Данная публикация продолжает обзор «Исход к истокам», помещенный в первом номере «Наследия предков». За последние годы вышло большое количество книг и журналов по индоевропеистике, истории ариев, мифологии и быте древних славян, об истоках Руси и ведической традиции. Не все они равноценны, не все заслуживают внимательного изучения, не все попали в наш кругозор. Охватывая единым взглядом все эти новые издания, нельзя не заметить главного — в своей совокупности они свидетельствуют о резко возросшем интересе современного читателя к родовым корням, к исконным ценностям и архетипам, о весьма серьезном увлечении молодого поколения архаикой.

А если учесть опыт становления сравнительно недавно появившихся неоязыческих общин и дружин, то можно говорить о наступающей Консервативной Революции.

Открытие классиков и оригинальных источников

Когда официальную коммунистическую идеологию СССР сменила доктрина национальной государственности, в России были перепечатаны классические труды русских историков. Несколько изданий выдержали «История государства Российского» Н.М. Карамзина, «Курс лекций по русской истории» В.О. Ключевского, исторические сочинения СМ. Соловьева, Н.И. Костомарова и др. К этому же списку следует добавить фундаментальные исследования в области древней истории патриарха отечественной науки В.Н. Татищева, выдающегося этнолога и языковеда В.И. Даля, знаменитого белогвардейского идеолога П.Н. Милюкова, популярного автора нач. XX в. А. Нечволодова, профессора-эмигранта Г.В. Вернадского и др. Все это имена первой величины, крупнейшие авторитеты, без знания которых современное истолкование прошлого может оказаться неполноценным.

В.Н. Татищев (1686-1750) был одним из первых русских ученых, кто всерьез занялся изучением русских древностей. Первая книга его «Истории Российской» (М. Ладомир, 1994), состоящей из 48 глав, целиком посвящена дохристианскому миру. Татищева интересовало прошлое скифов, сарматов, готов, аланов, варягов, русов, славян западных, северных, восточных и южных. Он жил в одну эпоху с известным английским мыслителем Э. Гиббоном, чья «История упадка и разрушения Римской империи» недавно переиздана. Однако, следуя традиции, заложенной М.В. Ломоносовым, Татищев не просто пересказывал античные источники и данные западноевропейских авторов, а выстраивал родовую перспективу наших предков. Благодаря четкой структуре, ясной подаче материала и полному именному указателю, современный читатель легко может прочитать интересующие его разделы (например, Гл. 30 «Русь, Рутени, Роксания, Роксалания и Россия»), найти упоминания легендарных князей (Вандала, Гонсорика, Рюриковичей), а также древние топонимы. Тем, кого заинтересует личность В.Н.Татищева, рекомендую прочитать его биографию в серии «ЖЗЛ», написанную А.Г. Кузьминым.

К кругу незаслуженно забытых знатоков древностей относится Е.И. Классен, автор «Новых материалов для древнейшей истории славян вообще и славяно-русов дорюриковского времени в особенности» (СПб., 1995, ротапринт с изд. 1854). Будучи по происхождению немцем, он стал русским дворянином, преподавателем гражданского права, попечителем Академии и членом Комиссии по коронации Николая I. Высокообразованный Классен собрал и прокомментировал множество фактов по древней истории на ведущих европейских языках. Обобщая многочисленные данные, в том числе иллюстративный материал, он дает иногда по пять-шесть переводов подлинников. Не все факты и гипотезы Классена проверены современной наукой, однако то направление, которое он задал, не осталось без последователей. Если подходить к его «Материалам» критически, можно найти среди них ценные сведения.

Действительный член Императорского Русского военно-исторического общества Александр Нечволодов, автор «Сказания о Русской земле» (СПб. Ч. 1-4, М. Сварог, 1997), выпустивший свой многолетний труд накануне первой мировой войны, писал в иной манере. Он не вдается в научные дискуссии по поводу отдельных спорных фактов, не увлекается цитированием источников, а дает широкую панораму отечественной истории: от эпохи расселения ариев и древних мифов до царствования М.Ф. Романова. Первый раз его книга попала мне в руки в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле. Это был роскошный фолиант большого формата, с золотым тиснением и великолепными иллюстрациями. Когда в 1991 г. у нас вышло первое ротапринтное издание Нечволодова, я не глядя приобрел его и... весьма огорчился из-за крайне низкого качества печати (заказ Уральского отделения «Русской энциклопедии» при содействии «Православной книги»). Это, конечно, не помешало углубиться в суть книги, получить удовольствие от писательского таланта Нечволодова, но ощущение было такое, будто я приобрел другую книгу, а не ту, что была уничтожена по приказу красных комиссаров в эпоху гражданской войны. И вот состоялось второе рождение «Сказаний о Русской земле». В.П. Шевчук, подготовивший к печати новую редакцию книги, очень бережно отнесся к исходному материалу и воспроизвел его с максимально возможным качеством. Можно поздравить тех читателей, кто впервые откроет для себя Нечволодова, а вместе с ним и сам дух исконной Руси.

Настоящим событием для современного читателя стали «Очерки по истории русской культуры» П.Н. Милюкова в 3 томах (М. Прогресс, 1993). По университетским курсам, популярным журналам и телевидению мы знали Милюкова как крупного политического деятеля, публициста, основателя партии кадетов, редактора газеты «Речь», ставшего одним из лидеров Белого движения в эмиграции. Советские критики называли его «апологетом империалистической политики царизма». Позже мы узнали Милюкова как талантливого историка первой мировой войны и российских революций. Теперь все желающие имеют возможность ознакомиться с фундаментальным культурологическим исследованием Милюкова. Его «Очерки» (первое издание - Париж, 1937, второе — Гаага, 1964)— это не простая хронология событий. По складу ума и манере изложения Милюков аналитик и социолог. Ученого прежде всего интересуют новые научные открытия, отчего сама история предстает в качественно ином виде. Первая часть его труда посвящена обобщению данных о территории, населении, экономике, сословиях и государственных началах России. Он отказывается от «всемирно исторической» точки зрения и настаивает на необходимости рассматривать весь русский мир как единый национальный организм. Милюков изучает географические особенности Евразии, данные антропологии, археологии, расологии. В центре его внимания пути русской экспансии и колонизации: от освоения речных путей до завоевания Сибири. Вторая часть посвящена истории церкви, религии и литературы. Здесь содержатся размышления о национальном характере и метафизике, о типах религиозности, о язычестве и Православии, о судьбах русского сектантства и т.д. до эпохи секуляризации, обмирщения культуры и моды на беллетристику. В третьей части дан обзор культурных стилей различных эпох, тонкие искусствоведческие наблюдения и заметки: от особенностей отечественной архитектуры до мира искусств и социалистического реализма. П.Н. Милюкова можно считать одним из апостолов современной русской культурологии. Во всяком случае, порядочный специалист не будет игнорировать то, что до него сделано «апологетом русского империализма».

Сын знаменитого ученого В.И. Вернадского — Г.В. Вернадский родился и начал свою научную деятельность в России. Однако продолжить ее ему пришлось в эмиграции, точнее в изгнании, ибо взгляды исследователя значительно расходились с доктриной большевиков-интернационалистов. Г.В. Вернадский стал одним из идеологов движения «евразийства». Он жил сначала в Праге, а затем в США, где стал профессором Йельского университета. На Западе Вернадский считался крупнейшим специалистом по русской истории. И вот, наконец, его признали в России. В 1997 г. в издательстве «Аграф» начала выходить серия трудов ученого под общим названием «История России». В нее вошли отдельными томами книги «Древняя Русь», «Киевская Русь», «Монголы и Русь», «Россия в средние века», «Московское царство». В этой же серии вышел учебник Г.В.Вернадского «Русская история», по которому выучилось не одно поколение американских советологов. В других изданиях в разное время вышли отдельные статьи теоретика «евразийства», а также биография В.И. Ленина. Учитывая специфику «НП», отдельно следует сказать о томе «Древняя Русь». Здесь содержится серьезное методологическое введение, обзор историографии, а также главы, посвященные киммерийской и скифской эпохе, сармато-готскому периоду, гуннам и антам, аварам,хазарам, булгарам,варяжскому и византийскому влиянию, началам Киевской Руси. То, что у ранних классиков русской исторической мысли было лишь намечено, у Г.В. Вернадского доведено до полной ясности и изложено в краткой, доступной форме. Для особо требовательных читателей и специалистов имеется современный научный аппарат: список литературы, необходимые сноски, карты, схемы, авторская библиография.

Изучение древней истории невозможно без знания источников: археологических, письменных, устных, то, что передается в живой народной традиции. Долгое время в советской науке господствовала школа книжников-текстологов. У нее немало заслуг. Академиком Л.М. Тихомировым было издано полное собрание русских летописей. Ученики Д.С. Лихачева опубликовали немало сочинений православных авторов на древнерусском и церковнославянском языках. Для эпохи, когда господствовала идеология атеизма, это был настоящий подвиг. Однако, русский мир никогда не сводился к церковности. Не только быт и весь жизненный уклад, но и сама религиозность были гораздо богаче, разнообразнее. Древнерусскую культуру невозможно понять без изучения того, что неточно называют язычеством. В связи с этим первостепенную важность приобретает исследование фольклорного материала: народных сказаний, песен, прикладного искусства.

В России сильная этнографическая школа сложилась к концу XIX — началу XX вв. Ее лидерам А.Н. Афанасьеву, А.С. Фаминцыну и М. Забылину, долгое время замалчиваемым противниками изучения язычества, мы уделили внимание в обзоре «Исход к истокам» («НП» № 1). Сейчас нам есть, что добавить. Прежде всего тут следует упомянуть серию публикаций по календарной традиции, народной мифологии и искусству заговора.

Календарь всегда был и остается основой нашей жизни, как для язычников, так и для православных, как для верующих, так и для неверующих. Смена годовых циклов, времен года, месяцев, недель и дней — один из главных законов мироздания. Большевики пытались было нарушить этот закон, ввести шестидневку вместо семидневной недели, но долго эта авантюра не продержалась. Любой деревенский житель или городской любитель народных традиций знает, что весь жизненный уклад русских людей строится по календарному принципу. Само слово «уклад» содержит имя бога Лада (Лады), хранителя закона гармоний и ритмов. Советский писатель Белов, написавший книгу о народном быте, очень удачно назвал ее «Лад». Все традиционные праздники, обычаи, крупные события так или иначе связаны с календарем.

Описанию календарного цикла с изложением соответствующих мифов и обрядов посвящен классический труд А.А. Коринфского «Народная Русь. Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа». М., 1901. Недавно он был переиздан в ротапринтном варианте редакцией газеты «Град Китеж» при участии журнала «Свет» (Воронеж, 1995), а в отредактированном - издательством «Русич» (Смоленск, 1995). «Мать-Сыра-Земля», «Небесный мир», «Огонь и вода», «Крещенские сказания», «Страстная неделя», «Радоница — Красная горка», «Троица — Зеленые святки», «Ярило», «Иван Купала», «Свадьба-Судьба», «Рождество Христово», «Злые и добрые травы», «Молодость и старость», — таковы лишь некоторые названия глав из книги, подтверждающей глубокую взаимосвязь между исконно русской и православной верой. В одном ряду с исследованием Коринфского можно поставить «Церковно-народный месяцеслов на Руси» И.П. Калинского, выпущенный «Худ. литературой» в серии «Забытая книга», а из современных этнографов тут следует назвать имя А.Ф.Некрыловой, составителя уникального фольклорного сборника «Круглый год. Русский земледельческий календарь». Специалистам порекомендуем также познакомиться с брошюрой П. Глобы «Календарь Ариев» ( Минск, «Хварна», 1994).

Одним из авторитетов в области народной мифологии является В.И. Даль. Его исследование «О повериях, суевериях и предрассудках русского народа» перепечатано в 1996 г. издательством «Литера» в Санкт-Петербурге. Содержание книги Даля вполне традиционно. Им дан обзор народных сказаний о домовых, оборотнях, ведьмах, русалках, привидениях, кладах, общие данные о гаданиях, порче и заговорах. Во вторую часть книги составитель включил материалы по русской демонологии других менее известных исследователей от А. Харитонова до А. Иванова. В этом же питерском издании в 1997 году вышел сборник «Русское колдовство, ведовство, знахарство». В нем собран разнообразный этнографический материал о чародействе, волшебстве, народной медицине. Заговоры, былины, сказки, исследования поданы калейдоскопично, не всегда уместно. Особенно это касается народных поверий и примет. Более логично составлен дореволюционный сборник «Нечистая, неведомая и крестная сила» С.В.Максимова, выдержавший два новых издания. В первом томе выпуска «Русского духовного центра»(М., 1993) распределены по главам известный нам низший «пантеон» и демонология, во втором описаны православные праздники, примерно по тому же принципу, что и у Коринфского.

В академическом ключе народная мифология анализируется в «Избранных трудах» Д.К.Зеленина, перепечатанных в 1995 году «Индриком» с вводной статьей Н.И.Толстого по истории развития отечественной мифологической школы. В «Очерках русской мифологии» Зеленина нет места ненаучным домыслам, литературным обобщениям и любому романтизму. В частностях на автора целиком можно положиться, однако в целом позитивистско-критический метод привел Зеленина к формалистической подаче живописных материалов, к сухости языка, что навевает скуку и отбивает всякое желание углубиться в источники. Вся его книга посвящена покойникам, «умершим неестественной смертью» и русальским обрядам. В научном заключении и тех, и других мертвецов профессор называет «неудовлетворенными, тоскующими», подразумевая, по-видимому, что остальные люди жили и умерли с полным удовлетворением. Прочие этнографические сведения можно найти во втором томе «Избранных трудов» Зеленина. В нем помещены исследования об истории колонизации, обрядовой одежде, народных присловьях и анекдотах, новых веяниях в фольклорной поэзии. Издание содержит подробный указатель научной литературы и предметно-тематический индекс.

Совсем в ином стиле написаны сочинения знаменитого писателя-традиционалиста Ю.П. Миролюбова, собранные его почитателями в двух книгах под названием «Сакральное Руси» (М., Ассоциация Духовного Единения «Золотой век», 1996). Многие слышали его имя в связи с тем, что Миролюбову приписывается авторство «Велесовой книги». Однако, мало, кто читал достоверные труды этого талантливого автора. Для граждан Советской России это было практически невозможно, ибо Миролюбов жил и печатался заграницей. Его биография переполнена путешествиями и приключениями. Родившись на Юге России, он учился в Варшавском и Киевском университетах. В годы революции воевал в войсках ген. Деникина, а после гражданской войны оказался сначала в Африке, затем в Чехословакии (Праге) и Бельгии. После второй мировой войны Миролюбов жил в США, где редактировал русский журнал «Жар-птица». Умер он в 1970 году от воспаления легких, на пароходе по пути в Германию. В двух томах «Сакрального Руси» собраны наиболее важные работы ученого, разделенные на шесть книг:

1. «Ригведа и язычество»;

2. Русский языческий фольклор. Очерки быта и нравов;

3. Материалы к предистории русов;

4. Русская мифология. Очерки и материалы;

5. Русский христианский фольклор. Православные легенды;

6. Славяно-русский фольклор. Я не буду перечислять названия самих очерков, их около трехсот. Замечу лишь, что по широте охвата, стилю и энергетике они чем-то напоминают очерки Н.К.Рериха. Та же духовная твердость, правдивость, обращенность к истокам и верность традиции.

Традиционной магии посвящены сборники текстов «Русское чернокнижье» (М.,1991), «Встану я благо-словясь. Лечебные и духовные заговоры» (М.,1992), «Русские заговоры» (М., 1993). Предвидя возможное обвинение в симпатиях к «черной магии», замечу, что «чернокнижниками» на Руси называли не «черных магов» в их современном представлении, а хранителей древних, «языческих» знаний. Православные священники видели в волхвах, знахарях и чародеях своих конкурентов, они считали священной только Библию и сопутствующую ей литературу. Им и в голову не могло прийти сравнивать древнерусскую магию с классической «Атхарваведой» (собрание индийских заговоров I тыс. до н.э.), а ведь многое и тут, и там совпадает не только по духу, но и буквально. Магия слова, основанная на внушении и гипнозе — это великая тайна, мощное оружие, которым издревле пользовались наши предки. Не случаен поэтому и высокий интерес к заговорам со стороны современных ученых: этнографов, психологов, военных, политиков, имиджмейкеров и рекламодателей. Классическими трудами в данной области стали исследования Е.Н. Елеонской «Сказка, заговор и колдовство в России» (М., 1994) и Н. Познанского «Заговоры. Опыт исследования, происхождения и развития заговорных формул» (М., 1995). Обе дореволюционные книги перепечатаны издательством «Индрик».

Подтверждением того, что древние знахари и ведуны не были чернокнижниками и сатанистами, являются «травники», сборники традиционных народных знаний о лекарственных и чудодейственных свойствах растений. Несколько таких «травников» изданы в приложении к знаменитому «Домострою» Сильвестра. «Травники» были своеобразными предшественниками медицинских книг, собранием рецептов и профилактических рекомендаций. Современные астрологи, изучив влияние планет на растения (См., например, Астрологический травник. Минск, 1994, составитель Г.В. Семенова), обнаружили, что эти данные давно были известны традиционным целителям, они-то и содержались в «волховских травниках».

В христианскую эпоху в опалу попали и народные музыканты. Их церковные критики называли «лицедеями», «богохульниками», «одержимыми бесами». Действительно, скоморохи позволяли себе во время выступлений острые словечки и даже антицерковные высказывания. Древнерусская летопись сохранила упоминание о том, как новгородский гусляр «нача плясати и играти да жидовскую веру ругати». Существует даже легенда о том, как скоморох поспорил с христианским философом. Она полностью излагается в дореволюционной книге А.С. Фаминцына «Скоморохи на Руси», переизданной в Санкт-Петербурге в 1995 г. Однако было бы глубоко неверно сводить оценку народной музыкальной культуры к противостоянию язычества и церковности. Музыка изначально была неотъемлемой частью быта, обрядов и священных ритуалов наших предков. Особую касту составляли гусляры-сказители, хранители народной памяти (у украинцев — бандуристы). В античные времена они заменяли историков и литераторов. Значение эпической поэзии для нас также велико, как для греков песни Гомера. Лишь значительно позже европейские гусли, родственные еще более древней арфе, сменила восточная балалайка. Об этом можно подробно прочитать в книгах Фаминцына «Гусли. Русский народный музыкальный инструмент» и «Домра и сродные ей музыкальные инструменты русского народа», переизданных под одним переплетом с упомянутой книгой о скоморохах.

В качестве примера современного исследования по отечественной этнологии можно привести книгу главы семиотической школы академика Н.И.Толстого «Язык и народная культура. Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике». М. «Индрик», 1995. Труды выдающегося современного слависта отличаются научной добросовестностью, скрупулезностью, великолепным знанием источников. В сборнике его научных трудов собраны статьи по общим вопросам этнолингвистики, архаическим ритуалам, символике предметов и действий, славянской демонологии, фразеологии, семиотике малых форм фольклора. Многим будет интересно познакомиться с его статьями о балкано-славянских обрядах, о магическом круге жизни, об «облике дьявольском», о топонимии и картографии фольклора. Вместе с тем Н.И. Толстой унаследовал у семиотиков-позитивистов холодный академизм и стремление к узкой специализации, ведущие к рассечению исконно живого этнографического материала на свод цитат, фрагментов, комментариев и критических замечаний. Желающим овладеть более оригинальным материалом можно посоветовать выбрать необходимые источники в подробном списке литературы, помещенным в конце сборника Н.И. Толстого.

СЛОВАРИ И ЭНЦИКЛОПЕДИИ

Качественный скачок в изучении славяно-русской античности проявился также в желании специалистов и любителей обобщить опыт предыдущих исследователей, написать итоговые труды, составить соответствующие словари и энциклопедии. Именно по такому пути пошел коллектив авторов из Института славяноведения и балканистики РАН во главе с Н.И.Толстым. Давно задуманный проект обсуждался научной общественностью еще в 1985 году профессиональными языковедами, этнографами, фольклористами. И вот через десять лет вышел первый том этнолингвистического словаря «Славянские древности» (М. «Международные отношения», 1995). Он издан в строго академическом стиле, с необходимыми сносками, подробной библиографией, этнографическими картами и иллюстрациями. Словарь построен по алфавитно-тематическому принципу. Это значит, что каждая из крупных словарных статей имеет свою внутреннюю логику. Основные рубрики: 1.Субстантивы (орудия труда, домашняя утварь, одежда, пища, человеческие и культовые атрибуты, вещества и стихии); 2. Растения; 3. Животные; 4. Лица. Персонажи. Имена; 5. Время и календарь; 6. Локативы (пространство, география, строения); 7. Атрибутивы (качества и признаки); 8. Действия (обряды, ритуалы, игры, обычаи, магия и т.д.). По утверждению составителя данное издание «первый в славистике опыт энциклопедического словаря традиционной духовной культуры всех славянских народов. Он подводит итог более чем вековому изучению славянского фольклора, мифологии, этнографии, народного искусства». По общему объему (первый том составил 578 страниц, а всего должно выйти пять томов), географическому и тематическому охвату, энциклопедия «Славянские древности», действительно, не имеет равных, однако с точки зрения содержания в ней немало спорного. Нет четкого разделения языческих и библейских реалий (это особенно ясно проявляется в таких статьях как «Бог», «Богородица», «Ад», «Душа» и приводит к параллелям типа «Аллилуйя/Ай-люли»). Сохранилась от прежних изданий бросающаяся в глаза методологическая асимметрия (есть большая статья «Вошь» и вовсе нет статьи «Алатырь»). Языческие боги интерпретируются преимущественно в лингвистическом ключе, согласно семиотической теории В.В.Иванова и В.Н.Топорова (отсюда устаревшие данные о Дажьбоге, Ладе, схематичное противопоставление Перуна и Белеса). Сильное влияние исторического материализма и лингвистического структурализма чувствуется в каждой статье. А ведь есть и другие научные школы, которые необходимо осваивать.

Если у вас нет времени ждать, пока выйдут очередные тома энциклопедического словаря «Славянские древности», нет желания углубляться в лингвистику или сравнительную культурологию, а вам необходимо в короткий срок получить элементарные сведения о дохристианских верованиях предков, вы можете спросить в библиотеке брошюру Л.А.Кожевникова «Славянские языческие боги, духи и нечистая сила», (Казань, Общество русской культуры, 1994). Написана она очень просто и представляет собой несложную компиляцию, составленую в виде словарика. В нем имеется пять разделов, где по алфавиту даются краткие сведения о богах небесных, земных, водных, подземных, а также о нечистой силе.

Весьма популярно написана и книга Г.С.Беляковой «Славянская мифология», (М. «Просвещение», 1995), замечательной подвижницы, стоявшей у истоков современного русского возрождения. Вышла данная книга, к сожалению, уже после смерти автора, хотя, как известно, томилась в государственном издательстве не один год. Монография составлена по типу справочных изданий. Она разделена на восемь глав (1. Общие истоки; 2. Индоевропейский фон; 3. Славянские верховные божества; 4. Мир противопоставлений; 5. Мифы о животных и существах фантастических; 6. Древо жизни — Мировое древо; 7. Дом и одежда древних славян; 8. Календарь и обряды. Издание иллюстрировано рисунками и картинами русских художников на мифологические темы (репродукции — увы! — черно-белые). Белякова не углубляется в дебри этимологии, не слишком увлекается сравнительной культурологией, но зато пишет с большой любовью, на хорошем литературном языке.

Продолжением «Словаря славянской мифологии» Е.А. Грушко и Ю.М.Медведева (см. рецензию в №1 «НП») стал «Словарь русских суеверий» (Нижний Новгород, «Русский купец», 1995), составленный теми же авторами. Написан он талантливо,увлекательно, материал собран уникальный, но... каких только небылиц в книге нет. Открываем наугад статью «Морковь» и читаем: «Если кто имеет при себе морковь, то не убоится ни ползущего гада, ни зверя дикого». Трепещите гады! Возьмем что-нибудь еще, например, «Девочка»: «Если больше девочки родятся, в этот год войны не будет». Где и какод войны не будет? А вот что Грушко и Медведев пишут про «Деньги»: «Монеты найти — к богатству». Весьма спорно. А как же тогда быть с богатством духовным? Наконец, прочитаем про «Затылок»: «Затылок чешется к печали». Вот уж точно! Знать не все в словаре суеверий чепуха.

Если книга Е.А.Грушко и Ю.М.Медведева оставит у вас после чтения слишком веселое настроение, почитайте для контраста «Сравнительный словарь мифологической символики» М.М.Маковского (М., «Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС», 1996). Он составлен в строгом научном стиле с точки зрения теории «лексико-семасио-логических универсалий». Автор — лингвист. Он рассматривает древние образы мира на основе этимологического анализа ключевых понятий и корней многих древних и новых индоевропейских языков (символика вселенной, звука, цифр, света, времени, судьбы, дерева, огня, воды, одежды, ритуалов и т.д.). Благодаря энциклопедическим знаниям в области истории языка (М.М.Маковскому принадлежит десяток монографий, среди которых упомянем книгу «У истоков человеческого языка», М. 1995) автор докапывается до самых глубоких корней индоевропейских слов, выделяя наиболее ранние значения. Эзотерические открытия Маковского чем-то очень похожи на каббалу (см. статьи «Буква», «Число», «Человек»), и они абсолютно игнорируют руническую (астрологическую) теорию происхождения арийских языков. При этом выводы порой излагаются автором в ироничной, если не сказать издевательской манере. Так, например, статью «Бог» он начинает словами: «Язычники поклонялись столбам, которые считались божествами» (с. 46). Эту по сути неверную мысль он развивает в статье «Смех»: по утверждению Маковского, «смех возникает, когда соединенные в группу люди направляют свое внимание на один определенный предмет (столб, шест, которые олицетворяли Божество» (с.300). Так называемые «язычники», как мы знаем, имели весьма развитую космогонию и метафизику; они поклонялись не «столбам», а Абсолюту, одновременно трансцендентному и имманентному. Единый арийский Бог не противопоставлялся миру как Творец, он включал в себя проявленный мир вещей, образов, явлений. Однако, Маковский этого не понимает, или не желает понимать. Иначе, говоря о вере ариев, он не ограничивался бы этимологическим обобщением о том, что «слова со значением «верить» и «вера» соотносятся со словами имеющими значение «рогатый скот» (с.71). Ведь если, например, евреи поклоняются «стене плача», это не значит, что они «верят в стену».

О неправомерности перенесения законов одной науки на другую свидетельствует небольшая книжка Ю.А.Хлестакова с коротким названием «Ура» и развернутым подзаголовком «Смысловой словарь базовых слов русского языка» (М. 1996). Автор по образованию кандидат физико-математических наук, он специалист в области релятивистской электродинамики и теории гравитации. И вот Хлестаков решил применить свои технические знания к языку. Получилось занятно: один раз попал, десять раз мимо, прямо как у Фоменко с Носовским в их «Новой хронологии». Исходный принцип у Хлестакова, казалось бы, верный («Зри в корень»), да вот беда, технарь не отличает корня от приставки и суффикса. У него что ни слог, то корень. «УРА» значит «У-Ра», то есть «из Ра», «из солнечного племени»; «варвар» = в—ар—в—ар, что значит «ведающий арией ведающий ариев», «Россия» = Ра — сея, то есть «солнцем посеянная». Все языки, по мнению физика, в корне едины. Примеры, пожалуйста: «мама, мать» по-санскритски будет «мата, матри», по-немецки — «муттер», по-анлийски — «мазэ» (так и написано). Кстати, по-грузински «мама» означает «отец». Вывод автора: «Мы все едины из-за того, что в нас генетически заложен один алгоритм» (с.16). Для полной убедительности автор помещает на обложке фрагменты из двух откликов: С.Г.Кара-Мурзы и... Г.А.Зюганова. Может быть, данная брошюра — шутка? Не знаю. Но если г-н Хлестаков реальная личность, а не спровоцированная инкарнация классического героя Гоголя, можно сказать так: он где-то слышал звон, да не знает, где он.

Чтобы не заходить слишком далеко в истолковании смысла слов, надо знать, что помимо простых, так называемых «толковых» словарей существуют специальные «этимологические», «ономастические» и т.п. Самый лучший этимологический словарь русского языка, на мой взгляд, составлен М.Фасмером. Это было сделано сравнительно давно, и кое в чем словарь Фасмера начинает устаревать. Новый «Историко-этимологический словарь» П.Я. Черных (М. «Русский Язык», т. 1-2, 1994) не решил накопившиеся проблемы, да и вообще он строится сзаду наперед. Сначала в нем рассматриваются современные смыслы, а затем уже автор переходит к этимологии как таковой.

В качестве другого примера можно привести словарь «Русская ономастика и ономастика России» под редакцией О.Н.Трубачева (Москва, «Школа-пресс», 1994). Он, хотя и невелик по объему (всего около трехсот страниц), но содержит многие топонимы, мужские и женские имена, отчества. Статьи «Алатырь», «Буян», «Род», «Русские народные названия ветров», «Теонимия древнерусская» и др. содержат сведения, которых нет в других энциклопедиях.

Великолепный сборник издал старейшина Калужской славянской общины В.С.Казаков. Он называется «Именослов. Список славянских имен, 2-е издание, Москва, «Семигор», 1996. Основу словаря составляют списки древних и новых имен с переводом и комментариями, например: Белояр — «священная ярость», родоначальник князей, Братислав — берущий славу, Велизар — очень светлый, Володарь — властитель, Горазд — способный, понятливый, Лютобор — смелый, крепкий в борьбе, Мстислав — славно мстящий, Путята — толковый, путевый, Ратибор — ратствующий, побеждающий в войне, Родомысл — думающий о роде, Ростислав — растущий славным, Рюрик — сокол, измененное Рарог, Светозар — озаряющий светом, Ярослав — славящий Ярилу. Некоторые из этих имен уже сегодня даются при посвящении в языческих общинах, а завтра их будут давать своим детям последователи нового культа предков. Приведем и несколько женских имен: Бажена — желанная, Ванда — от названия славянского племени Вендов (Вандалов), Драга — дорогая, драгоценная, Лада — богиня материнской любви, старшая рожаница, Любава — любимая, избранная, Милена — милая сердцу, Русана — русоволосая, Яна — от древнеарийского имени Иан. Согласитесь, эти имена звучат намного органичнее, чем революционные Марклен, Вилена, Ревмир, Эра, и не так банально, как Иван, Андрей, Александр, Елена или Наталия. Кстати, все эти полюбившиеся имена были некогда заимствованы. Об этом подробнее можно прочитать в предисловии В.Казакова. Удачно дополняет брошюру исторический экскурс «Краткая летопись Родины», а также славянский месяцеслов.

Помимо «Именослова» В.С.Казакову принадлежит еще один ценный словарь — «Мир славянских богов» (Калуга, 1997), составленный в соавторстве с Богумиром. Он также невелик по объему (70 страниц), но чрезвычайно емкий по содержанию. Дело в том, что авторы словаря не просто перечисляют имена известных богов, а тут же приводят многочисленные параллели. Например: «Дый (лат. — Deus, греч. — Zeus, общеиндоевроп. — Deiwas, инд. — Дьяус, польск. — Tyja) — Верховное божество. Одно из имен Сварога. Вернее, Сварог — одно из имен Дыя. Треба сродни Свароговой.» Я умышленно взял краткую статью, но в сборнике есть и более развернутые толкования. Может быть, не все этимологии и параллели бесспорны, но в целом их уровень вполне научен. Это по стилю гораздо ближе к Фасмеру, чем к Хлестакову. Вторую часть сборника составляет описание славянских праздников (Коляды, Велесова дня, Комоедиц, Купало, Перунова дня, Родоницы), обрядов (Пострига, Торжественного обряда, Свадьбы, Похорон) и юношеских игрищ (Моргалочки, Ручеек, Ящер). Толкуются они не как бытовавшие в прошлом, а как живые. По сути это и не описание, а наставление: как что праздновать и проводить. Указаны необходимые участники, требы, порядок действий. Есть даже тексты ритуальных гимнов Дажьбогу, Велесу, Ладе, Перуну, Трояну. Все хорошо, только одна вещь меня насторожила — обряд «Раскрещивания». Он может привести к новой религиозной войне «русских против русских. Может быть, лучше было бы заменить «раскрещивание» обрядом изначального посвящения?

Другим знаменательным явлением стал выход новой книги А.И.Асова «Мифы и легенды древних славян. М. Наука и религия, 1998. Александра Игоревича Асова нет необходимости представлять нашему читателю. Об переводчике «Велесовой книги» и авторе «Звездной книги Коляды» ходят легенды, вокруг него развернулся «научный» скандал. Одни его считают едва ли не пророком, читают его издания утром, днем и вечером, как культовые, а другие называют «талантливым подделыциком», «изобретателем прошлого», «мистификатором». Это все из-за старого спора о подлинности «Книги Велеса» (см. об этом в «НП» № 5). Но нас в данном случае интересует не книга, которую Асов переводил, а книга которую он написал сам. «Мифы и легенды древних славян» представляют собой своеобразный словарь с подробными историческими комментариями. Во введении излагается понимание автором ведической культуры, дается обзор священных книг ведической традиции, указываются принципиальные различия между древними мировоззрениями греков, римлян, германцев, славян и русов. Первая часть — «Славянские мифы» состоит из отдельных словарных статей: «Сотворение мира», «Сварга», «Белее», «Дажьбог», «Радогост», «Сива», «Волшебные народы» и т. д. В каждой из них сначала художественным языком излагается суть мифа, а затем указываются научные источники. Во второй части «Священная история славян» даны очерки о древних зодиакальных эпохах, о прародинах славян (гиперборейский север, Урал, Алтай, Кавказ), о наиболее популярных родовых легендах (Арии, Яре, Русе, Бусе, Бо-гумире). Все статьи иллюстрированы либо оригинальными артефактами, либо рисунками, выполненными в традиции, либо картами. Картинки — цветные, что делает издание более современным и привлекательным для широкого круга читателей.

Говоря о справочных изданиях нельзя обойти вниманием новую иллюстрированную энциклопедию «Русский традиционный костюм», СПб. «Искусство», 1998, составленную Н. Сосниной и И. Шангиной. Это первое полное собрание этнографических сведений о бытовой и праздничной одежде XVIII-XX вв. Книга составлена в виде алфавитного словаря. Она описывает преимущественно крестьянскую одежду: различные типы головных уборов, обуви, рубах, платьев, всякого рода украшений. Некоторые из них общеизвестны, а многие канули в прошлое вместе с былыми обычаями и традициями. Нашим модницам и художникам, интересующимся декоративным искусством, любопытно будет узнать не только о фасонах одежды, но также об их покрое, материале, орнаментации, манере ношения. В энциклопедии много рисунков и фотографий, собранных в фондах Российского этнографического музея, но все они, к сожалению, черно-белые. Будем надеяться, что следующее издание будет подано более нарядно, как та одежда, которую с удовольствием носили русские красавицы и щеголи.

СОВРЕМЕННАЯ ДРЕВНЯЯ ИСТОРИЯ

В процессе изучении прошлого сложилось несколько научных школ, направлений, методологий и гипотез, с трудом поддающихся обобщению. Часто представители той или иной школы слишком критически относятся к открытиям своих коллег, что приводит к замалчиванию ярких талантов и имен. Наша же задача состоит не в прославлении той или иной школы, а в выявлении основных тенденций русской историографии древностей, даже если та или иная концепция является спорной, «романтической», «непрофессиональной».

Излагая достижения наиболее признанных авторитетов, нельзя не упомянуть труды Института археологии РАН, авторского коллектива Института славяноведения и балканистики, исследовательского и преподавательского состава МГУ. Под общей редакцией академика Б.А. Рыбакова вышла итоговая монография «Славяне и их соседи в к. I тыс. до н.э. — 1 пол. I тыс. н.э.». М., 1993. Это один из трудов большой серии «Археология СССР с древнейших времен до средневековья». Она включает исследования археологов от эпохи палеолита и ранней античности на территории южной Евразии (Кавказ, Средняя Азия, Скифия) до эпохи формирования славянорусской государственности (градостроительство, зодчество, культура, быт). Рецензируемый сборник посвящен так называемой Зарубинецкой культуре, Пшеворской, Латенской культуре Прикарпатья, Киевской, Черняховской культуре, восточноевропейским курганам. Работа выдержана в строгом академическом стиле, снабжена картами, специальной библиографией, рисунками специалистов-археологов. В этом же ключе написано авторское исследование В.В.Седова «Славяне в древности» (М., 1994). Оно посвящено проблемам становления славян и их ранней истории, охватывая период от II тыс. до н.э. до I тыс. н.э. По мнению автора, в средней Европе сначала существовала «древнеевропейская общность», из которой вышли кельты, италики, иллирийцы, германцы и славяне. Эта общность распалась в эпоху «Великого переселения народов», когда и стали формироваться современные славянские племена. В.В. Седов показывает развитие наших родовых предков в тесном взаимодействии с соседями: балтами, германцами, скифами, сарматами и др. Читать ее значительно интереснее, чем коллективный сборник статей. Здесь более ясно продумана общая структура, дан обзор древних авторов, анализируются различные теории этногенеза славян и других древнеевропеицев, подводятся итоги предыдущих археологических изысканий. Книгу В.В. Седова, иллюстрированную картами, рисунками, схемами, снабженную соответствующими указателями, можно порекомендовать тем любителям древней истории, которые желают обрести более прочные, проверенные современной наукой знания.

К обобщающим трудам следует отнести основательный труд «История славян» А.В. Гудзь-Маркова (М., 1997), молодого ученого, чью книгу «Индоевропейская история Евразии. Происхождение славянского мира» (М., 1995) мы рецензировали в одном из предыдущих номеров «НП». Новая книга Гудзь-Маркова состоит из трех частей. В 1-й части дана хроника «славянского мира Европы» от I тыс. до н.э. до эпохи средневековья. Здесь помимо восточных славян описываются цивилизации венгров, чехов, поляков, сербов, хорватов, болгар. Вторая часть называется «История Древней Руси».

Она начинается с описания девственной природы Русской равнины и первых союзов восточных славян и завершается обзором русских княжеств в эпоху их феодальной раздробленности. Большой интерес представляет книга «Земли Древней Руси». Здесь не только даны краткие исторические сведения о Киеве, Турове, Волыни, Галиции, Рязани, Смоленске, Ростове, Новгороде, но также приведены уникальные карты с географическими названиями древнерусских топонимов. Когда академик Рыбаков познакомился с книгой в рукописи, он очень беспокоился о том, чтобы эти карты, представляющие национальное достояние, не были утеряны.

В духе советской академической школы составлен сборник «Очерки истории культуры славян» (М., «Индрик», 1996) Института славяноведения и балканистики, изданный при финансовой поддержке ЮНЕСКО. Он тоже охватывает древнейший период нашей истории (первый очерк написан В.В. Седовым), но значительно больше внимания уделяет религиозным и культурным аспектам. Отдельная глава посвящена исконным верованиям древних славян: язычеству (Н.И. Толстой), верховному пантеону (В.Н. Топоров), низшей мифологии (Е.Е. Левкиевская). Особенности их исследовательского метода мы излагали выше. Вторая часть книги описывает славянскую культуру эпохи раннего средневековья: от описания предметов быта до зарождения развитой государственности и политической мысли и христианской философии. Здесь есть очерки о берестяных грамотах (В.Л. Янин), о Кирилле и Мефодии, о сербской, хорватской, чешской и польской христианской литературе, о древнерусской поэзии (О.В. Творогов), архитектуре, музыке и «живописи» (А.И. Рогов), под которой авторы, по-видимому, понимают иконопись. Помимо научного аппарата книга снабжена черно-белыми фотографиями христианских храмов и фресок. К сожалению, в ней не содержится ни одной иллюстрации о «языческих» древностях, что очередной раз подтверждает авторские предпочтения.

Истории возникновения славянского мира посвящены и другие исследования. Среди авторских книг можно выделить небольшую по объему, но весьма основательную и добросовестную брошюру А.Н. Лебедева «Образование сла-вянского мира. История южных и восточных славян» (Киев, 1997). Рецензировать ее мы не будем, так как в данном номере содержится статья автора, представляющая собой конспект данного исследования. Вместе с тем мы настоятельно рекомендуем познакомиться с ней специалистам, претендующим на знание современных исторических данных.

Более позднему периоду посвящена монография В.Я. Петрухина «Начало этнокультурной истории Руси IX-XI вв.» (Смоленск, 1995). Уже сама авторская периодизация указывает на явную субъективность его историософии. Обобщив некоторые концепции, основанные на летописных источниках, В.Я. Петрухин сосредоточивает свое внимание на еврейской хронике середины X в., известной как «Книга Иосиппон». В ней Русь упомянута в качестве потомков Яфетидов. Далее дан обзор сведений о росах, появившихся у стен Царьграда в VI-IX вв., подробно комментируются византийские источники о норманнах и варягах. Отдельная глава посвящена язычеству и его отношению к смерти, завершается исследование историей крещения Руси. Перу В.Я. Петрухина принадлежит также популярное издание «Славяне» (М., «Росмэн», 1997), напечатанное в серии «Иллюстрированная мировая история» и рекомендованное министерством образования в качестве учебного пособия. Издана она очень красочно с великолепными цветными рисунками, выполненными по мотивам оригинальных археологических находок. Однако в книге есть немало высказываний, которые вызовут у других специалистов вопросы и критику. Например, разве можно согласиться с мнением о том, что «славяне не имели своей письменности до того, когда она была создана славянскими просветителями Кириллом и Мефодием в IX в.»? Разве можно VI-XIII вв. н. э. считать «древнейшим периодом славянской истории»? И уж совсем непрофессионально звучит высказывание о том, что «первые известия о славянах принадлежали византийскому историку VI в. Прокопию Кессарийскому». Может быть, В.Я.Первухин ничего не слышал о Страбоне, Геродоте, Плинии и других античных авторах, у которых множество упоминаний о наших предках? Если нет, то рекомендуем прочитать ему хотя бы «Свод древнейших письменных известий о славянах» (том 1 посвящен I-VI вв., М., 1994). Хотя этот сборник тоже не идеален, ибо игнорирует историю русов, но в целом он может быть очень полезен тем, кто желает познакомиться с оригинальными античными и средневековыми текстами.

Аналогичным недостатком страдает книга известного в советские времена историка И.Я. Фроянова «Древняя Русь» (М.-СП6., 1995). Фро янов не только начинает свое исследование «древней» Руси с IX в., но сводит всю ее историю к племенным конфликтам, социальным проблемам и политической борьбе. Его интересуют, главным образом, волнения, мятежи, крамолы и народные восстания. У Фроянова есть и другие научные монографии: «О социально-экономической и политической истории средневековой Руси», но почему-то издатели избрали для перепечатки именно эту, классово детерминированную «Древнюю Русь».

Для получения общего представления о путях развития древнерусского мира полезно прочитать книгу выдающегося публициста В.В.Кожи нова «История Руси и русского слова. Современный взгляд» (М., 1997). В данной монографии главный редактор журнала «Наш современник» собрал свои очерки о путях русского исторического самосознания, о героическом, византийском и монгольском периодах нашей истории, биографии легендарных и реальных князей: Кия, Гостомысла, Рюрика, Олега, Игоря, Ольги, Святослава, Владимира и Ярослава. В завершающей главе «Духовное величие Руси» даны литературные образы преподобного Иосифа Волоцкого и Нила Сорского. Нашему знаменитому патриоту не откажешь в скромности. Свой авторский сборник он издал под титулом издательства «Московский учебник-2000», а новую книгу очерков «Судьба России: вчера, сегодня, завтра» устроил в Военном издательстве в серии «Редкая книга». От души пожелаем уважаемому Вадиму Валерьяновичу, чтобы его книги были не редкими, а частыми гостями в руках благодарных читателей.

Здесь мы вплотную подошли к интереснейшей проблеме современного мировоззрения, к так называемому «историческому ревизионизму». Дело в том, что прошлое имеет не только личные, авторские точки зрения, но также временные и национальные проекции. Так, например, история Древней Греции и Рима по одному выглядит с Запада и со всем по-другому с Востока. Одну интерпретацию дают христианские богословы, критики язычества, и совсем другую современные неоязычники. Понимание неизбежной многовариантности истории привело к появлению гиперкритической школы, представленной у нас в стране скандальными именами Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко, которые, в свою очередь, являются последователями известного критика христианства и создателя новой хроники человечества Н.А. Морозова. Разоблачению методологии авторов «Новой хронологии» и псевдо-«Империи» мы посвятили немало места в «НП» (№№ 3,4). Впрочем, тут важны не имена, а сам подход, согласно которому не было ни Христа, ни Гомера, ни монголо-татар, ни средневековой истории вообще. Подобные авторы подрывают доверие к действительно смелым гипотезам, где содержится прорыв в историческом познании.

К «Наследию Предков» это имеет прямое отношение, ибо наш журнал как раз и занимается «историческим ревизионизмом», который образно можно было бы назвать «реконкистой», отвоеванием подлинной истории. Начиная с первых страниц, «НП» публикует фундаментальные исследования академика Ю.А. Шилова (рецензии на его последние книги см. в № 4). В третьем выпуске помещен подробный и обстоятельный обзор «гиперборейской проблемы», рассмотренной не с мифологической, а вполне реальной, историко-географической точки зрения. В № 2 дан панорамный обзор «Большевистская революция и СССР», содержащий рецензии на труды авторов всех направлений: от белогвардейцев и русских историков-консерваторов до классиков марксизма-ленинизма и нынешних советологов. Наконец, в предыдущем выпуске «НП» в форме интервью с автором проекта многотомной «Антологии военной отечественной мысли» И.С. Даниленко представлены наиболее выдающиеся труды забытых и рассекреченных военных классиков: Н.Н. Головина, Н.Л. Кладо, А.Свечина и других. Все это нужно знать хотя бы в общих чертах для того,чтобы составить себе более полный, объемный и верный образ русского мира, который не ушел в прошлое, а живет в нас, в традиции, и лишь по нашей вине не всегда востребован в необходимой мере.

Вскоре после выхода первых номеров журнала обнаружилось, что мы не одиноки. Аналогичную работу вели авторы серии «Мифы и магия индоевропейцев», некоторые авторы журнала «Наука и религия», отдельные энтузиасты, вроде А.Гудзь-Маркова, В. Видеманна, Н. Гусевой и В.Федорова.

К этому списку мы сегодня можем с уверенностью причислить имя Ю.Д. Петухова. Его основной исследовательский труд «Дорогами богов», выдержавший уже пять изданий, отрецензирован в № 1 «НП». В данном выпуске мы с удовольствием помещаем краткое интервью с Юрием Дмитриевичем, дающее более полное представление о его творчестве. Из новых книг Петухова следует выделить сборник «Колыбель Зевса» (М., 1998), куда вошли очерки «Русские боги Олимпа», «Колыбель Зевса», «Безмолвные исполины», «Германия — славянская земля» и др. Сердцевину книги составляет историческая хронология «Величие и трагедия Российской империи»,которую,на наш взгляд, лучше было бы назвать историческим календарем, так как строится он по месяцам и числам. Этот замечательный календарь может быть использован как справочник для каждого патриота, а также мо жет послужить развернутым планом для цикла ежедневных радио- и телепередач. Новые книги Петухова изданы на высоком полиграфическом уровне с цветными вклейками, в изящных твердых переплетах. Большинству читателей Петухов известен как автор нескольких романов, составивших серии «Звездная месть», «Подлинная история» и «Империя мысли». С недавних пор он стал также издавать научно-популярный литературно-художественный журнал «История». В нем помимо трудов главного редактора перепечатывается незаслуженно забытая классика, а также современные авторы: Г.С. Гриневич, В. Демин, Т. Дичев и другие. Петухов переполнен энергии и грандиозных планов на будущее, и нам остается лишь пожелать ему успехов на избран ном поприще.

Своеобразным классиком современного исторического ревизионизма стал Сергей Лесной (Парамонов). Находясь в эмиграции подобно Ю. Миролюбову, он написал оригинальное исследование по древней истории «Откуда ты, Русь?». Она вышла в 60-е гг. в Канаде тиражом всего в 2 тыс. экземпляров. Некоторые из них вопреки «железному занавесу» попали в СССР, вызвав волну подражания и критики. Лесной был одним из популяризаторов «Велесовой книги», но у него был собственный взгляд на историю. Проанализировав все доступные источники, Лесной подверг критике «норманнскую теорию» происхождения Руси в IX-Х вв. и обратился к изучению более раннего периода. Он доказал, что славяне были автохтонными жителями Европы. Многие варварские племена, известные современным авторам как германцы: руги, вандалы, лужичи, карпы, бастарды и другие, были преимущественно славянами. У славян была древняя докириллическая письменность. Интерес к дохристианской литературе привел Лесного к изучению «Велесовой книги», которая опубликована в приложении к изданию «Откуда ты, Русь?». Весьма интересно также приложение «Советская наука и история Древней Руси». Современные ученые находят противоречия в аргументах Лесного, однако это стало возможным именно благодаря тому, что у него есть на что обратить внимание, есть предмет для изучения и обсуждения.

Интересные гипотезы содержатся в книге В.Н. Демина «Откуда ты, русское племя?» (М., 1996). Основываясь на данных современной этнографии, лингвистики, мифологии, археологии и фольклора В.Н. Демин предлагает собственную, нетривиальную концепцию происхождения русского народа. Он считает, что в древнейшую эпоху на севере Евразии в иных, нежели теперь, климатических условиях существовала «гиперборейская цивилизация», частично исчезнувшая, а частично растворившаяся в древних и современных евразийских культурах. Книга содержит обзор классических исследований по истории древностей, богатый семиотический материал, множество поэтических цитат, литературных примеров, рисунков и символов. В.Н. Демин подлинный энтузиаст науки и деятельный патриот. Он стал инициатором двух экспедиций на Кольский п-ов, по следам барченко, где, вероятно, находилась одна из древнейших цивилизаций. Отчет об экспедиции с сенсационными фотографиями и рисунками был опубликован в журнале «Наука и религия».

Известный популяризатор античной истории В.М. Гобарев выпустил новую книгу «Русь до Рождества Христова» (М., 1996). Его двухтомник «Предыстория Руси» мы рецензировали в № 1 «НП». Продолжая изложение истории языческого мира Восточной Европы, на этот раз автор сосредоточивается на III-I до н.э. Он начинает рассказ с подвигов Радигаста, описывает походы венедов-мореходов, их бои с готонами, сражения предков славян с амазонками и кочевниками-сарматами, боевой союз праславян и скифов, героические заслуги Скилура, Полака, Савмака, завершается книга очерком о Митридатовых войнах и первых походах против римлян. Книга снабжена подробной библиографией, географическим словарем, специальным приложением с иллюстрациями. Для не владеющих русским языком имеется краткое резюме на английском.

Можно было бы и дальше продолжать обзор общих и специальных исследований по истории древности. Можно было бы упомянуть серию «Вехи истории», где недавно вышла работа А.В.Трехлебова «Тайна праславянской цивилизации. Археологические и письменные памятники древней Руси и результаты их дешифровки» (М., 1998), фундаментальное исследование М.Л. Серякова «Русская дохристианская письменность», СПб, 1997, сборник А. и В. Сторожевых «Россия во времени» (Кн. 1. Древняя история сибирских и славянских народов), Сургут-М., 1997, новые коллективные монографии «Древняя Греция» и «Древний Рим» (Минск, 1998), ряд любительских, но весьма любопытных поисков историков-энтузиастов. Ни одно из добросовестных исследований нельзя перечеркивать, даже если оно спорное.

Ведь мы, любители, ценители и знатоки древней истории, вместе составляем единый организм, существующий в силу закона взаимодополнения. Потребуется еще немало времени, пока все гипотезы и спорные факты будут проверены точными данными науки, когда научные дискуссии и споры приведут к новому качеству исторического знания, а пока — наберемся терпения для объективного исследования накопившихся знаний.

ВЕРА И ИДЕОЛОГИЯ

Известная мудрость гласит, что чем глубже историческая память и здоровее корни народа, тем больше у него будущего. Мартин Хайдеггер сказал об этом так: «Прошлое — это всегда будущее». Наш интерес к древностям — это не наивная любознательность или слабость, вызванная «комплексом неполноценности». Это вполне осознанный шаг, направленный на выстраивание мощного фундамента величественного здания, имя которому Русская Империя. Порой трудно даже разделить, где кончается история и начинается философия, идеология, политика. Многие из перечисленных нами авторов всегда понимали это. Элементы нового, «неоязыческого» или ведического мировоззрения содержатся в трудах Миролюбова, Асова, Казакова. Этот список мы теперь продолжим, делая акцент на «неотрадиционных» парадигмах самобытных, талантливых мыслителей современности.

Патриархом «неоязыческого» движения в Рессии является выдающийся славянский просветитель Доброслав (Алексей Добровольский). Старейшине русских язычников, возродившему древние народные традиции и культы, принадлежит несколько трудов: «Стрелы Ярилы», «Арома-Иога», «Светославие», «Дерево-целитель», «Слава Яриле». Большинство из них выпущено самиздатом в Вятке во 1990-х годах. В более ранних исследованиях Доброслав изучал корни индоевропейской традиции, ведические источники, тайны живой природы. В своих зрелых трудах он формулирует собственное учение о взаимоотношениях человека и природы. Оно не менее интересно, чем знаменитая «Детка» народного самородка П.К. Иванова. Недавно Доброслав выпустил две политические брошюры: «Природные корни русского национального социализма» и «Кто боится русского национал-социализма?». В них автор беспощадно критикует противников язычества и врагов русского народа. Неприятие любых форм еврейства приводит Доброслава к категорическому неприятию христианства, которое он истолковывает как разновидность иудейской религии. Историкам, философам и православным богословам есть, что возразить на это. И здесь хотелось бы подчеркнуть необходимость максимально разумного разрешения известного противоречия, чтобы противостояние русских язычников и православных не привело к углублению национального кризиса.

Уникальным явлением в современной неоведической традиции являются труды выдающегося психолога, президента Всемирной ассоциации профессиональных гипнотизеров В.М. Кандыбы. Всемирно известный ученый и писатель необыкновенно плодовит. Он автор более шестидесяти книг, раскрывающих тайны истории и религии, медицинской психологии и гипноза, психотронной войны, новых видов вооружений. Здесь мы коснемся лишь тех изданий, которые имеют отношение к древнерусскому прошлому и исконной традиции. Книга В.М. Кандыбы «История русского народа до XII в. н.э.» (М., 1995) уже своим названием указывает на глубокую древность наших родовых истоков. Понятно, что речь тут идет не о современном русском этносе, а о наших далеких предках (к слову сказать, так называемые «новые русские» часто не являются таковыми по происхождению). Кандыба разделяет всю историю Руси на семь крупных периодов: 1. Арктический — в незапамятные времена; 2. Сибирский — с третьего миллионолетия до н.э.; 3. Уральский или Аркаимский — с 200 тыс. до н.э.; 4. Арийский — с 120 тыс. до н.э.; 5. Троянский — с 17 тыс. до н.э.; Киевский — с 8 тыс. до н.э.; 7. Смутное время. Для неподготовленного читателя да и многих специалистов данная интерпретация праистории может показаться невероятной. Таковых мы отсылаем к источнику и предлагаем высказать свои контраргументы. Заметим также, что в упомянутом издании имеется объемное приложение Д.В. Кандыбы «Учение об иллюзиях». В книге В.М. Кандыбы «Ригведа. Религия и идеология русского народа» (СПб., 1996) после исторического обзора делается попытка сформулировать метафизические принципы, философию и положительную национальную программу. Автор основывается на «Ригведе», которую он называет книгой книг, «святыней русского народа». Глава 4 «Мудрость русской жизни» представляет собой свод кратких изречений типа: «Не ошибается тот, кто ничего не делает», «Ученый много знает и все же учится, а невежда не знает и не учится» или «Лучше научиться поздно, ЧЁМ никогда». В конце книги дана краткая «Ведическая хронология». Разнообразная творческая деятельность выдающегося ученого требует специального анализа, а пока мы лишь упомянем некоторые из его новых книг, достойных внимания. Это «Русский гипноз» (М., 1995); «Запрещенная история»; «Загадки и тайны тысячелетий»; Тайны психотронного оружия» (СПб., 1998), изданные при содействии Объединения ветеранов Госбезопасности «Эфа».

Оригинальную концепцию нового традиционализма сформулировал президент Национального клуба древнерусских ратоборств, идеолог и тренер А.К.Белов. Многим известны его практические наставления «Славяно-горицкая борьба. Изначалие» (М., 1992) и «Искусство атаки» (М., 1994). Читателям журнала боевых искусств «Русский стиль» он также знаком по талантливым художественным очеркам на древнерусские темы. Недавно вышла книга «Молот Радогоры» (М., 1996), где Белов излагает идеологические основы «новой традиции» и «нового варварства». Глава 5 («Великая варварская идея») содержит своеобразный катехизис воина-неоязычника. Вот некоторые из его законов: «Меч — ничто, воин — все»; «Презри просящего»; «Ищи себе друга, враг найдет тебя сам»; «Причину всех неудач надо искать в себе»; «Где труднее, там достойнее»; «Болтун украшает свою жизнь словами, торговец — деньгами и роскошью, воин — победой»; «Враг каждого из нас — общий враг»; «Каждая стрела в цель». Свою философию, вдохновленную «Огненным разумом севера», Белов называет «Теорией абсолютного применения». Это привело тренера к необходимости основания школы штурмового и тотального боя, а шире — особой касты «Русского воинского сословия». Соратники Белова проводят ежегодные турниры (о последнем из них см. «НП» № 5), выпускают газету «Народная воля», прочие сопутствующие издания.

Попытку обобщить основы языческого мировоззрения и сформулировать принципы новой идеологии третьего тысячелетия предприняли авторы «Русского языческого манифеста» Н.Н. Сперанский, М.С. Васильев, Ж.С. Георгис, Г.В. Топорков из общества «Вятичи» (М., 1997). Их коллективный труд содержит пророчество о гибели европейской цивилизации. Опираясь на «Ригведу» и славянскую традицию, авторы Манифеста подвергают взвешенной критике современное христианство и связывают будущее России с возрождением язычества. Они ставят национальные интересы и ценности выше общемировых. Отмежевываясь от фашизма и прочих форм политического консерватизма, Сперанский и его соратники считают, что русскому народу нет необходимости прибегать к черной магии, когда на его стороне светлые силы мироздания. В Манифесте излагается традиционная славянская космогония и выдвигается свой вариант языческого пантеона, дополненный культом «Великой богини России». Завершается Манифест практической программой культурного центра «Вятичи», направленной на изучение древнейших пластов фольклора, этногенеза славян, магии, боевых искусств, истории и экологии. Более основательно теоретические основы Манифеста изложены в книге Н.Н. Сперанского «Слово почитателям древней культуры» (Троицк, 1996); она представляет собой краткий по объему, но весьма добросовестный свод знаний о русском язычестве с философскими размышлениями и комментариями.

Публикация большого количества источников,классических трудов, новых исследований, а также идеологических разработок закономерно привела к желанию наиболее практичных деятелей создать собственные партии и движения, основанные на традиционных знаниях. Яркий тому пример — Партия духовного ведического социализма В.В. Данилова. Его перу принадлежит весьма обстоятельный теоретический трактат «Русь ведическая в прошлом и будущем. Основы мистической политологии» (М., «Воля России», 1996), имеющий подзаголовок «Евангелие от ариев». Действительно, труд Данилова выдержан в духе философско-религиозных трактатов. В своей теоретической части он чем-то напоминает знаменитое исследование Хьюстона Стюарта Чемберлена «Арийское миросозерцание» (М., 1995). Книга В.В. Данилова начинается с изложения основ бытия, духовных и социальных основ арийской общественной системы, содержит обзор наиболее известных религиозных доктрин и завершается катехизисом истинного арийца, требованиями к лидеру партии и общества, политической государственной программой, а также внешнеполитическим проектом. Для наиболее верных последователей учения имеется даже рубрика «Кухня истинного арийца, или «что ест ариец». Мы не будем подвергать книгу анализу, заметим лишь, что стремление Данилова и его последователей создать новое арийское учение имеет вполне объективный характер, и мы еще станем свидетелями не одной творческой акции ведических неотрадиционалистов.

В качестве примера более официального, прагматического и умеренного в политическом плане явления можно привести опыт панславистов. Классические славянофилы в России существовали всегда. Начиная с сер. XIXв. эта партия оформилась в сплоченную группу единомышленников благодаря своим знаменитым идеологам: Хомякову, Киреевскому, Аксакову, Данилевскому и другим. Некоторый всплеск официального славянофильства имел место в 1940-х годах, когда нашествие гитлеровцев вызвало в славянских странах национальный подъем. В последние два десятилетия славянофилы объединялись вокруг Всероссийского Общества охраны памятников истории и культуры и Международного фонда Славянской письменности и культуры, издающего газету «Русский вестник» и православный журнал «Держава». Сейчас это движение приобрело международный характер. По инициативе талантливого военного журналиста, писателя и социолога Н.И. Кикешева был создан Всеславянский собор. Под его эгидой в 1998 году был проведен конгресс славян в Праге (см. отчет в данном номере). Желающие познакомиться с историей панславизма могут приобрести книгу «Славянское движение XIX-XX вв. Съезды, конгрессы, совещания, манифесты, обращения» (М., 1998). Рекомендуем также познакомиться со сборником Н Кикешева «Воззвание к славянам» (М., 1998). Он содержит исторические и политические очерки, «Договор о единении славян», «Народный договор о единении Белоруссии, России, Украины», «Устав Всеславянского собора» и другие ценные документы. Хотелось бы надеяться, что развитие панславизма не приведет к умалению неоведического возрождения, а также к столкновению с германо-романским миром.

И, наконец, последнее. Занимаясь изучением древностей, нельзя забывать, что в мире возникла качественно новая ситуация. Наряду с изобилием прежних научных разработок в книжной форме возникли принципиально иные информационные структуры, связанные с освоением компьютерной техники и, особенно, коммуникативной сети Интернет. Миллионы людей втягиваются в поле ультрасовременной цивилизации, по духу западной, по языку англоязычной, по сути коммерческой. Она настолько отличается от привычного для нас мира, что сталкиваясь с ней, поневоле приходится решать весьма сложные религиозные, экзистенциальные и психологические проблемы. Нужен ли нам агрессивно навязываемый извне интерактивный мир или мы должны сознательно выбрать из него лишь малую часть? Что нам делать с накопившимися культурными и духовными богатствами, все ли мы в состоянии освоить и передать будущим поколениям? Как соразмерить роль традиционной культуры, древних знаний и современной техники? Эти и другие вопросы еще неоднократно будут вставать перед нами, и данный обзор тому подтверждение.
ДРЕВНИЕ СВЯЩЕННЫЕ МЕСТА ЛИТВЫ. ЖЕМАЙТИЯ.

В Вильнюсе издана академическая книга Викинтаса Ваиткевичиуса о языческих культовых местах V — XIII в. Западной Литвы — Жемайтии.

Священные места древней веры (иначе мифологическо — сакральные объекты) — это культовые места дохристианской веры, предполагаемые места обитания, явления богов или умерших и потому обычно выделяемые, священные.

В Жемайтии древняя вера существовала до официального ее крещения в начале XV в. (1413, 1416-1421 г.г.). Хотя письменные источники XVII в. еще говорят о том, что Жемайтия остается языческой.

Главными элементами священных мест являлись рощи, горы, вода. Большое значение имел огонь, который горел постоянно или возводился во время праздников. Часто в священных местах есть определенные камни, деревья, связываемые с божествами или умершими. В книге описано свыше 1000 священных мест и различных их комплексов в Жемайтии. Это примерно 350 гор, 250 камней, 100 ручейков и частей рек, 80 деревьев, 50 озер и озерцов, 50 родников, 50 рощ и лесов, а также немало лугов, полян и болот.

Хронологически священные места подразделяются на две большие группы, оборудованные и использованные до официального введения христианства и после того.

Книгу написал страстный историк, юноша, который на велосипеде исколесил всю Литву. Собран огромный материал. Поздравляем автора с выходом первой книги из серии «Древние священные места Литвы» и ждем новых изданий.

Видео

Лекция школы "Русская Традиция" от 16.05.2009

[видео]

Василий Бутров — Вводная лекция

Лекция школы "Русская Традиция" от 05.11.2009

[видео]

Озар Ворон — Хорс-Даждьбог, Жрец Богов

Поиск

Журнал Родноверие