Кого Дед Мороз прячет в мешке и другие новогодние тайны.
Добрый дедушка с бородой, которому так радуются дети и даже иногда верят взрослые, существовал не всегда. Оказывается, современный образ получился в результате долгой эволюции от древнего и довольно жестокого духа в обаятельного волшебника.
Откуда он взялся?
Подарков Мороз изначально никаких не дарил. Фото: кадр из фильма «Морозко» (0+)
Персонаж, символизирующий лютый холод, существовал во многих славянских традициях. Высокий старик с длинной седой бородой, который бегал по полям, стучал булавой и вызывал трескучие морозы.
В начале своего исторического пути это был, скорее, суровый каратель, нежели харизматичный и щедрый волшебник. Карачун, Трескун, Студенец или белорусский Зюзя в сказках грозился заморозить встреченного им человека.
Подарков Мороз никаких не дарил, зато у восточных славян было принято приглашать его на праздничную трапезу. Хозяин дома выходил с вечерей в руках, с батогом, плотно прикрывал за собой дверь и, поворачиваясь «за солнцем», трижды говорил в ночь: «Мороз, Мороз, иди к нам кутью кушать! Приходи на Святую вечерю!» После третьего раза угрожал батогом и говорил напоследок: «Как не идешь, то не иди и на жито-пшеницу, всякую пашницу! Иди лучше на моря, на леса, на крутые горы, а нам не вреди!».
При этом дети должны были сидеть тихо и не выглядывать в окна. Непослушных чад дед мог унести с собой. Именно для этого ему и нужен был снежный мешок.
Есть мнение, что Карачун — это одно из наименований Кощея Бессмертного. А тот, в свою очередь, бог смерти от холода.
Компания
Изначально помощниками Мороза были дикие звери, а совсем не милая девочка.
По поверьям, Карачун бродил с помощниками — медведями-шатунами и волками. В народе говорили, что холода длятся столько, сколько медведь скажет. Если косолапый в берлоге повернулся на другой бок, значит, половина зимы уже позади. А волчий вой вместо нынешнего гидрометцентра предвещал лютые морозы. Некоторые источники причисляют к спутникам Карачуна птиц-вьюжниц.
Когда все изменилось?
Мрачный повелитель стужи превратился в доброго деда после 1917-го.
Перезагрузка случилась после 1917 года, когда и Рождество, новым властям стало не угодно. До 1935 года идейным гражданам социалистического общества не гоже было наряжать елки и тем более водить хороводы вокруг них.
Однако потом все эти простые радости людям вернули, правда, в другом виде. Мрачный повелитель стужи превратился в доброго деда, сопровождающие его медведи стали зайчиками, а в мешок складывались не дети, а подарки для них. Так в массовом сознании закрепился образ, который знаком всем нам сегодня.
У Деда Мороза появился официальный день рождения — 18 ноября. Именно в это время в его вотчине в Великом Устюге наступают первые морозы.
А как же Снегурочка?
Первое официальное появление Снегурочки как помощницы Деда Мороза случилось в 1937-м.
Не сложно догадаться, что рядом с холодным во всех смыслах абьюзером не могла ужиться ни одна дама. Разве что Баба-Яга. Поэтому и красивая ассистентка с длинной русой косой — тоже изобретение советское. Первое официальное появление Снегурочки как помощницы Деда Мороза случилось на встрече 1937 года в московском Доме Союзов.
Составители репертуарного сборника 1938 года для массовиков-затейников определили формат героини праздника так: «Задорная девочка, ровесница зрителей… проказница. Она не стоит на месте, придумывая различные затеи. Она посредница между Дедом Морозом и зрителями, первый помощник и участник всех мероприятий».
Часто Снегурочками подрабатывали студентки театральных училищ, к примеру, в 1940 году в ленинградском ДК Промкооперации «задорным девочкам» платили 40 рублей «за выход» к елке.
В славянских обрядов образа Снегурочки нет, зато есть в фольклоре. Она является персонажем народной сказки о сделанной из снега и ожившей девочке. Этот сюжет был обработан и опубликован в 1869 году Александром Афанасьевым во втором томе его труда «Поэтические воззрения славян на природу».
В украшении елки тоже есть подвох?
Ель связана с миром мертвых.
Есть. Эта традиция восходит к древним представлениям многих европейских народов, в том числе кельтов, эстов, литовцев, славян, финно–угров, о том, что энергия этих деревьев может приближать весну, помогает плодородию и обещает благополучие. Однако для этого духов, обитающих в зеленых ветвях, надо задабривать — для этого на елках и развешивали гостинцы.
Пока звучит мило и не особо мрачно? Однако есть нюанс. У многих народов ель связана с миром мертвых, поэтому дерево широко использовалось в похоронной обрядности. Исследовательница старообрядчества в Коми Татьяна Дронова пишет, что темный ельник на севере часто служил местом захоронения, а ходить в одиночку в хвойный лес было запрещено. На карельских кладбищах нередко можно увидеть ель, увешанную тряпочками и полотенцами. Что-то напоминает, правда?
А еще у верхневычегодских коми есть интересный обряд — умирающему колдуну приносили выкопанную в лесу ель, перед которой он исповедовался и без мучений умирал. Как иначе теперь выглядят утренники, на которых Дед Мороз приплясывает у наряженного хвойного дерева?
