноязычного родственника. Более того, лексема может быть результатом миграции другого финно-угорского народа в районы проживания мерян. В данном случае лексема вообще не относится к мерянской лексике. (Ткаченко 2007, стр. 89.)

2. 3 Культурный фон неомерийского движения

Этнофутуризм составляет идейную основу неомерянской мысли. Лена Готтелье описывает распространение этнофутуризма в своей статье (Gottelier 2017). Согласно Готтелье, этнофутуризм распространился из Эстонии на территории малых финно-угорских народов бывшего Советского Союза. В то же время движение стало диверсифицированным и локализованным, оно модифицировалось в соответствии с различными целями. Согласно Готтелье, этнофутуризм выступает против этнопретеризма, который считает определенные культурные формы исходными и стремится сохранить их в их «подлинной» форме. (там же, стр. 25 – 26.)

Эльвира Колчева, со своей стороны, рассматривает этнофутуризм с точки зрения архетипов. По Колчевой, культурные архетипы - это этнонациональный феномен. Реактуализация этничности — важная тенденция постсоветской ситуации. Таким образом, актуализация культурного архетипа связана с включением культурных привычек в новые исторические реалии. Поступая таким образом, можно также прогнозировать будущее. По Колчевой, это «глубокая социокультурная идея художественных процессов», и ее можно наблюдать в финно-угорском этнофутуризме (Колчева 2015: 255, 257).

В исследовательскую литературу данного исследования вошли две статьи о современной ситуации в культурной жизни России. В статье Е. В. Савенко речь идет о самиздате, «незарегистрированном, самовольном, некоммерческом периодическом издании с малым тиражом» (Савенко 2016: 89). Лев Якобсон, Елена Куштанина и Борис Рудник, со своей стороны, в своей статье касаются российского некоммерческого культурного сектора (Якобсон, Куштанина, Рудник, 2000). Эти статьи дают основу для наблюдения за неомерийским движением как формой культурной филантропии. Более того, статья Ильдико Лехтинен о финно-угров как социальной репрезентации (Lehtinen 2008) помогает поместить мероприятия, организованные неомерянскими активистами, в контекст этнофутуризма.

2. 4 Местные исследования

Краеведение составляет важное поле неомерянской добровольческой деятельности. Движение применяет методы и практики, аналогичные тем, которые применяются краеведческими активистами в других странах мира. Поэтому необходимо ознакомиться с соответствующей литературой по краеведению.

Питер Х. Рейд и Кэролайн Макафи дают хороший обзор местных исследований как добровольной деятельности (Reid, Macafee 2007). Согласно Рейду и Макафи, местная история всегда была уделом образованных любителей, в то время как профессиональные историки или социологи находят местную историю интересной только в более широком контексте. Однако по мере того, как общество становится все более индивидуалистичным, люди хотят проводить собственные исследования, и вхождение обычных людей в историю демократизирует предмет. (там же, стр. 127 – 128.)

По словам Рейда и Макафи, три фактора составляют «трехстороннюю парадигму краеведения»: запутанность источников, сложность исследований и энтузиазм пользователей». Таким образом, библиотекари и архивариусы являются «привратниками местной истории», потому что они играют роль в поощрении передового опыта в исследованиях. (там же, стр. 128 – 129.)

Эта тема также присутствует в статье Джона Мак Ричи о ведении блогов по краеведению (Mac Ritchie 2012). По словам Мака Ритчи, блог — один из самых эффективных инструментов библиотекаря-краеведа. А именно, позволяет сделать значимым и даже мировым то, что долгое время «хранилось под замком в картотеках или витринах». (там же, стр. 89.)

Есть несколько подходов к местной среде. В своей статье (2012 г.) Майкл П. Марино и Маргарет Смит Крокко представляют четырех из них. В статье представлена ​​четырехступенчатая модель анализа общины как исторического ресурса. По словам Марино и Смита Крокко, первым шагом является поиск событий, которые произошли в сообществе. Второй шаг заключается в определении конкретных тем, которые подходят для понимания истории сообщества. Третий шаг — сосредоточиться на людях, поселившихся в определенном сообществе, тогда как четвертый шаг — посмотреть на здания как на документы, дающие представление об истории. (там же, стр. 233 – 237.)

Статья Д.С. Лихачева «Краеведение как наука и как деятельность» долгое время служила манифестом для российского и советского краеведческого деятеля. Краеведение, по Лихачеву, представляет собой комплексную науку, сочетающую в себе сведения по естествознанию, истории и искусствоведению. Однако краеведение требует бережного отношения к предмету исследования и в качестве такового выступает как «патриотическая деятельность, направленная на повышение интеллектуального уровня родного края». По Лихачеву, краеведение не имеет двух отдельных уровней для специалистов и широкой общественности. Краеведческие исследования существуют только тогда, когда их понимает и принимает в них участие широкая общественность. (Лихачев 2007, с. 159 – 160.)

2. 5 Зеленые массовые организации

Существующие исследования российских организаций гражданского общества на низовом уровне задают рамки этого исследования. Особенно важна статья Лауры А. Генри о российских низовых «зеленых» организациях. По словам Генри, «узкая оценка относительной силы или слабости экологических организаций по стандартным критериям развития гражданского общества упускает из виду все более разнообразный сектор зеленого активизма». Общее количество российских экологических организаций, их географическая разбросанность по стране и их растущий профессионализм свидетельствуют о развитии «активного сектора гражданского общества». (Генри 2006а, стр. 211.)

По словам Генри, низовые лидеры полагаются на сети единомышленников из семьи, друзей, коллег или родителей для реализации своих программ. Большинство этих групп не основаны на членстве. Они не полагаются на членские взносы, и привлечение новых членов для них не имеет решающего значения. Массовые организации осуществляют экологические образовательные программы, но они также участвуют в других местных проектах. Генри указывает, что проекты, спонсируемые этими организациями, носят «в значительной степени аполитичный характер». Таким образом, «стремление решать местные проблемы посредством практической активности» является общей чертой низовых групп. (там же, стр. 214, 218 – 219.)

В своей статье «Формирование социальной активности в постсоветской России: лидерство, организационное разнообразие и инновации» (Henry 2006b) Лаура А. Генри обращает внимание на ресурсы, предоставляемые российским экологическим организациям. Из-за обнищания граждан и отсутствия благотворительных пожертвований в России общество не оказывает значительного финансирования организациям экологического движения. Поэтому, по словам Генри, организационные лидеры «ищут поставщиков ресурсов и союзников, обладающих мировоззрением или логикой целесообразности, схожими с их собственными». Генри отмечает, что рядовые экологические лидеры обычно называют «энтузиазм и оптимизм» своими главными ресурсами. (там же, стр. 100, 104, 106, 114). Статья Генри помогает приблизиться к финансовым предпосылкам неомерийской деятельности.

3. Данные и методы

3. 1 Данные

Данные включают 447 текстов, опубликованных на веб-портале Мерьямаа, который является основным информационным каналом мерянской общины. Данные включают все тексты, опубликованные на портале в период с апреля 2010 года, когда сайт был основан, по апрель 2012 года. Кроме того, данные включают все тексты, опубликованные в период с 2013 по 2015 год и в 2018 году.

Выборочный метод исследования основан на принципах теоретической выборки. Таким образом, интерпретирующие теории строятся на основе появляющихся данных, и отбираются новые образцы для изучения и уточнения этой теории (Маршалл, 1996, стр. 523). Решение о выборке данных из разных непрерывных временных рамок принимается для повышения достоверности исследования. Валидность относится к вопросу о том, действительно ли индикатор, разработанный для измерения концепции, измеряет эту концепцию (Bryman 2016, стр. 158). Анализ данных показывает некоторые различия в частотах наблюдаемых тематических категорий между разными временными рамками (см. Приложение 1). Поэтому осмысленные категории могут создаваться только в рамках диахронического наблюдения.

Сроки апрель 2010 г. – март 2012 г., 2013 г. – 2015 г. и 2018 г. были выбраны для получения репрезентативной выборки. Насыщение данными достигалось при анализе данных, когда сходные темы неоднократно появлялись в разных текстах. Поэтому для наблюдения были выбраны временные рамки, соответствующие различным фазам неомерийского движения. График с апреля 2010 г. по март 2012 г. охватывает первый двухлетний период существования портала Мерьямаа, тогда как график с 2013 по 2015 г. соответствует его средней фазе. Наконец, временной период 2018 года отражает текущую ситуацию неомерянского движения. Это самый последний годовой период, который можно наблюдать целиком.

3. 2 Метод исследования

Важным исследовательским методом в исследовании является тематический анализ. Тематический анализ — это форма распознавания образов, используемая в контент-анализе, при которой темы, возникающие из данных, становятся категориями для анализа (Roberts, Dowell, Jing-Bao Nie 2019, стр. 1). В исследовании применяется подход «русская кукла», в котором данные сначала классифицируются по набору общих тематических категорий. На практике это предполагает тематическую классификацию текстов, опубликованных на портале Merjamaa. На этом этапе основное внимание уделяется частоте различных тем, потому что это дает представление о неомерийской деятельности.

Следующим этапом является разделение наблюдаемых общих тем на тематические подкатегории. Это позволяет детально подойти к добровольчеству, основной теме исследования. Процесс включает в себя определение тем, которые имеют отношение к фокусу исследования, исследовательскому вопросу, исследовательскому контексту и теоретической основе (Робертс, Доуэлл, Цзин-Бао Ни, 2019, стр. 1). На этом этапе можно проанализировать возникающие тематические подкатегории в связи с теорией исследования. Темы, вытекающие из данных исследования, обозначают различные типы капитала, определенные Пьером Бурдье (Bourdieu, 1979, 1980), будь то социальный, символический или культурный. Следовательно, частота и тип различных тематических категорий выявляют те формы капитала, которые присутствуют и усиливаются в добровольной деятельности неомерийского движения.

Тематический анализ данных исследования осуществляется по принципам описательной статистики. Таким образом, четко выражено количество единиц, принадлежащих к тематической категории, возникающей из данных. Этот метод повышает достоверность исследования. Надежность относится к непротиворечивости меры концепции (Bryman 2016, стр. 157). Таким образом, хорошо описанная качественная методология, использующая некоторые компоненты количественных схем, делает исследование открытым для критики (см. Roberts, Dowell, Jing-Bao Nie 2019, стр. 2).

3. 3. 1 Тематические категории

Тексты, опубликованные на портале Merjamaa в период с апреля 2010 г. по март 2012 г., с 2013 по 2015 г. и в 2018 г., можно разделить на десять тематических категорий:

1. Знакомство с текущим номером: № 111
2. Знакомство с местом или регионом: № 104
3. Особенности культуры: № 55
4. Подача материала: № 35
5. Портрет человека: № 34
6. Этническая группа: № 26
7. Религия или культ: № 26
8. Языкознание: № 26
9. Археология: № 22
10. Культурная эпоха: № 8

Категория «Предисловие к текущему выпуску» является самой многочисленной из всех категорий. Эта категория включает в себя различные подкатегории (см. Приложение 2), но общим для них является относительная актуальность затрагиваемых ими тем. Эта актуальность делает эти подкатегории важными при рассмотрении деятельности неомерийского движения. В подрубриках «Краеведческие экскурсии» и «Автотуры» размещены статьи, посвященные краеведческой деятельности движения. Тексты в категориях «Художественные и культурные выставки» и «Фестивали», в свою очередь, иллюстрируют этнофутуризм, который является культурной основой неомерийской деятельности. Кроме того, в подкатегорию «Новое издание» время от времени попадает информация о книгах, изданных мерянскими активистами.

Тематическая категория «Знакомство с местом или регионом» включает статьи, рассматривающие определенное место или регион с разных точек зрения. Статьи этой категории обычно основаны на краеведческом экскурсе или ряде экскурсий, которые имели место задолго до написания статьи. Через эти статьи можно познакомиться с краеведческой деятельностью неомерянского движения. Также важна тематическая категория «Подача материала» при наблюдении за издательской деятельностью движения.

3. 3. 2 Источник текстов

Тексты, опубликованные на портале Merjamaa, также можно классифицировать по первоисточнику или жанру (см. Приложение 3). Блог по краеведению может быть «совместным усилием, вращающимся вокруг центральной темы» (Mac Ritchie 2012, стр. 89). Поэтому портал Merjamaa — это площадка, на которой можно публиковать тексты из различных источников. В большинстве случаев (#269) тексты, публикуемые на портале Merjamaa, написаны самими активистами. Категория «Академическая статья» (№ 53), в свою очередь, включает тексты, которые либо опубликованы в академическом издании, либо написаны кем-то, чей академический статус упоминается в тексте. Кроме того, эти тексты следуют установленным академическим принципам в их разборе и стиле. В категорию «Текст из источников СМИ» (№ 55) входят тексты, впервые опубликованные в газете, в журнале, на телевидении или радиоканале. Всего 31 статья, опубликованная на портале Merjamaa, впервые была опубликована на страницах различных информационных проектов. Особенно важными веб-источниками были финно-угорский информационный портал «Финугор» и мерянский художественный портал «Меря Мир». Кроме того, 19 текстов изначально были опубликованы на веб-страницах других организаций гражданского общества, тогда как 17 текстов были опубликованы государственными учреждениями. Здесь речь шла об официальных информационных каналах госадминистрации, областей и муниципалитетов. Наконец, три текста, опубликованные на портале Merjamaa, впервые были опубликованы в блоге о путешествиях. Первоисточник или жанр текста, опубликованного на портале Merjamaa, учитывались при выборе различных тематических категорий для наблюдения. Высокая доля текстов, написанных краеведом, свидетельствует о том, что та или иная тематическая категория является ярким примером неомерянского волонтерства. В тематической категории «Ознакомление с местом или регионом», например, 74,04 процента статей были написаны активистом, тогда как наибольшая доля статей, написанных активистом, 88, 57, наблюдается в категории `
подача материала».

Доля статей, написанных активистом, была заметно ниже в других тематических категориях. Только в категориях «Этническая группа» (50%), «Портрет человека» (51, 43%), «Особенности культуры» (53, 57%) и «Религия или культ» (56%). около половины статей были написаны активистом, а наименьшая доля статей, написанных активистом, наблюдается в категории «Археология» (14,29%). Относительно низкая доля статей, написанных активистами, повлияла на решение исключить эти категории из анализа.

Более того, категория «Культурная эпоха», несмотря на высокую долю статей, написанных активистом (62,50%), была исключена из-за того, что количество включаемых в нее статей (8) достаточно мало, а тематически эта категория близка в категорию «Знакомство с местом или регионом». Со своей стороны, для анализа была выбрана категория «Введение в текущий номер». Хотя относительно небольшая доля статей в этой категории написана активистами (58, 56%), категория неоднородна, и статьи, выбранные для анализа, в основном написаны активистами.

3. 4 Теория исследования

Исследование основано на теориях социального, культурного и символического капитала Пьера Бурдье. Согласно Бурдье, социальный капитал — это совокупность тех текущих или потенциальных ресурсов, которые находятся в институционализированных сетях. Другими словами, социальный капитал — это принадлежность к группе, которую объединяют постоянные и полезные отношения. (Bourdieu 1980, p. 2.) Культурный капитал, со своей стороны, может быть определен как собственность, которая превратилась в бытие, неотъемлемую часть человека (Bourdieu 1979, p. 4). Таким образом, речь идет о габитусе, тенденции поведения, которая превращает сущностные, социально оформленные черты человека в прочный образ жизни (Бурдье 1998: 150-151). Ну наконец то,

Основная цель исследования - выяснить, как волонтерство создает культурный и символический капитал для воспроизведения мерянского наследия. Таким образом, статья Бурдье о культурном и социальном воспроизводстве (Bourdieu 1971) представляет собой хороший подход к теме. Согласно Бурдье, накопленное наследие, унаследованное от прошлых поколений, принадлежит только тем, кто способен его усвоить. Таким образом, получение сообщения и достижение культурно организованной компетентности, необходимой для его получения, подчиняются одним и тем же законам. Это приводит к кругу, в котором культурный капитал заканчивается культурным капиталом. (там же, стр. 47, 53.) Предпосылка исследования состоит в том, что мерянство как форма социального капитала тесно переплетено с созданием культурного капитала, необходимого для принятия мерянской идентичности.

4. Современное мерьянство в искусстве и культуре.

4. 1 Этно-футуристические художественные выставки

Данные исследования включают 11 статей о художественных выставках, организованных активистами неомерянского движения (см. Приложение 2). Являясь формой добровольной деятельности, арт-проекты Meryan объединяют разные слои общества. Во-первых, арт-проекты могут осуществляться клубами, когда речь идет о волонтерстве в традиционном понимании. Во-вторых, профессиональные художники могут организовывать такие проекты бесплатно. В данном случае речь идет о серьезном досуге, в котором значительные личные усилия опираются на специально приобретенные знания, обучение или умение (Stebbins 1992, с. 6). А именно, профессиональные художники добровольно участвуют в движении Meryan, и Meryanness предлагает им источник вдохновения.

Существенным художественным видением или идеей, объединяющей основных членов неомерийского движения, является этнофутуризм. В неомерянском движении этнофутуризм проявляется в художественных выставках. Художественные выставки являются важным средством ознакомления широкой публики с мерянским движением, а также с этнофутуризмом. Например, в декабре 2018 года двое активистов-неомериан организовали в Санкт-Петербурге художественную выставку «Измерение Меряна». Во время выставки один из них охарактеризовал этнофутуризм как «универсальный инструмент сохранения культуры нашего народа в условиях жизни глобального мира». Таким образом, этнофутуризм предлагает прочную основу для самопознания. (Мерьямаа, 2 января 2018 г.)

Художественные выставки также служат способом объединения теории и практики. Например, в мае 2014 года активист-неомерян представил художественную выставку в рамках акции «Ночь музеев», организованной в Художественном музее Ивановской области. Целью выставки было «ознакомление с сакральной символикой Верхневолжья, восходящей к мерянскому народу, хорошо известной по летописям и летописям». (Мерьямаа, 19 мая 2014 г.) Сакральная символика мерянского народа связана с культурными архетипами, играющими важную роль в этнофутуризме.

По мнению Е. М. Колчевой, культурный архетип — это «эффективный аналитический инструментарий этнонационального искусства, отражающий в себе этнокультурные процессы». В значительной степени архетип состоит из законченных репрезентативных культурных форм и символов, сложившихся в ходе истории. В национальном искусстве этнокультурный архетип преимущественно поддерживает основные элементы. Поэтому культурные архетипы раскрывают свое содержание иконическим, иллюстративным образом. По Колчевой, архетипы могут быть актуализированы путем включения их в новые исторические реалии. (Колчева 2015, с. 254).

Стремление к включению архетипов в новые реалии прослеживалось в художественной выставке «Lege artis», открывшейся в Череповецком художественном музее в сентябре 2018 года. На выставке археологи, дизайнеры и художники представили как старинные, так и современные украшения, которые носили жители города. Верхневолжский район. Согласно статье, опубликованной на портале Merjamaa, Lege artis предлагает «новый формат общения с археологическими коллекциями — посредством искусства и универсального языка моды». (Merjamaa, 23 сентября 2018 г.) Вопрос о культурном воспроизводстве.

4. 2 Воспроизведение мерянского наследия

Художественные выставки тесно связаны с краеведческой деятельностью неомерянского движения. Краеведение служит средством сбора сведений о мерянской культуре.

В частности, категория контента «Знакомство с местом или регионом» включает статьи о местных культурных особенностях Средней России. Эти культурные особенности могут быть воспроизведены средствами современного искусства.

В качестве примера можно привести проект «Владимир интернациональный», реализованный во Владимирской областной юношеской библиотеке в 2015 году. В рамках проекта в конце сентября была организована «Неделя финно-угорской культуры». В тематической неделе принял участие владимирский клуб исторических реконструкций «Рарог». Клуб специализируется на реконструкции мерянских и муромейских предметов раннего средневековья. На мероприятии члены клуба предложили посетителям увидеть реконструкции старинной одежды и украшений. (Мерьямаа, 6 октября 2015 г.)

Художественные проекты Meryan имеют радикальное отношение к местному или коренному населению. Установленные нормы культурной репрезентации критикуются в статье, опубликованной на портале Merjamaa в июне 2014 года. Статья основана на предыдущей статье, опубликованной в научном журнале. В статье философ-культуролог излагает свои взгляды на отсутствие локальной культурной памяти в «историческом ядре России». По мнению философа, парадоксальной особенностью России является то, что культура маленького города не существует как локальное целое. Ситуация в России является «пассивным воспроизведением советской ситуации». По мнению философа, советский культурный проект основывался на идее рационально организованной культуры, и даже сегодня по советской схеме все начинается сверху. (Мерьямаа, 25 июня 2014 г.)

Подход неомерянцев к местной культуре противостоит подходу «сверху вниз». Ярким примером служат дизайн-проекты, направленные на создание новых брендов для городов Центральной России. В статье, опубликованной на портале Merjamaa в феврале 2012 года, например, речь идет о «арт-проекте дизайнеров, свободно объединившихся на Facebook». Согласно статье, арт-проект «родил целую кучу логотипов бренда и значения имени Москва». Дизайнер, участвовавший в проекте, отметил, что при создании символа города необходимо найти «ядро» города. Для дизайнера это ядро ​​имело отношение к «мерянскому городу». (Мерьямаа, 15 февраля 2012 г.)

Точно так же фотопроект «Ярославль» в Ярославле представил «работу, образ жизни, свободное время, мысль и мировоззрение мерянского общества и мерянского человека». Согласно статье о проекте (Merjamaa, 17 сентября 2013 г.), культурное осмысление дизайна и искусства, ориентированного на городскую среду, чрезвычайно важно, и оно включает не только планирование существующих и будущих объектов. Важен также анализ тех процессов, которые связаны с комплексным влиянием городской среды на человека, живущего в ее социокультурной сфере.

В статье освещается культурное осмысление дизайна и искусства. Это осмысление местных или мерянских архетипов и символов является ключевым вопросом в передаче мерийского наследия широкой публике посредством искусства. Речь идет о передаче символических благ, которые, по Пьеру Бурдье, представляют собой «двуликую реальность, товар и символический объект» (Бурдье 1984, с. 3).

Согласно Пьеру Бурдье, поле производства символических товаров обязано своей собственной структурой противопоставлению поля ограниченного производства и поля крупномасштабного культурного производства. Сфера ограниченного производства — это система, производящая культурные товары для публики производителей, тогда как область крупномасштабного культурного производства предназначена для производства культурных товаров, предназначенных для непроизводителей этих товаров, «общественности в целом». (Бурдье 1984, стр. 4.)

Неомерянское движение, стремящееся продвигать мерянский вопрос, должно иметь дело с этими двумя областями. Как отмечается в статье «Культурная археология мифа о мерянах», идентичность мерянцев заключается в «встраивании древних мифов в среду современной культуры». Статья оставляет эту задачу «реконструкции и манифестации» мерянского мифа философам, краеведам, историкам и художникам. (Merjamaa, 27 декабря 2011 г.) Их задача состоит в том, чтобы превратить знаки обратно в символы, связанные с мифическим началом. С одной стороны, это требует сделать древнюю культуру мерянцев доступной для широкой публики, но, с другой стороны, необходим определенный объем инсайдерских знаний, чтобы понять «региональную мерийскую культурную логику» (там же), позволяющую установить контакт с мерянским прошлым. Здесь важную роль играют фестивали.

4. 3 Фестивали и представления

Данные исследования включают шесть статей, посвященных фестивалям или представлениям (см. Приложение 2). Все эти фестивали и представления основаны на добровольной деятельности. Фестивали служат способом вербовки добровольцев. Таким образом, они могут быть событиями-аттракторами, предназначенными для привлечения внимания и краткосрочного вовлечения большего числа добровольцев (McCurley, Lynch, Jackson 2012, p. 126). Для неомерянского движения это прежде всего пробуждение интереса к мерянскому вопросу. Основанные на свободно структурированной деятельности с разнородной группой активистов, фестивали предлагают способ объединения групп сверстников. Речь идет о вербовке добровольцев при посредничестве, при которой усилия по вербовке усиливаются за счет связи с другими группами, которые предоставляют добровольцев для общественных работ (там же, стр. 117). Таким образом,

Фестивали служат способом сбора социального капитала, необходимого для поддержания и развития неомерийского движения. Социальный капитал — это принадлежность к группе, которую объединяют постоянные и выгодные отношения (Бурдье, 1980, стр. 2). Однако важной задачей движения является осмысленное и понятное представление мерянских тем, особенно этнографического характера, широкой публике. Вопрос в представительстве. Фестивали можно рассматривать как живые этнографические музеи. По словам Генриетты Лидчи, этнографические музеи «производят определенные виды репрезентаций и мобилизуют различные классификационные системы, созданные антропологической теорией и этнографическими исследованиями». Таким образом, происходит смешение физического присутствия и значения объектов. (Лидчи, 1997, с.

Создание изображений мерян требует творчества. Это потому, что меряне были финно-угорским народом, а понятие «финно-угры» довольно туманно. По Ильдико Лехтинен, финно-угризм живет как видение, как воображаемая реальность, потому что финно-угорские народы всегда жили в многонациональном ареале. Таким образом, финно-угризм – это социальная репрезентация, включающая в себя интерпретацию мира сообществом. Следовательно, репрезентации интерпретируют социальную память. (там же, стр. 172.)

Согласно Лехтинену, язык, коллективная память, традиция и история общего происхождения являются важными критериями национальной культуры. Традиция присутствует в постмодернистском мире. Однако традиция меняется, и она требует вечности. (стр. 175). Также неомерийскому движению нужен способ сохранить традицию. Вот где на сцену выходят фестивали. Как деятельность фестиваль живет и меняется, он присутствует в действии постмодернистского времени (там же, с. 175).

Статья «Былинный берег. «Молодая Мерья» (Merjamaa, 5 августа 2013 г.) дает хорошее описание фестиваля как постмодернистского способа передачи культурных традиций будущим поколениям. В статье рассматривается фестиваль «Былинный берег 2013», организованный в Кимре в июле 2013 г. Речь идет о международном фестивале исторических реконструкций раннего средневековья. Главной темой фестиваля стали культура и традиции древнерусского царства, а также финских, балтийских, славянских и скандинавских народов IX–XI веков. В фестивале приняли участие около шестисот реконструкторов. Программа фестиваля отличалась зрелищностью и интерактивностью. В программе фестиваля были шоу, презентации реконструкторов, мастер-классы ремесленников, популяризировали лекции по археологии и рыцарский турнир, проводимый клубом реконструкции (там же). Следует отметить, что сила фестивалей заключается в возможности интерактивности и участия. Обращаясь ко всем чувствам, фестивали, особенно фольклорные, представляют собой достойную внимания альтернативу музеям, потому что музеи обращаются только к чувству зрения (Lehtinen 2008, p. 176).

Фестивали представляют мерианство, но нужно больше, чтобы превратить мерианство в правдоподобную идентичность в сегодняшнем постмодернистском мире. Этническая идентичность — это измерение символического капитала, наблюдаемая форма бытия (Бурдье, 1998, с. 167). Необходимо имитировать потенциальную мерянскую идентичность, и здесь перформансы, организованные неомерянскими активистами, предлагают потенциальное решение.

12 июня 2013 года «Братство Леса» (объединение «Мэтса Куннта») организовало представление в Твери, посвященное Дню России. Спектакль организован совместно с объединениями «Твержа» и «Вятицкий лес». Согласно статье «Этнофутуризм – это патриотизм» (Мерьямаа, 13 июня 2013 г.), «творческая молодежь» из Твери, Шатуры, Костромы, Калуги и Рязани приняла участие в спектакле, чтобы «увековечить память о древних племенах, составлявших основу Российское государство». В рамках перформанса были представлены девять духовных масок. Они символизировали девять племен древней Руси. Спектакль знакомил зрителей с девятью ритуальными масками, символизирующими древнерусские племена. Маски играют важную роль в представлениях и фестивалях неомерян. Например, в статье «Мерянские этнофутуристы из Москвы возродились как духи в Латвии» (Merjamaa, 14 февраля 2013 г.) речь идет об участии ассоциации Metsa Kunnta в Международном фестивале традиционных масок в Латвии. Этот ежегодный фестиваль организован Латвийской ассоциацией фольклористов и направлен на популяризацию традиционных восточноевропейских масок. В рамках фестиваля члены ассоциации «Мэтса Куннта» представили «интерактивную лекцию и видео-шоу на тему «Традиция ритуальных масок в Верхнем Поволжье». и он направлен на популяризацию традиционных восточноевропейских масок. В рамках фестиваля члены ассоциации «Мэтса Куннта» представили «интерактивную лекцию и видео-шоу на тему «Традиция ритуальных масок в Верхнем Поволжье». и он направлен на популяризацию традиционных восточноевропейских масок. В рамках фестиваля члены ассоциации «Мэтса Куннта» представили «интерактивную лекцию и видео-шоу на тему «Традиция ритуальных масок в Верхнем Поволжье».

Согласно лекции, представленной на фестивале, у каждого человека есть своя роль в жизни. Однако в этой роли представлена ​​лишь часть мира. Каждый выбирает определенную роль, но никто не может играть несколько ролей одновременно. Тем не менее, хочется побывать в роли другого человека, и, признавая в себе эту надличность, человек становится глубже и богаче и способен приумножить свою силу. (там же.)

Как концепция «маска» кристаллизует существенную черту неомерийского движения. А именно, «маску» можно рассматривать как символ репрезентации. С одной стороны, он может служить трансперсональными воротами, позволяющими человеку переходить от одной идентичности к другой. С другой стороны, как показывает комментарий неомерянского активиста к исследовательскому вопросу, принадлежность к определенной социальной, национальной, профессиональной, языковой, политической, религиозной или расовой группе означает ношение маски при сохранении истинного «я». неясно (Комментарий от 25 апреля 2019 г.). Неомерийская добровольческая деятельность в значительной степени связана с серьезным досугом, для которого характерны «самоактуализация, самообогащение, самовыражение, отдых или обновление себя» (Stebbins 1992, p. 7).

По Пьеру Бурдье, социальный мир можно представить как пространство, построенное на принципах дифференциации и распределения. Агенты и группы агентов определяются их относительным положением в этом пространстве, и нельзя занимать две противоположные его области. Бурдье указывает, что агенты конструируют социальный мир, конструируя его представление. Это происходит через представление. Таким образом, агенты постоянно действуют, чтобы навязать свое видение мира и свое положение в нем. По Бурдье, эта позиция является их идентичностью. (Бурдье 1985, стр. 723-724, 727.)

Поддержание идентичности Meryan требует постоянного представительства. Неомерианская деятельность, согласно видению Бурдье, заключается в конструировании социального мира путем конструирования его взгляда. Однако это касается не только художественных выставок и перформансов, но и особого образа жизни в целом. Здесь важным способом дифференциации и распределения является волонтерство в деле мерянцев.

5. Обмен информацией

5. 1 Издание

Производство и публикация материалов по теме мерянцев, пожалуй, самый важный вид добровольной деятельности неомерянского движения. Таким образом, движение отражает изменения, произошедшие в области краеведения за последние десятилетия. По мере разработки новых инструментов Web 2.0 библиотекари, занимающиеся локальными исследованиями, осознали открывающиеся возможности, и даже во всем мире можно вызвать интерес к тому, что долгое время «хранилось запертыми в картотеках или витринах» (Mac Ritchie 2011, стр. 89). ). Неомерянское движение использует несколько каналов Интернет-СМИ, в том числе порталы Мерьямаа и Мерья Мир, а также учетные записи Facebook и ВКонтакте. Более того, у многих неомерянских активистов есть частные блоги, посвященные мерянской проблеме.

Публикация материалов на мерьянскую тему происходит по многим каналам. Наиболее продуктивным из них является портал Merjamaa, на котором регулярно публикуются новые тексты. Однако более объемные тексты также публикуются в интернет-библиотеке, которая работает вместе с порталом Merjamaa. В совокупности данные исследования включают 7 текстов, опубликованных в электронном виде в интернет-библиотеке Мерьямаа, и один текст, опубликованный в другой интернет-библиотеке. Также к порталу подключен интернет-магазин Pajwa, где можно приобрести печатные книги. Данные исследования включают два объявления о книге, доступной в Pajwa. Более того, есть одно объявление о печатной книге, которую можно купить у физического лица. Ну наконец то,

Многие издательские проекты очень амбициозны по своей природе. Материал исследования включает в себя две статьи из печатных книг, издаваемых издательством Merja Press, так называют собственные издания мерянских активистов. Merja Press — современное самиздатовское издательство.

5. 2 Самиздат

Хорошее описание современного самиздата дает Е. В. Савенко (2016). Савенко определяет самиздат как «незарегистрированное, самовольное, некоммерческое периодическое издание с небольшим тиражом». По словам Савенко, самиздат выжил в постсоветской России, несмотря на расширение сферы информации. Реформы начала 1990-х привели к изменениям в издательском деле, была отменена государственная монополия на эту деятельность. Однако выжить в новых условиях смогли лишь те издательские структуры, которые получали экономическую поддержку. Таким образом, экономическая независимость является существенным ограничением свободы публикации. (Савенко 2016, с. 89.)

По словам Савенко, причиной выживания самиздата является разочарование в официальных СМИ. Что привлекает литераторов к самостоятельной публикации, так это потребность в самовыражении, которую официальная издательская деятельность не может удовлетворить. Тем не менее, в отличие от своего предшественника, самиздат XXI века не проявляет себя как значимое социальное явление. Вместо этого он ограничен местным кругом читателей. (там же, стр. 89 – 90.)

Также неомерянская издательская деятельность связана с самовыражением. Это можно увидеть в статье, представляющей мерянский словарь (Merjamaa, 27 марта 2013 г.). Согласно статье, ассоциация Metsa Kunnta смогла выпустить «пояснительный мерийский словарь максимальной целостности» после трехлетнего процесса. В словарь включены топонимы и ономастика Верхнего Поволжья и мерянские слова из тех русских диалектов и арготических языков, на которых говорят жители Костромской, Владимирской, Ивановской и Ярославской областей.

Словарь приближается к мерянскому языку через топонимы и диалекты. Несомненное финно-угорское влияние прослеживается в диалектах и ​​топонимах Центральной и Северной России (Ahlqvist 1992: 1). Однако проблемы реконструкции мерянской лексики связаны с определением границ между мерянскими и другими финно-угорскими словами (Ткаченко 2007, с. 89). к новому словарю не был полностью положительным. Согласно статье, опубликованной на портале Merjamaa в 2014 году, профессиональные лингвисты свысока отнеслись к лексике, опубликованной The Merya Press. Однако это не смутило тех, кто участвует в проекте. А именно, Мерянская лексика стала настолько популярной «среди любителей истории и культуры», что ее итоговое количество копий превысило исходное в тридцать раз. (Мерьямаа, 31 декабря 2014 г.)

Добровольная издательская деятельность может служить средством распределения символического капитала. Согласно Пьеру Бурдье, символический капитал — это любое качество, которое становится символически действенным. Это требует социальных акторов с соответствующими категориями наблюдения и оценки. (Bourdieu 1998, p. 165.) Как показывает пример, мерянская лексика была востребована среди «энтузиастов истории и культуры», хотя профессиональные лингвисты не смогли ее оценить. Таким образом, самиздатовские публикации можно расценивать как протест против официальных академических ученых, не способных оценить мерянскую тему. Более того, выпуск и распространение книг альтернативного характера можно рассматривать как протест против сложившейся ситуации на российском книжном рынке. Здесь добровольная издательская деятельность и частный сектор могут эффективно сотрудничать. Это можно наблюдать в бизнес-идее альтернативного московского книжного магазина, через который можно было бы приобрести книгу по истории Мещеры. В статье, информирующей о книге (Merjamaa, 30 августа 2011 г.), есть ссылка на сайт этого книжного магазина, специализирующегося на продаже «необычных книг с небольшим тиражом, столичных и провинциальных изданий», а также «неофициальной литературы разные фракции» («Русская деревня», 2011).

Бизнес-идея книжного магазина носит идеологический характер. Согласно ему, существенная проблема распространения редких книг малым тиражом заключается в том, что эти книги редко попадают в магазины. Более того, бизнес-идея также говорит о ситуации на сегодняшнем книжном рынке:

«Так какова же эта ценность книг и как она соотносится с их ценой? Если поискать в поисковике цену на любую не слишком редкую книгу, - вы легко обнаружите, что наша цена ниже средней цены на московском рынке. Существенной причиной этого является то, что московский рынок не свободен. Чрезвычайно высокие цены (препятствующие нормальной продаже книг) сложились и продолжают складываться в результате «особых» отношений между оптовиками и крупнейшими розничными магазинами». (Русская Деревня 2011.)

Бизнес-идея отражает проблему российского издательского дела, представленную Савенко: экономическая независимость является ограничением свободы издательского дела (Савенко 2016: 89). Однако проблема здесь в монопольном положении, сложившемся на российском книжном рынке. На смену прежней государственной монополии советской эпохи пришла новая, поддерживаемая частным рынком. Поэтому самиздат может создать альтернативную сферу, в которой объединятся волонтеры и альтернативные частные предприятия. Вопрос о социальном капитале. Здесь принадлежность к группе проистекает из отношений, основанных на экономическом и символическом обмене (Bourdieu 1980, p. 2). Характер этих обменов можно проследить по способам финансирования самиздата.

5. 3 Финансирование самиздата

Издательство Самиздат ставит не только интеллектуальные задачи. А именно, выпуск самиздата требует денег. В случае мерянского словаря количество изданий составило сто экземпляров, и автор мерянского словаря осуществил проект за свой счет. Цена словаря была установлена ​​в 300 рублей, и его можно было купить в интернет-магазине Pajwa. (Финугор.)

Данные исследования не указывают на существование каких-либо системных моделей сбора средств, применяемых мерянскими организациями. На интернет-портале Merjamaa нет ни номера банковского счета для пожертвований, ни ходатайства о них. Кроме того, на портале нет упоминания о членских взносах. В этом смысле, например, ассоциация «Меца кунта» — типичная российская низовая организация. Эти организации в своей деятельности не полагаются на членские взносы (Henry 2006, p. 214).

По словам Лауры А. Генри, низовые группы требуют меньше финансовой поддержки, чем профессиональные группы или группы, связанные с государством, потому что им не нужно содержать офисные помещения, персонал или технологии. Вместо этого добровольные работники и пожертвования в натуральной форме, а также случайные небольшие гранты и деньги от городской и региональной администрации позволяют этим организациям выживать. (Генри 2006b, стр. 114.) Данные исследования, похоже, подтверждают наблюдения Генри. Аналогичные методы финансирования своей деятельности применяют неомерянские организации. Хорошим примером является принцип работы интернет-магазина Pajwa, управляемого ассоциацией Metsa Kunnta. Согласно статье, Паджва стремится «собрать и систематизировать археологические, культурные, историко-этнографический материал балтов и финнов, двух древних соседей и крупнейшего этноса Восточной Европы». (Merjamaa, 8 апреля 2013 г.) Кроме того,

Статья поясняет ценовую политику магазина следующим образом:

«Наша основная цель — не бизнес. Основная цель – рассказать людям о древней культуре их предков. Поэтому мы постарались сделать цены максимально низкими. Ценовая политика «ПАЖВА» направлена ​​на то, чтобы сделать цены комфортными и доступными для всех, кто интересуется наследием своих предков» (там же.)

По словам Якобсона, Мерсиянова и Ефремова, российское законодательство не требует от некоммерческих организаций наличия попечительского совета. Более того, в нем не упоминаются пределы ответственности для такого правления. Организации обязаны отчитываться о своей работе перед государственными органами, но подготовка публичных отчетов является добровольной. Якобсон, Мерсиянова и Ефремов отмечают, что более четверти тех организаций, которые представляют отчеты о своей работе, не содержат никакой информации об источниках финансирования. Реже всего сообщают об источниках финансирования организации, работающие в сфере культуры и отдыха. (Якобсон, Мерсиянова, Ефремов 2012, с. 8, 10.)

Правдоподобно предположить, что доход, полученный от продажи продукции через магазин Pajwa, используется только для покрытия производственных затрат. Однако такой метод сбора средств требует от активистов большой ответственности. Поэтому, как отмечают Якобсон, Мерсиянова и Ефремов, говоря о злоупотреблениях или неправомерных действиях внутри некоммерческой организации, «подразумевается не только нарушение закона, но и пренебрежение ее миссией, корыстное поведение». Таким образом, соблазн превратить некоммерческую организацию в коммерческую сдерживается личной ответственностью руководителя перед совестью и коллегами. (там же, стр. 12.)

6. Краеведение

6. 1 Индивидуальный характер краеведческой деятельности

Тематические рубрики «Ознакомление с местом или регионом» (№ 104) и «Ознакомление с текущим вопросом» данных исследования дают информацию о мерянской краеведческой деятельности. Подкатегории «Краеведческая экскурсия» (№ 26) и «Автотур» (№ 6) последней категории посвящены краеведению (см. Приложение 2). В совокупности данные исследования включают 136 статей по теме.

Большинство (№ 108) статей, посвященных местам или регионам, основаны на материалах, собранных неомерянскими активистами либо отдельным лицом, либо небольшой группой энтузиастов-краеведов. Таким образом, речь идет об индивидуальном волонтерстве, которое осуществляется как физическое лицо без принимающей организации или коллективных усилий (Эллис Пейн, Хилл, Рочестер, 2010, стр. 19). Это отражает индивидуальный и демократический характер краеведческой деятельности. По мере того как общество становится все более индивидуалистичным, люди хотят проводить собственные исследования (Reid, Macafee 2007, стр. 127–128).

Также неомерянские активисты, комментировавшие исследовательские вопросы данного исследования, подтвердили индивидуальный характер краеведческой деятельности. Двое из них указали, что деятельность «Меряна» основана на частных инициативах (Комментарий от 5 марта 2019 г.; Комментарий от 24 апреля 2019 г.). Двое других активистов прямо не упоминали о частных инициативах в неомерянской деятельности, но подчеркивали важность обмена частными наблюдениями в социальных сетях и других информационных платформах (Комментарий от 25 апреля 2019 г.; Комментарий от 29 апреля 2019 г.). Все четверо активистов упомянули краеведческие экскурсии или этнографические экспедиции как форму неомерянской деятельности.

В случае с активистами добровольчество носит характер серьезного досуга, когда энтузиасты больше обязаны заниматься своими делами, чем их менее серьезные коллеги (Stebbins 1992, p. 5). В этом смысле неомерянские активисты отличаются от туристов, совершающих краеведческие экскурсии. Вместе девять статей, посвященных этим экскурсиям, были связаны с туризмом. Три из них были впервые опубликованы в блоге о путешествиях (см. Приложение 3). Статья, опубликованная на портале Merjamaa в июне 2014 года, например, была написана «главным редактором, по совместительству краеведом и туристом». В статье также есть ссылка на блог о путешествиях, который ведет журналист. (Merjamaa, 25 июня 2014 г.) Блог о путешествиях, со своей стороны, призван «развлечь читателя новостями о путешествиях и пригласить его в автотур» («За гранью будней»). Кроме того,

Например, в ноябре 2011 года на портале была опубликована статья о туре на внедорожниках. Экскурсия организована клубом «Там, в России», целью которого является «пробудить интерес к исторически значимым местам и памятникам нашей древности, донести информацию о них до широких слоев населения и тем самым способствовать их популяризации, исследованию. и потенциальная реконструкция» (Merjamaa, 11 ноября 2011 г.). Волонтерство может иметь концептуальное значение досуга. Таким образом, считается, что добровольцы вовлекаются из личных интересов, и основное внимание уделяется «удовольствию и удовлетворению, которые добровольцы получают от своего участия». (Эллис Пейн, Хилл, Рочестер, 2010, стр. 28.) Однако даже туры на внедорожниках и туристические статьи могут иметь далеко идущую культурную или социальную цель. Клуб Там в России, как показывает пример, направлен на распространение информации о памятниках культуры. Более того, как заметил Генри (2006, стр. 218), некоторые российские низовые экологические организации стремятся развивать экологический туризм. Также Каунов в своем исследовании неомерянского движения видит современную мерянщину как способ привлечения туристов в среднерусские районы (Каунов 2017: 83).

Вместе семь статей, посвященных краеведению, были научными статьями (см. Приложение 3). Также ученые и студенты могут принять участие в краеведческих экскурсиях. Летом 2015 года, например, в Верхневолжье была организована «комплексная межрегиональная археологическая и научно-интеллектуальная экскурсия». В ходе экскурсии ученые, студенты и аспиранты провели исследования по археологии и экологическому состоянию региона, а также наблюдали за биологическим разнообразием местных жителей. (Merjamaa, 6 августа 2015 г.) Подобный научный проект не обязательно означает волонтерство. Однако время от времени появляются добровольцы, участвующие в «научно-интеллектуальных» экскурсиях под руководством ученых. Статья, опубликованная в ноябре 2018 года, например, посвящена «межрегиональной научно-практической конференции, посвященной археологическим раскопкам городища Унорочь. Согласно статье, проект раскопок включал в себя образовательную программу, и им заинтересовались научная общественность, студенты и волонтеры. (Мерьямаа, 6 ноября 2018 г.) В другой статье о проекте раскопок в Унорочи (Мерьямаа, 5 сентября 2018 г.) упоминается, что в проекте участвовало двадцать добровольцев, приехавших из многих городов России.

Следует отметить, что краеведение может быть и профессиональной деятельностью. Восемь статей, посвященных местам и регионам, были впервые опубликованы в СМИ и пять – в информационных каналах государственных учреждений (см. Приложение 3). Здесь вопрос не в волонтерстве. Однако добровольный краеведческий энтузиазм может повлиять и на другие слои общества. Например, в 2014 г. государственный телеканал «Культура» обратился к неомерянским активистам с просьбой снять документальный телефильм о движении (Комментарий от 5 марта 2019 г.). Это показывает, что краеведение как вид деятельности способно накапливать социальный капитал.

6. 2 Тематический подход к краеведческим экскурсиям

Исследовательский материал, посвященный местам и регионам, дает мало подробной информации о краеведении как форме волонтерства. Однако можно подойти к волонтерству с тематической точки зрения, взглянув на те темы, которые появляются в статьях, посвященных местам и регионам. На самом деле, этот подход отражает собственное видение мерянских добровольцев своей деятельности, как следует из следующего комментария неомерянского активиста:

«Добровольная деятельность — это то, что вытекает из свободы воли. Переходит от сердца к сердцу, передается мягко, длится без усилий. Это некий внутренний, духовный порыв, который сближает людей. Это готовность узнать больше о земле, на которой вы живете. О людях, которые жили здесь до вас, о том, что они делали, о том, во что верили. Чтобы понять знания и опыт, которые они накопили, и использовать их в повседневной жизни». (Комментарий от 25 апреля 2019 г.)

Вольную деятельность активист рассматривает как «внутренний, духовный порыв», который «длится без усилий». Более того, волонтерство для него означает «готовность узнать больше о земле», на которой живешь. Таким образом, к почве можно относиться как к зеркалу стремления человека к волонтерству. Эта идея восходит к давней традиции. По мнению Елены Хеллберг-Хирн, российская самоидентификация имеет два первоисточника: тело и территорию. Эти два также являются важными метафорами. Территория тела включает в себя как русский фольклор, так и духовную территорию, которую составляют язык, искусство и православие. Территория, со своей стороны, представляет собой общую почву, укрепленную постоянным использованием. (Хеллберг-Хирн, 1998, стр. 6–7).

Западные определения филантропии часто подчеркивают понимание, согласно которому человек своими добровольными делами вносит свой вклад в свое сообщество. Таким образом, «благотворительная деятельность включает в себя выбор того, как соединить общественные потребности с личными
обязательствами таким образом, чтобы это было выгодно для других и удовлетворяло дающего» (Фрумкин 2006: 81). Неомерианское видение волонтерства переворачивает это понимание с ног на голову. Вопрос не в добровольце, который вносит свой вклад в свое сообщество посредством деятельности; речь идет о сообществе, вносящем свой вклад в деятельность через волонтеров. И в этом случае община не может существовать без Мерьямаа, мерянской земли.

6. 3 Определение тематических категорий

По словам Питера Х. Рида и Кэролайн Макафи, в местных исследованиях есть три первостепенных фактора: сложность источников, сложность исследований и энтузиазм пользователей. Исследования часто носят междисциплинарный характер и включают множество различных подходов. Поэтому краеведческие исследования «могут охватить всякую перестановку темы, места и времени». (Рейд, Macafee 2007, стр. 128, 130.)

В отличие от других текстов, опубликованных на портале Merjamaa, статьи, посвященные месту или региону, включают множество тем. Таким образом, трудно классифицировать эти статьи с точки зрения их основной темы. Вот почему к статьям, посвященным местам или регионам, применялся другой метод классификации. Каждая статья была внимательно прочитана с целью выявления всех включенных в нее тем. После этого эти темы, возникающие из данных, были классифицированы и помечены осмысленным образом. В результате можно определить следующие пятнадцать тематических категорий:

1. История (# 57)
2. Святилища (# 54)
3. Регион (# 38)
4. Языкознание (# 36)
5. Религия или культ (# 30)
6. Исторические памятники (# 28)
7. Археология (№27)
8. Деревни и населенные пункты (№27)
9. Легенды и поверья (№25)
10. Города (№20)
11. Архитектура (№19)
12. Образ жизни (№16)
13. А культурная эпоха (№15)
14. Средства к существованию (№15)
15. Местные происшествия (№9).

Однако классифицировать статьи о местах и ​​регионах по этим тематическим категориям недостаточно. Наблюдение за тем, как эти категории взаимосвязаны, больше говорит об отношении волонтеров к местному населению (см. Приложение 4). Список тематических категорий показывает, что существует две объемные тематические категории: «История» (№ 57) и «Святилища» (№ 54). Обе эти категории собирают свои собственные сферы тем. А именно, темы «История» и «Святилище» появляются в одном и том же тексте только 19 раз. Вместо этого другие темы имеют тенденцию тяготеть к одной из этих основных тематических категорий. Это показывает, что существуют различия в подходах писателей к понятию локальности.

Таким образом, была намечена взаимная взаимосвязь различных тематических категорий (см. Приложение 4). Это было сделано путем наблюдения за тем, какие темы одновременно присутствуют в одной и той же статье. Во-первых, внимание было обращено на количество взаимосвязанных категорий. Среднее количество тематических взаимосвязей составило 5,14, а стандартное отклонение – 5,06. Поэтому случаи тематической взаимосвязи, превышающие интервал, определяемый стандартным отклонением, рассматривались как выдающиеся примеры тематической взаимосвязи. Так было, если тема появлялась в одном тексте с другой темой более 10 раз.

Однако учитывалась и доля, которую данная тематическая взаимосвязь имела с другой тематической категорией. Средняя доля составила 19,03 процента, а стандартное отклонение – 15,56 процента. Таким образом, если случай тематической взаимосвязи имел долю 35 и более процентов данной тематической категории, то речь шла о выдающемся примере тематической взаимосвязи. Для наблюдения были выбраны наиболее очевидные случаи тематической взаимосвязи. Более того, четырехэтапная модель локальной истории Майкла П. Марино и Маргарет Смит Крокко (2012) предложила методологическую основу для подхода к этим случаям.

6. 4. 1 Сфера истории и языкознания

Тематическая категория «История» чаще всего взаимосвязана с категорией «Лингвистика». Вместе эти две темы появлялись в одном и том же тексте 22 раза. Хорошим примером связи истории и языкознания является статья, опубликованная на портале Merjamaa в декабре 2010 года. Статья знакомит читателей с городом Галич в Костромской области, давая подробное описание его истории. Согласно статье, городище Унорочь, расположенное к северо-западу от современного Галича, ученые считают административным центром местных мерян до X века. По статье мерянский язык использовался в этом районе до 18 века. Более того, рыбаки Галича пользовались профессиональным социолектом с мерянской лексикой до 20 века, а несколько мерянских топонимов в районе Галича сохранились и сегодня.

Мерянские топонимы и слова в местном социолекте свидетельствуют о мерянской истории Галича. Таким образом, топонимы можно рассматривать как объективную форму культурного капитала. В своей объективной форме культурный капитал может быть передан в своей материальной оболочке (Bourdieu 1979: 5). Поэтому достаточно одного взгляда на топоним на карте, чтобы выявить мерянское происхождение Галича. Однако символическое улавливание этой объективированной формы требует культурного капитала (там же, с. 5). Как форма культурного капитала топонимы могут быть измерены с точки зрения их культурной связи с теми экосистемами, где они появляются и где они используются (Nash 2013, стр. 120).

Такой подход имеет место в статье, опубликованной на портале Мерьямаа в ноябре 2010 года. В статье речь идет о мерянской истории города Костромы. Согласно статье, площадь Костромы долгое время была «символом российской отсталости и вечного мира». К сожалению, «советский утюг прошел по городу во все стороны», а нынешняя внутренняя политика Москвы превращает местных жителей в серую массу. Поэтому тот, кто хочет узнать «сокрытую правду о России», должен начать свои поиски с Костромы, которая является частью древнемерянских областей. Согласно статье, название «Кострома» по аналогии с нынешним марийским языком может быть истолковано как «Кусь-ото-ма», что означает «Земля священных рощ». Кроме того, Взглянув на карту пограничья между Костромской и Ярославской областями, можно обнаружить множество деревень с мерянским названием. (Мерьямаа, 29 ноября 2010 г.)

В статье высказывается против политики централизации Москвы, которая, как и советская эпоха, оказывает деструктивное воздействие на Кострому. Однако мерянская история города проявляется в топонимах, причем не только в названии самого города, но и в названиях окружающих его деревень. Таким образом, территория Костромы представляет собой экологию, с которой мерянские топонимы имеют культурную связь. Отсюда и их культурный капитал.

6. 4. 2 История и города

Как показывают приведенные выше примеры, города являются той сферой, где можно наблюдать взаимосвязь между историей и языкознанием. Тематическая категория «История» еще более тесно связана с категорией «Города и города». Вместе эти категории встречались в одном и том же тексте 16 раз.

Статья «Неславянская жизнь Московского Посада» (Merjamaa, 14 сентября 2015 г.) призвана предложить «интересное путешествие в финно-угорскую Москву». По статье Москва как поселение зародилась задолго до 1147 года. Археологи нашли в Кремле финно-угорское городище. Двести жителей острога были людьми дьяковской культуры. В отличие от индоевропейцев они умели плавить железо. Поэтому фатьяновцы «били своими каменными и бронзовыми топорами» по финно-угорским железным. (там же.)

В статье много внимания уделяется действию. Благодаря своей технической прогрессивности древние финно-угры могли побеждать своих врагов. В статье используется подход «это произошло здесь» к местной истории, в котором более широкие исторические события имеют местный или региональный контекст (Марино, Смит Крокко, 2012, стр. 234). Таким образом, несмотря на свои несомненные достоинства, древние меряне не могли противостоять экспансии Киевской Руси, свидетельством чего является основание Москвы в 1147 году.

Подход «это произошло здесь» к местной истории является относительно базовым и не требует использования мышления более высокого порядка или практики навыков, связанных с историческим исследованием (Marino, Smith Crocco 2012, p. 235). Однако в статье этот факт учитывается. Согласно статье, краеведы, топонимисты и историки делают историю российской столицы более понятной для широкой публики (Merjamaa, 14 сентября 2015 г.). Поэтому педагогические аспекты играют важную роль в краеведении. Краеведение как наука существует только тогда, когда в ней участвует и понимает ее широкая общественность (Лихачев 2007: 159).

6. 4. 3 История и край

Статьи о местах и ​​регионах показывают сильную взаимосвязь между темами «История» и «Регион». Вместе эти темы появляются в одной и той же статье 17 раз. Наблюдение за историей в связи с регионом означает тематический подход к местной истории, при котором исторические темы и концепции помогают понять общие факторы, сформировавшие и определившие жизнь (Марино, Смит Крокко, 2012, стр. 235). Хорошим примером такого подхода является статья, опубликованная на портале Merjamaa в феврале 2018 года. В статье речь идет о монастырской колонизации Центральной России. Статья написана ученым, но в тексте есть несколько замечаний, сделанных волонтером-неомеряном.

Согласно статье, монастырская колонизация Мерьямаа произошла после монгольского нашествия 1237 – 1240 гг. Монастыри располагались на важных водных путях. Более того, они были укреплены столбовыми стенами, которые были необходимы для ведения боевых действий. Согласно комментарию неомерянского активиста, эти операции означали колонизацию. В своем комментарии к тексту активист утверждает, что количество монастырей и церквей в Центральной России больше всего на территории, где когда-то жили исчезнувшие народы, такие как меряне. Однако эти народы стали «основой великорусского этноса». Поэтому активист цитирует фразу Федора Достоевского: «Русский — православный», и напоминает, что православие — культурная или этническая религия в истории Российского государства. (Мерьямаа, 6 февраля 2018 г.)

В статье православие представлено как знаменатель русской этнической идентичности, поскольку православие является этнокультурной религией. Этническая идентичность — это наблюдаемая форма бытия, которая работает либо как позитивный, либо как негативный символический капитал (Bourdieu 1998: 167). В данном случае речь идет об отрицательном символическом капитале. Православная миссия произошла через колонизацию, а укрепленные монастыри означают милитаризм. Колонизация была негативным процессом, длившимся веками. Это широкая тема, с помощью которой можно сосредоточиться на «общей картине» и подумать о том, как исторические события повлияли на его или ее жизнь (см. Marino, Smith Crocco 2012, стр. 236).

6. 5. 1 Святилища

Святилища составляют вторую по величине тематическую категорию статей, посвященных местам и регионам. Вместе 54 статьи посвящены этой теме. В своем исследовании российских низовых экологических организаций Лаура А. Генри обращает внимание на стремление к экологической духовности, которое присутствует в деятельности этих ассоциаций. Некоторые из организаций, за которыми наблюдал Генри, нацелены на улучшение качества жизни людей посредством контакта с природой (Генри 2006, стр. 218). В какой-то мере схожая тенденция объясняет интерес неомерянских активистов к памятникам природы. Это можно увидеть, например, в статье об экскурсии к «Голубому камню» (Мерьямаа, 27 декабря 2010 г.), известному местному священному камню в Ярославской области.

Согласно статье, в последнее десятилетие ХХ века проснулся сильный интерес к сакральной и «неофициальной» истории человечества. Этот интерес выливается в поиск и исследование тех природных или культурных объектов, которые не имеют неофициального статуса «памятника». Согласно статье, местные жители уважают эти памятники, но для науки они труднодоступны. Однако труднодоступность этих мест и их роль местных памятников позволяют сохранить целостность привычек и долговечность их выживания. (там же.)

В статье раскрываются некоторые важные моменты о значении краеведения и волонтерства как его части. Во-первых, растет интерес к «неофициальной» истории, проявляющийся в тех культурных объектах, которые не имеют официального статуса. Во-вторых, для науки эти места труднодоступны. Как отмечают Рид и Макафи, для ученых местное становится интересным только в более широком контексте (Рейд, Макафи 2007, стр. 127). К местным явлениям, выходящим за рамки устоявшихся отраслей науки, могут подходить только волонтеры-краеведы.

6. 5. 2 Святилища и деревня

Также тематическая категория «Деревни и населенные пункты» часто была взаимосвязана с категорией «Святилища». Вместе было 14 текстов, посвященных обеим этим темам. Деревни обеспечивают основу, в которой местные жители служат ресурсом для исторических исследований. Сообщества и живущие в них люди могут «служить текстами для чтения и анализа, а жизнь обычных людей может служить средством для более глубокого понимания истории» (Марино, Смит Крокко, 2012, с. 236).

Например, в статье «Летающая церковь на озере Нестиар» (Мерьямаа, 30 сентября 2010 г.) представлено село Нестиар в Нижегородской области. Согласно статье, Нестиар является местом, где «незримо витают древние божества языческих марийцев», и даже сегодня местные жители поклоняются им «в виде икон и почитаемых деревьев и родников» (там же). континуум между прошлым и будущим. Таким образом, время не есть априорное условие историчности; вместо этого практическая деятельность производит время сама по себе (Bourdieu 1998: 151).

Однако деревня представляет собой и среду, в которой видны следы прошлого. Большинство сообществ предлагают для изучения несколько слоев иммиграционной и этнической истории, и такой анализ позволит глубже понять исторические силы, которые повлияли на движение в различные сообщества и из них (Марино, Смит Крокко, 2012, стр. 236). ). Например, в статье «Святой камень в селе Челохово (Западная Мещера)» («Мерьямаа», 14 июня 2010 г.) показано влияние веры Раскольника на местные религиозные обряды.

В статье представлено знакомство со святым камнем, расположенным в селе Челохово. Согласно статье, рядом с нынешним селом была еще одна деревня под названием Гвоздна. Первые упоминания о Гвоздне в исторических источниках относятся к 14 веку. Однако в 18 веке село было заброшено. После этого сюда пришли новые поселенцы с границы

Западная Мещера, которая была раскольниковской, старообрядческой, традиционной территорией. (там же) По статье местные раскольники сохранили немало архаичных черт. Таким образом, когда путешествуешь по Мещере, создается впечатление, что христианство там так и не утвердилось. Здесь «слишком много Камней, Святых Рощ и Родников, почитаемых людьми», и местных жителей тянет в «затон местных болот и лесов, источающих язычество». (там же) Статья не только показывает, что в прошлом имели место перемещения населения. Зато наблюдается влияние этих движений на нынешний быт села. Поэтому важно не только изучать людей, покинувших общину, но и анализировать людей, проживающих в ней в настоящее время (Марино, Смит Крокко, 2012, с. 237).

6. 5. 3​​​​​​​ Святилища и легенды

Тематическая категория, которая может быть связана с категорией «Святилища», — это «Легенды и верования». Вместе эти две темы встречаются в одном и том же тексте 14 раз. Эти тексты часто основаны на историях, рассказанных местными жителями. Местные жители могут предоставить важную информацию о верованиях, связанных с местными культурными объектами. Они служат живой памятью нации. Таким образом, местные жители не только измеряют достоверность истории, наблюдаемой академическими фольклористами или историками культуры, но и сохраняют ее. Это отражает сущностную идею этнофутуризма, сопротивляющегося «музееобразованию» культуры (Gottelier 2017: 25).

Статья «Мерянская легенда об озере Сайтан» (Мерьямаа, 20 апреля 2011 г.) служит хорошим примером стремления к живой памяти. Предметом статьи является озеро Сайтан, расположенное в бывшем Мерянском районе Кировской области. Статья написана мерянским активистом, но в ней есть ссылка на заметки журналиста. Журналист взял интервью у пожилого местного жителя. Интервью посвящено мифу о происхождении озера.

Согласно мифу, давным-давно в этом районе жил тролль по имени Сайтан. Тролль насмехался над местными обитателями Мери, вызывая несчастья, споры и гнев. Меряне, со своей стороны, поклонялись своему богу, которому приносили в жертву лошадей и грабежи. Однажды ночью, когда Сайтан уничтожил жертвоприношение, мерийцы потеряли терпение и погнались за троллем со своими луками. Однако на рассвете остались только мертвые меряне, расстрелянные их же стрелами. Поэтому женщины стали плакать, и их слезы смешивались с кровью убитых. Мать-Земля не могла нести такой тяжелый груз воды, и образовалось озеро. (там же) Тот факт, что местный житель вспоминает подобный миф, свидетельствует о сохранении традиции мерья. Люди, которые вспоминают древние легенды и поверья и даже практикуют старинные обряды, позволяют предположить, что в Центральной России существует живая мерянская культура. Таким образом, давно возникшие практики и верования продолжают жить до сих пор, и это заполняет разрыв между прошлым и настоящим. Вопрос в габитусе. Согласно Пьеру Бурдье, габитус воплощает в жизнь предвосхищение внутреннего порядка и тенденций мира. Таким образом, оператор пропускает непосредственное настоящее через свое прошлое и, предвосхищая будущее, через возможности, записанные в настоящем. Таким образом, практическая деятельность — это то, что порождает время. Следовательно, ни время, ни история сами по себе не являются метафизическими реальностями. Время возникает, когда человек переходит к делу или мысли. (Бурдье 1998, стр. 151-152.) 

6. 5. 4 Святилища и религия

В совокупности 26 из 54 статей, посвященных святилищам, также касаются религии. Таким образом, «Религия или культ» является крупнейшей подкатегорией категории «Святилища». Однако следует отметить, что большинство статей, посвященных святилищу, вообще не касаются религии. Это показывает, что религия сама по себе не является главной темой неомерянских активистов, как предполагают некоторые критики движения.

В своем исследовании неомерянского движения П. А. Скрыльников выделяет три направления, направляющие развитие движения. Первый из них — регионализм, который связывает себя с историческим ареалом мерянского племени. Вторая ориентация - религия, попытка реконструкции мерянской религии и сближение с язычеством и неоязычеством. Третье направление — этнофутуризм, стремящийся вписать мерянство в современный мир. (Скрыльников 2016, стр. 231.) Однако наблюдения, сделанные на основе данных исследования, ставят под сомнение идею трех ориентаций. Регионализм, религия и этнофутуризм — части одного целого, и все они сходятся в понятии архетипа.

В связи с большим объемом тематической категории «Религия или культ» был проведен дальнейший тематический анализ этой категории. Анализ показывает, что в этой тематической категории имеется четыре многочисленных подкатегории (см. Приложение 5). Первая из них — «Взаимосвязь языческой веры и христианства» (№ 18). В эту подкатегорию включены статьи, посвященные влиянию языческих религиозных практик на среднерусское христианство. Вторая подкатегория «Священные камни» (№ 18) тесно связана с этой подкатегорией. Третья подкатегория – «Ритуалы» (№16), которая, в свою очередь, взаимосвязана с подкатегорией «Символы» (№15).

6. 5. 5 Символы

Как подкатегория «Символы» взаимосвязана с подкатегорией «Архаика и архетипы» (#3). На самом деле символы представляют собой наблюдаемую форму архетипов, в которых этнофутуристическая тенденция неомерийского движения проявляет значительный интерес. Культурные архетипы – репрезентативные культурные формы, сложившиеся в ходе истории (Колчева 2015: 256 – 257). Хорошим примером культурного архетипа является галлиформа, которая является темой статьи, опубликованной на портале Merjamaa в мае 2011 года. Согласно статье, в городе Углич до 1930-х годов находился валун под названием «Петушиный камень». Много лет назад, когда городу угрожали враги, к камню прилетел гигантский петух и трижды крикнул горожанам предупреждение. Вдоль изделия на камне остались следы петуха. Аналогично, камни с фигурками людей, животных и птиц встречаются в местах проживания балтийских и финских народов. Согласно статье, финно-угорские народы Восточной Европы в языческие времена приносили в жертву курицу, и даже сегодня среди эрзян существует поверье, согласно которому дух домашнего божества происходит из крови жертвенной курицы. (Мерьямаа, 12 мая 2011 г.).

В статье показана связь между местной легендой и древним, широко распространенным религиозным верованием. Петух, спасающий город, — культовая форма культурного архетипа, как и фигуры, высеченные в камне. Выявление этих знаковых форм — основная цель краеведческих экскурсий. Интерес к «голубым камням» Центральной России отражает эту цель. Хорошим примером является статья «Голубой камень в деревне Веледниково. Истринский район Московской области (Мерьямаа 28 сентября 2010 г.), основанный на краеведческой экскурсии.

Согласно статье, эпитет «синий» можно объяснить по-разному. Так, одни исследователи говорят о финском божестве «Укко», другое имя которого «Синий халат», тогда как другие исследователи ищут синонимы, которые звучат как марийское, удмуртское и коми слова, означающие «глаз». Здесь «глаз» относится к чаше на поверхности камня. Также камень в селе Веледниково имел на своей поверхности «чашечки» или «отметины». Согласно статье, вода в этих чашках полезна и может лечить болезни. (там же.)

Более того, согласно статье мерийские маги проводили ритуалы. Они знали язык зверей и птиц, обращались к духам деревьев, рек, камней и предков. (там же.). «Ритуалы» (№ 16) составляют одну из основных подкатегорий тематической категории «Религия или культ». Ритуал также может быть наблюдаемой формой архетипа, что делает его интересной темой для краеведческих исследований. Например, статья, опубликованная на портале Merjamaa в июне 2015 года, посвящена ритуальному и магическому использованию символов апертуры. Апертурные символы связаны с традиционной мифологией материнства и семьи и выполняют коммуникативную функцию в локальном сообществе. (Merjamaa, 16 июня 2015 г.) Однако в статье речь идет не только о символах, но и об их использовании. Согласно статье, молодежь, живущая в близлежащих деревнях священного камня с отверстиями, собиралась вокруг камня в первой половине ХХ века. В статье долговечность уважения к камню делает его хорошим примером архетипической апертурной темы. (там же) Таким образом, архетипы могут также определять образ жизни, который неомерийские активисты считают желательным. Они отражают «уникальный этнос», который вырастает вокруг их серьезной досуговой деятельности (см. Stebbins 1992, p. 7). Здесь можно проследить связь с идеей гражданского общества. архетипы также могут определять образ жизни, который неомерийские активисты считают желательным. Они отражают «уникальный этнос», который вырастает вокруг их серьезной досуговой деятельности (см. Stebbins 1992, p. 7). Здесь можно проследить связь с идеей гражданского общества. архетипы также могут определять образ жизни, который неомерийские активисты считают желательным. Они отражают «уникальный этнос», который вырастает вокруг их серьезной досуговой деятельности (см. Stebbins 1992, p. 7). Здесь можно проследить связь с идеей гражданского общества.

6. 5. 6 Религия и гражданское общество

В общей сложности 18 статей, опубликованных на портале Merjamaa, касаются отношений между православием и языческими обычаями. Неомерийцы стремятся выявить те местные религиозные обряды, которые либо существуют и сегодня, либо исчезли совсем недавно. Эти религиозные практики не только отражают религиозное исповедание человека, но и формируют социальную организацию сообщества.

Приближаясь к православной вере, неомерянские активисты выдвигают альтернативные символы и практики, которые во многих случаях старше устоявшихся. Более того, эти символы и практики присутствовали с самого начала христианизации России. Хорошим примером служит статья, опубликованная на портале Merjamaa в августе 2013 года. В центре внимания статьи находятся взаимоотношения между финно-угорской языческой религией и православным христианством. К этим отношениям приближается святой Стефан Пермский, который стремился крестить финно-угорский народ коми в XIV веке.

Согласно статье, святой Стефан срубил священную березу, которую пермские финно-угры почитали как божество. Он построил церковь на том же месте. Однако «духи наших земель» проникли в христианство. В результате снова выросли священные березы, и к ним приходят массы людей. В каждую Пятидесятницу березы приносят в храмы, поклоняются святым источникам и святым камням. Таким образом,

- - Религия наших предков пришла в самую кровь русского православия.
Финно-угорский крест должен был войти в сферу православного культа. Языческие архетипы — дело вечное, бороться с ними бесполезно». (Мерьямаа, 9 августа 2013 г.)

В статье выявляется синкретический характер русского православия. Таким образом, ему всегда принадлежали языческие архетипы, и эти архетипы проявляются в сегодняшних православных практиках. Цель выделения архетипов в православии отражает этнофутуристический интерес к архетипам. Для неомерийских активистов архетипы являются важной формой символического капитала.

Неомерианское движение подходит к русской религии как к национальному явлению. Православие является фактором, объединяющим россиян. Однако есть местные религиозные особенности, которые впитались в Православие. Как указывает в своем исследовании Тимур О. Галкин, «мерянское видение современного мира — это возвращение к истокам, не в смысле православия или городского неоязычества, а в глубоком исследовании археологии, этнографии и народного православия. верований в краеведение среднерусских финно-угорских народов». По Галкину, эта парадигма идентифицирует себя как с русской нацией, так и с национализмом. (Галкин 2013, с. 267.)

Тем не менее, в контексте этнофутуризма понятие «национальный» не относится к национализму, а речь идет о местном (см. Gottelier 2017: 28). Выявляя местные религиозные архетипы и распространяя информацию о них, неомерийские активисты вносят свой вклад в новый тип национализма. Как указывает Галкин, русский народ устал от «имперской миссии», которая выдерживалась пятьсот лет (Галкин, с. 267). Цель замены имперской миссии местным национализмом связана с построением гражданского общества.

Теории гражданского общества имплицитно опираются на представления об этической жизни, присущие каждой религии (Хархордин 1998: 961). Также мерянское православие может обеспечить этические принципы правильной общественной жизни. Например, статья, опубликованная на портале Merjamaa в марте 2014 года, посвящена традиции священных деревьев в Верхневолжском регионе. Согласно статье, культ деревьев является естественной частью традиционной культуры местных жителей. Этот факт проявляется в уважении к Воскресенскому лесу, сакрализация которого связана со святителем Сильвестром Обнорским. Согласно своей агиографии, Святитель в конце своей жизни жил в густой роще. Он запретил рубить там деревья, и этот запрет переходил из поколения в поколение. Однако в советское время, благодаря местной лесной промышленности, практически каждое старое дерево исчезло из рощи. (Merjamaa, 31 марта 2014 г.) В статье приводится пример ситуации, в которой религиозный архетип влияет на то, как люди угрожают окружающей среде. Роща была святым местом в языческие времена и имела аналогичный статус в традиционном православии Центральной России. Таким образом, архетипы рассматриваются как определяющие судьбу не только отдельного человека, но и всего общества (Колчева 2015: 256). Пример советской лесной промышленности показывает, насколько губителен отказ от этих архетипов. Результаты можно увидеть в разрушении окружающей среды, но также и религиозная основа гражданского общества оказывается под угрозой. 

7. Заключение

Исследование показывает, что неомерийское движение является эффективной формой неофициальной деятельности третьего сектора и способно создавать и планировать символический, культурный и социальный капитал. Таким образом, движение может внести свой вклад в гражданское общество постсоветской России. Более того, исследование показывает, что подобная деятельность может создавать эффективные связи между различными слоями общества.

Краеведение составляет существенную основу неомерийского движения. Однако то, что отличает движение от более универсальных форм краеведения, - это его художественное измерение. Как показано в главе 4.2 настоящего исследования, этнофутуристические художественные выставки и дизайн-проекты направлены на представление «мерянского ядра» широкой публике. Это ядро ​​можно найти в символах и архетипах, которые являются источником символического капитала неомерийского движения. Тем не менее, чтобы стать символическим капиталом, эти символы и архетипы должны быть культурно поняты. Другими словами, они должны стать символическими товарами, которые можно распространять среди широкой публики. Здесь, как и в главе 4. 3, шоу, фестивали и представления играют важную роль.

Фестивали обеспечивают средства культурного представления. По репрезентации они конституируют интерпретацию социальной памяти, и они делают это, конструируя представление о мерянском социальном мире. Однако такое представление невозможно построить без единомышленников. Фестивали дают возможность собрать вместе отдельных людей и организации, занимающиеся мерянским вопросом. Вопрос о социальном капитале.

Неомерианское движение занимается социальным капиталом. Несмотря на свою свободную и неоднородную структуру, движение способно создавать многообещающие отношения между различными деятелями культурного сектора. В качестве примера можно привести издательскую деятельность, которой посвящена глава 5.1. Интернет и блоги, посвященные местным исследованиям, позволяют вызвать интерес к мерянам даже во всем мире. Более того, как показано в главе 5.2, самиздатское издательство не только позволяет создать альтернативную культурную сферу, но и предлагает способ сотрудничества между волонтерами и частными культурными организациями. Количество статей, посвященных местам и регионам, свидетельствует о том, что краеведение является важнейшим видом деятельности неомерийского движения. Кроме того, глава 6. 3 этого исследования показывает, что неомерийский подход к Мерьямаа, Земле Мери, включает две основные тематические категории: категорию истории и категорию святилищ. Как видно из глав 6.4.1, 6.4.2 и 6.4.3, язык, города и регионы Мерьямаа относятся к сфере истории. В частности, топонимы местности составляют важную форму культурного капитала.

Однако Meryanness — это не только история. Неомерийское движение также не направлено исключительно на возрождение мерийского прошлого, проявленного древним мерийским языком. Главы 6.5.2 и 6.5.3, посвященные святилищам, отражают интерес неомерянских активистов к местным жителям. Местные жители выступают за объединенный культурный капитал. Они переносят прошлое в настоящее через свой габитус. Легенды и поверья воспроизводят архетипические черты местной культуры, а среднерусские деревни представляют собой континуум мерянства. В то время как города символизируют историческое, ограниченное временем, деревни символизируют вечность. Интерес к местному связан с вопросом о гражданском обществе. Низовая деятельность неомерян способствует созданию общества, основанного на свободном союзе людей со схожими идеями. Однако, общественный отклик на идеи неомерянских активистов — тема, оставляющая место для дальнейших исследований. Более того, краеведение как форма российской филантропии, безусловно, предлагает интересную тему для будущих исследований.

Список используемой литературы

1 - Ahlqvist, A. (1992). Observations on the Finno-Ugric Substrates in the Toponyms of the Yaroslavl Region on Grounds of the Hydronym Formants – (v)ga and v(nga), -(v)nga, -(v)`nga, -(v)nda. [Наблюдения над финно-угорским субстратом в топонимии Ярославского края на материале гидронимических формантов — (v)га и -(v)нга, - (v)ньга, -(v)нда]. Studia Slavica Finlandensia, Tomus IX. Helsinki, pp. 1 – 2, 4

2 - Бурдье, П. (1971). Культурное воспроизводство и социальное воспроизводство. «Культурное воспроизводство и социальное воспроизводство». Информация по социальным наукам 10(2), с. 47, 53

3 - Бурдье, П. (1979). Три государства культурной столицы. [Три состояния культурной столицы]. Труды исследований в области социальных наук 30 (1), стр. 4 - 5

4 - Бурдье, П. (1980). Социальный капитал, временные заметки. [Социальный капитал, предварительные заметки]. Proceedings of Social Science Research 31(1), p. 2

5 - Бурдье, П. (1984). Область культурного производства: очерки искусства и литературы. [Онлайн]. Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета, стр. 3–4. Доступно по адресу [По состоянию на 10 августа 2019 г.].

6 - Бурдье, П. (1985). Социальное пространство и генезис групп. Теория и общество [онлайн] Vol. 14(6), стр. 723–724, 727. Доступно по адресу

7 - Бурдье, П. (1998). Логика практики. [Практичность разума]. Тампере: Вастапаино, стр. 150–152, 165, 167.

8 - Брайман, А. (2016). Методы социальных исследований. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, с. 158 Эллис Пейн, А., Хилл, М., Рочестер, К. (2010). Роза под любым другим названием. [Онлайн]. Серия рабочих документов. Лондон: Институт добровольческих исследований, стр. 19, 28. Доступно по адресу .
.pdf [По состоянию на 10 августа 2019 г.].

9 - Фрумкин, П. (2016). Стратегическое пожертвование для общественной и частной ценности. В: Муди, М., Бриз, Б. Читатель по благотворительности. Лондон: Рутледж, с. 81

10 - Galkin, T. O. (2013). ”Merya trail” or in search of a new Russian identity. [Мерянский след или в поисках новой русской идентичности]. Perspectives of Science and Education [Online], No 4, 2013, pp. 264 – 265, 267. Available from [Accessed 6 August 2019].

11 - Готтелье, Л. (2017). Особая местность, общее будущее. Этнофутуризм в современной финской поэзии. «Особая местность, общее будущее: Этнофутуризм в современной финской поэзии». KEY - Literature Research Magazine [Online], 2017 (2), стр. 25–26, 28. Доступно по адресу [Проверено 6 августа 2019 г.].

12 – Генри, Луизиана (2006). Российские экологи и гражданское общество. В: Эванс, Генри, Мак Интош Сандстром. Российское гражданское общество, критическая оценка. Нью-Йорк: ME Sharpe Inc., стр. 211, 214, 218–219.

13 - Генри Л.А. (2006b). Формирование социальной активности в постсоветской России: лидерство, организационное разнообразие и инновации. Постсоветские дела 22(2), стр. 100, 104, 106, 114.

14 - Хеллберг-Хирн, Э. (1998). Почва и душа: символический мир русскости. Фарнхэм: Ашгейт, стр. 6–7.

15 - Якобсон Л., Куштатина Э., Рудник Б. (2000). Возникновение некоммерческого сектора в сфере культуры в России. Journal of Arts Management, Law and Society [Online], 30 (1), стр. 21–22 .
of+Kent [По состоянию на 6 августа 2019 г.]

16 - Якобсон Л., Мерсиянова И., Ефремов С. (2012). Проблемы и новые тенденции в области подотчетности некоммерческих организаций. [Онлайн]. Рабочие материалы программы фундаментальных исследований 03/PA/2012, стр. 8, 10, 12. М.: НИУ ВШЭ. Доступно по ссылке [Проверено 10 августа 2019 г.].

17 - Kaunov, D. A. (2017). Ideals of International Finno-Ugrian Ethnopolitical Movement and the Contemporary ”Merya Renaissance” in the Upper Reaches of the Volga. [Идеалы международного финно угорского этнополитического движения и современный мерянский ренессанс в областях бассейна Верхней Волги]. Studia Culturae 2(32), pp. 82 – 83.

18 - Хархордин О. (1998). Гражданское общество и православие. Европейско-азиатские исследования 50(6), с. 961

19 - Kolcheva, E. (2015). The Concept ”Cultural Archetype” as an Instrument of the Analysis of National Art. [Понятие «культурный архетип» как инструментарии анализа национального искусства]. Problemy filologii, kulturologii i iskusstvoznaniya No 1, 2015, pp. 254 - 257

20 - Лехтинен, И. (2008). В поисках идентичности. [В поисках идентичности]. В: Сааринен, С., Херрала, Э., Муррос. Финно-угорские языки и культуры в условиях глобализации. Хельсинки: Уралия Хельсингия 3, стр. 172, 175 - 176.

21 - Леонтьев, А.Е. (1996). Археология Мерии. Москва: Российская академия наук, с. 19, 21

22 - Лидчи, Х. (1997). Поэтика и политика демонстрации других культур. В: Холл, С. изд. Представление: культурные представления и означающие практики. Лондон: Sage Publications, стр. 161–162.

23 - Lihachev, D. A. (2007). The Russian Culture. [Русская культура]. Saint Petersburg: Iskusstvo-SPB, pp. 159 – 160

24 — МакРитчи, Джон (2012). Мужественное искусство ведения блогов по краеведению: новый подход к старым историям. Аплис 25(2), с. 89

25 - Марино, член парламента, Смит Крокко, М. (2012). Занимаясь местной историей: пример Нью-Брансуика, Нью-Джерси. The Social Studies [Online], 103(6), стр. 233–237. Доступно по адресу  [По состоянию на 6 августа 2019 г.]

26 - Маршалл, Миннесота (1996). Выборка для качественного исследования. Семейная практика [Онлайн], 13(6), с. 523. Доступно по адресу  [Проверено 6 августа 2019 г.]

27 - Маккерли, С., Линч, Р., Джексон, Р. (2012). Полное руководство по управлению волонтерами. [Онлайн]. Лондон: Справочник социальных изменений, стр. 117, 126. Доступно по адресу. [По состоянию на 10 августа 2019 г.].

28 - Нэш, Дж. (2013). Островная топонимия: топонимия на острове Норфолк, южной части Тихого океана и полуострове Дадли, острове Кенгуру. Амстердам и Филадельфия: Джон Бенджаминс, с. 120

29 - Рейд, П. Х., Макафи, К. (2007). Философия краеведения в интерактивную эпоху. Journal of Librarianship and Information Science [ Online] 39 (3), стр. 127–130. По состоянию на 6 августа 2019 г.].

стр. 30 - Робертс, К., Доуэлл, А., Цзин-Бао Ни (2019). Стремление к строгости и воспроизводимости тематического анализа данных качественных исследований; тематическое исследование разработки кодовой книги. BMC Medical Research Methodology [Online] 19(66), стр. 1–2. Доступно по адресу  [По состоянию на 8 августа 2019 г.].

31 - Savenko, E. V. (2016). The Modern Periodic Samizdat in Siberia and The Far East. [Современный периодический самиздат Сибири и дальнего востока]. Gumanitarnye nauki v Sibiri 2016, 23 No 4, pp. 89 - 90

32 - Skrylnikov, P. (2016). Neopaganism today: Merjamaa movement in the regional and Russian context. [Неоязычество сегодня: движение Merjamaa в региональном и общероссийском контексте]. Ojkumena [Online], 2 , 2016, pp. 101, 231. Available from  [Accessed 6 August 2019]

33 - Стеббинс, Р.А. (1992). Любители, профессионалы и серьезный отдых. Монреаль: издательство Mc GillQueen`s University Press, стр. 5–7.

Tkachenko, O. B. (2007). Studies on Meryan Language. [Исследования по мерянскому языку]. Kostroma: Infopress, p. 89

Исследовательские данные

1 - Комментарий от 5 марта 2019 г. Электронное письмо от неомерянского активиста. [Личное сообщение от 5 марта 2019 г.].

2 - Комментарий от 24 апреля 2019 г. Электронное письмо от неомерянского активиста. [Личное сообщение от 24 апреля 2019 г.].

3- Комментарий от 25 апреля 2019 г. Электронное письмо от неомерянского активиста. [Личное сообщение от 25 апреля 2019 г.].

4 - Комментарий от 29 апреля 2019 г. Электронное письмо от неомерянского активиста. [Личное сообщение от 29 апреля 2019 г.].

5 - Finugor 28 March 2013. A Meryan-Russian Dictionary Was Launched. [Вышёл в свет мерянско русский словарь] [Online]. Available from  . [Accessed 10 August 2019]

6 - Merjamaa 14 June 2010. A Holy Stone in Chelohovo Village (Western Meschera). [Святой Камень в деревне Чёлохово (Западная Мещёра)] [Online]. Available from  [Accessed 11 August 2019].

7 - Merjamaa 28 September 2010. The Blue Stone in Velednikovo Village. The Istrinsky District of Moscow Oblast. [Синий Камень в деревне Веледниково. Истринский район Московской области] [Online]. Available from [Accessed 12 August 2019].

8 - Merjamaa 30 September 2010. The Flying Church of Lake Nestiar. [Летающий храм озера Нестиар] [Online]. Available from  [Accessed 12 August 2019].

9 - Merjamaa 29 November 2010. The Hidden Merya (Part One). Kostroma. History and Modern Archeology. [Потаённая меря (Часть первая). Кострома. История и современная антропология] [Online]. Available from
 [Accessed 11 August 2019].

10 - Merjamaa 6 December 2010. The Hidden Merya (Part Two). Galich Merskyj. History and Modern Anthropology. [Потаённая Меря (Часть Вторая). Галич Мерский. История и современная антропология] [Online]. Available from [Accessed 11 August 2019].

11 - Merjamaa 27 December 2010. ”The Blue Dame” of Berendeyev Marsh. (Some Holy Places of Yaroslav Oblast). [«Синяя баба» Берендеева болота. (некоторые сакральные места Ярославской области)] [Online]. Available from  [Accessed 11 August 2019].

12 - Merjamaa 20 April 2011. A Meryan Legend of Lake Saytan. [Мерянская легенда об озере Шайтан] [Online]. Available from  [Accessed 11 August 2019].

13 - Merjamaa 12 May 2011. And Worshipping The Idol Stone… The Holy Stones of Uglich. [И покланяшеся Идолу каменну… Священные валуны Углича] [Online]. Available from [Accessed 11 August 2019].

14 - Merjamaa 30 August 2011. The First Emission of the Almanac ”Meschera-kraj” Was Launched. [Вышел в свет первый выпуск альманаха "Мещёра-край"]. [Online].
Available from  [Accessed 10 August 2019].

15 - Мерьямаа 11 ноября 2011. «Вся Чухлома» 2011 или Путешествие в мерянскую землю. ["Полная Чухлома" 2011 или путешествие в страну Меря] [Online]. Доступно по адресу [Проверено 10 августа 2019 г.].

16 - Merjamaa 27 December 2011. The Cultural Archeology of the Meryan Myth. [Культурная археология Мерянского Мифа] [Online]. Available from [Accessed 10 August 2019].

17 - Merjamaa 15 February 2012. Moscow. Vladimir Dobrovinsky`s Meryan Branding. [Москва. Мерянский брендинг от Владимира Добровинского] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

18 - Merjamaa 14 February 2013. Meryan Ethno-Futurists from Moscow Were Reborn as Spirits in Latvia. [Мерянские этнофутуристы из Москвы перевоплотились в Духов в Латвии] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

19 - Merjamaa 27 March 2013. Meryan Language. Resurrection from the Dead. [Мерянский язык. Воскрешение из мертвых] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

20 - Мерьямаа 8 апреля 2013. Амулеты Пайва – северный этнос. [ОБЕРЕГИ ПАЙВА – СЕВЕРНАЯ ЭТНИКА] [Online]. Доступно по адресу  [По состоянию на 10 августа 2019 г.].

21 - Мерьямаа 13 июня 2013 г. Этнофутуризм – это патриотизм. [Этнофутуризм это патриотично] [Онлайн]. Доступно по адресу  [Проверено 10 августа 2019 г.].

22 - Merjamaa 5 August 2013. Bylinnyj Bereg. The Young ”Merya”. [Былинный Берег. «Меря» молодая] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

23 - Merjamaa 9 August 2013. The Keremet of Unzha. “The Black Birch” and the “Potok” Fountain. [Унженская кереметь. "Чёрная береза" и источник "Поток"] [Online]. Available from  [Accessed 12 August 2019].

24 - Merjamaa 17 September 2013. The Meryan Urbanistics Yarislinna of the Project Yaroslavl. [Мерянская урбанистика Ярислинна от проекта YΔR⊕ϟΛA L] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

25 - Merjamaa 31 March 2014. S. B. Chernetsova Saint Silvester Obnorsk`s “Preserved Grove“. [С .Б . Чернецова «Заповедная роща» св. Сильвестра Обнорского] [Online]. Available from  [Accessed 112 August 2019].

26 - Merjamaa 19 May 2014. A Meryan art project Volga was opened in the ”New gallery” of Ivanovo at ”The Night of Museums”. [В "Новой галерее" Иваново в «Ночь музеев» открылся мерянский арт-проект Volga] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

27 - Merjamaa 25 June 2014. Vitalij Kurennoy. The Imperial Historical Matrix and the Local Culture of a Small Town. [Виталий Куренной. Имперская историческая матрица и локальная культура малого города] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

28 - Merjamaa 25 June 2014. The Blue-eyed Kostroma Taiga, ”Kitech Town the Other Way Around” and a Meryan Pagan Temple. [Синеглазая костромская тайга, "град Китеж наоборот" и мерянское капище] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

29 - Мерьямаа 31 декабря 2014. Мерьянские итоги 2014 года по версии «Уралистика». [Мерянские итоги 2014 года по версии "Uralistica"]. [Онлайн]. Доступно по адресу  [Проверено 10 августа 2019 г.].

30 - Merjamaa 16 June 2015. Aperture Symbolics as an Example of the Sacral Rural Complexes in The Kostroma Area [Пронимальная символика на примере сакральных деревенских комплексов Костромской земли] [Online]. Available from [Accessed 12 August 2019].

31 - Merjamaa 6 August 2015. Uncle Mazay and Vyozhi Island – The Novgorodian-Meryan Inhabitation of Early Middle Ages. [Дед Мазай и Остров Вёжи – новгородскомерянское поселение раннего средневековья] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

32 - Мерьямаа 14 сентября 2015. Неславянская жизнь Московского Посада. [Неславянская жизнь Московского посада] [Онлайн]. Доступно по адресу  [Проверено 11 августа 2019 г.].

33 - Merjamaa 6 October 2015. From What Moscovia Emerged? From the Meryan Zalesski Land! [С чего начиналась Московия? С мерянской Залесской земли!] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

34 - Merjamaa 2 January 2018. The Meryan Art Exhibition ”A Meryan`s Measurement´ was organized In Saint Petersburg. [В Санкт Петербурге прошла мерянская артвыставка «Измерение Меря»] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

35 - Merjamaa 6 February 2018. Ancient Water Routes. The Centuries of Monasteries. A Route to the North along the Rivers Lescha and Obnora. [Древние водные пути. Монастырские века. Пути на север по рекам Лежа и Обнора] [Online]. Available from  [Accessed 11 August 2019].

36 - Merjamaa 5 September 2018. Unoroch 2018. Excavations in Zavolzhian Meryans` Capital Continue. [Унорож 2018. Продолжаются раскопки столицы зоволжской мери] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

37 - Merjamaa 23 September 2018. The Cherepovets Inhabitants Were Shown Jewelry from the Millenial History. [Череповчанам покажут украшения мерянский модниц тысячелетней давности] [Online]. Available from  [Accessed 8 August 2019].

38 - Merjamaa 6 November 2018. Scientists Told How Kostromeans` Meryan Ancestors Lived and How They Looked Like [Ученые рассказали, как жили и как выглядели мерянские предки костромичей] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

39 - Русская Деревня (2011). О цене и ценности книг. [О цене и ценности книг] [Онлайн]. Доступно по адресу  [Проверено 10 августа 2019 г.].

40 - Za Granyu Budnej (n. d.). Good Time of the Day! [Доброе время суток!] [Online]. Available from  [Accessed 10 August 2019].

Приложения

Приложение 1. Количество и доля текстов, опубликованных на портале Merjamaa

1

Статьи, опубликованные в 2010 году, охватывают период времени с апреля по декабрь. Статьи, опубликованные в 2012 году, охватывают период с
января по март.

Приложение 2. Подрубрики тематической рубрики «Введение в текущий выпуск»

2

Приложение 3. Источники текстов, опубликованных на портале Merjamaa

3

Приложение 4. Количество и доля взаимосвязанных тематических категорий в текстах, посвященных местам и регионам

4

Кува 1: Среднее количество тематических взаимосвязей 5,14, стандартное отклонение 5,06. Средняя доля 19,03 процента, стандартное отклонение 15,56
процента.

Существенно взаимосвязанные тематические категории в текстах, посвященных местам и регионам.

5

Приложение 5. Подходы к религии в статьях, посвященных местам или регионам

6
а. памятники природы b. Святые камниc. Отношения между языческой верой и православием d. Ритуалы e. Символы f. Местная религия g. Часовни h. Финно-угорская религия i. Магия j. Архаические элементы k. Жертвенные дары l. Похоронные обычаи

Видео

Лекция школы "Русская Традиция" от 28.11.2009

[видео]

Велеслав — Заговоры

Лекция и практика школы "Русская Традиция" от 20.02.2010

[видео]

Велеслав — Духовное самопознание. Беседа первая

Поиск

Журнал Родноверие