Аннотация
В статье рассматриваются представления, связанные с пятницей у восточных славян. Этот день был самым семантически нагруженным днем недели во многих европейских традициях, в том числе и у всех восточнославянских народов. Количество разнообразных текстов о нем во много раз превышает нарративы обо всех остальных днях, очень часто другие дни недели описываются в паре с пятницей или противопоставляются ей. С пятницей связано несколько разнообразных групп представлений, которые рассмотрены в статье, в частности, описываются такие ее признаки, как постного, тяжелого дня: существовал полный запрет на работы, особен- но прядение, мотание льна и пр., не следовало ничего начинать делать; в то же время пятница считалась благоприятным днем для различных магических практик (загова- ривания болезней, гаданий на сны и пр.).
Большинство исследователей, которые описывали представления об этом дне не- дели, считали, что они имеют языческие дохристианские корни. Но, вероятно, именно христианская традиция стала основной представлений об «особости» пятницы, ко- торая была связана со смертью Иисуса Христа — центральным событием христиан- ской истории.
Ключевые слова: дни недели, пятница, пост, св. Параскева Пятница, запреты и предписания.
Пятница является самым отмеченным днем недели во многих европейских традициях, в том числе и у всех восточ- нославянских народов. Это наиболее се- мантически окрашенный день. Количество разнообразных текстов о нем во много раз превышает нарративы обо всех остальных днях, очень часто другие дни недели опи- сываются в паре с пятницей или противо- поставляются ей. С пятницей связано са- мое большое количество запретов, предпи- саний, примет 1.
Историография
Статьи о суеверных представлениях о пятнице появились значительно рань- ше, чем обо всех остальных днях недели. Так, одной из первых статей, посвященных представлениям о пятнице, является пере- вод части популярной в то время кни- ги И. Б. Сальга, которая вышла в 1836 г., где осуждались суеверия, связанные с пят- ницей, такие, как запрет начинать путе- шествие в этот день, начинать строить дом и вступать в брак [Сальг 1836, 1059]. Представление о пятнице как о несчастли- вом дне объясняется тем, что в этот день был распят Иисус Христос, — это вели- чайшее бедствие, поэтому пятница начала в целом восприниматься как несчастливый день, что, по мнению автора, неправильно [Там же, 1060]. В «Энциклопедическом лек- сиконе» указывается, что в некоторых селе- ниях средней полосы пятница называется «бабьим днем», но объяснений, почему этот день получает такое название, не при- водится [Яз 1835].
Первой научной работой о пятничных суевериях можно считать статью А. Н. Ве- селовского, в которой он разбирает «Ска- зание о двенадцати пятницах». Во вто- рой части статьи исследователь приводит подборку пятничных суеверий не только русских, но и в целом европейских (они во многом сходны): нельзя стирать, прясть, расчесывать волосы и т. д. В различных европейских традициях пятница описыва- ется как тяжелый день [Веселовский 1876, 362–365]. Автор приходит к выводу, что все пятничные суеверия — «церковного типа», поскольку это день крестной смерти, день скорби, его нужно было проводить в благо- говении и ничего не делать (отсюда и все запреты на работу) [Там же, 356–357, 365]. Огромное количество статей о пятни- це и суевериях, с ней связанных, появля- ется во второй половине XIX — начале XX в. В основном это статьи священни- ков, которые описывают суеверия и при- зывают с ними бороться, пытаются объ- яснить их происхождение. В руководствах для священников особое внимание уде- лялось тому, что в пятницу богослужения должны быть посвящены не Св. Параске- ве, а именно св. Кресту: «Если бы народ не удовлетворялся богослужением св. Кре- сту, то должно разъяснить ему, что пятни- ца, по церковному чиноположению, есть именно день почитания св. Креста Господ- ня, на котором Иисус Христос принес себя за нас грешников в жертву Божественно- му правосудию и ею примирил нас с Бо- гом» [Булгаков 1898, 394, прим. 1]. В 1896 г. в «Руководстве для сельских пастырей» была опубликована резолюция епископа Самарского и Ставропольского «О борьбе пастырей с суевериями народными о че- ствовании пятницы», в которой говорится, что в пятницы «следует совершать торже- ственные богослужения Животворящему Кресту Господню, а не св. мученице Пара- скеве» [Резолюция 1896, 97]. Службы же по пятницам, посвященные св. Параскеве, можно служить только тогда, когда посту- пают особые просьбы со стороны прихо- жан, так как никаких религиозных основа- ний для служб в честь Параскевы по пят- ницам нет [Там же, 97–98].
По этому поводу и в религиозной прессе конца XIX в. возникали споры. Так, напри- мер, один из них разгорелся на страницах «Церковного вестника» в 1891 г. Начался он с того, что священник Н. Дроздов в серии вопросов упоминает о том, что в Ильин- скую пятницу на Пороховых недалеко от Петербурга бывает служба в честь св. Параскевы. Он делает вывод, что можно совершать службу в честь св. Параскевы в отдельные годовые пятницы, а не толь- ко в день ее памяти (28 октября) [Дроз- дов 1891]. Буквально через несколько вы- пусков журнала некто Г. Н. пишет ответ Н. Дроздову, в котором резко критикует эту идею и говорит о том, что «пастырю церкви следует заботиться не об укрепле- нии, а об искоренении всяких суеверных понятий, столь живучих в русском наро- де. Что празднование пятницы относится к разряду именно таких предрассудков» [Г. Н. 1891, 166]. В следующем же номере публикуется ответ В. Н., который пишет о том, что в службе в честь св. Параскевы в одну из годовых пятниц нет ничего язы- ческого, это лишь говорит об особом от- ношении русского народа к св. Параскеве [В. Н. 1891].
Спустя несколько месяцев точку в этом споре ставит Н. Дроздов, который пишет, что в праздновании Ильинской пятни- цы на Пороховых нет ничего языческого [Дроздов 1891а]. Вообще попытки объ- яснить своей пастве, что Параскева — это просто имя святой, которое в переводе значит «пятница», но при этом никакого отношения к почитанию пятничного дня она не имеет, встречаются в статьях мно- гих священников XIX в: «…называется св. Параскева пятницею потому, что такое ее имя. Что по-нашему, по-русски — пят- ница; то на греческом языке Параскева.
По-гречески Параскева, а по-русски Пят- ница. <…> Ведь и хлеб, который мы едим, и нож, которым режем, и все на свете — на других языках, например, у евреев, не так называется, как по-нашему. Допу- стим тут для большей ясности пример. Хлеб по-гречески — артос. Допустим же у греков кто сына называл Артос, “хлеб” то есть по-нашему. Этот сын, положим, угодник был Богу, и причислен к лику свя- тых, и вышел бы св. мученик Артос — хлеб. Неужели же после сего мы должны считать всякий кусок хлеба св. мучеником, и кла- няется ему как мученику, и молится куску хлеба, как мученику, и у куска хлеба помо- щи просить, как у св. мученика? <…> А так ведь, совершенно так, мы делаем с муч. Па- раскевою и днем Пятницею!» [Павлович 1868, 599–600].
В некоторых статьях священники стави- ли в упрек своей пастве, что те почитают «чужой» праздничный день, т. е. пятницу, как свой праздник, и забывают про вос- кресенье: «…пятницу почитают праздни- ком знаете ли кто? Только соседние нам полуязычники по жизни: черемисы и чува- ши, да магометане — татары, турки, у ко- торых пятница еженедельный праздник, как у жидов суббота, а у нас воскресенье. Видите ли, кому мы подражаем, празднуя пятницы… Стыдно сказать!» [Богородский 1880, 45].
Эти исследователи и публицисты объ- ясняли происхождение празднования пятничного дня влиянием мусульманских традиций, которые считались сильны- ми во времена монголо-татарского ига: «…можно предполагать, что во время монгольского ига магометане принуждали русских православных христиан изменять святой вере и ее церковным праздникам и заставляли силою и мечом праздновать пятницу. Быть может и то, что жестокие победители-мусульмане своим побеж- денным давали отдых от тяжелых работ по пятницам, или в десятую пятницу, ког- да работы бывают сопряжены с кровью и потом трудящихся. Если принять эту более или менее вероятную догадку, то нет ничего удивительного в том, что про- стой народ помнит и почитает этот день, как праздник» [Заметка 1898, 229].
В 1890-е гг. на страницах региональных изданий появляется большое количество статей о пятнице (см. напр.: [Балов 1895; Крылов 1899; Пятница 1894; Троицкий 1893; Червинский 1900]). Они все постро- ены примерно по одному принципу: да- ется описание особенностей почитания пятничного дня в том или ином месте, цитируется духовный стих «О двенадцати пятниц», в основном один из вариантов по изданию П. А. Бессонова, описывается почитание отдельных календарных пятниц (9-й, Ильинской и др.), пересказываются легенды о св. Параскеве, все интерпрета- ции о возникновении пятничных суеве- рий, в основном основанные на пересказе работы А. Н. Афанасьева.
Н. М. Гальковский в своей моногра- фии рассматривает представления о среде и пятнице и предполагает, что праздно- вание пятницы основывается на заим- ствованиях у финно-угров, которые были перенесены и на среду: «…может быть, на выработку такого представления повли- яли финны. У мордвы пятница — не рабо- чий день, посвященный Шкаю — солнцу. По верованиям чувашей “Эрне ватта”, “не- дельная старуха”, смотрит за соблюдением пятницы. Почитание пятницы переноси- лось и на среду» [Гальковский 1916, 99]. Почитание пятницы казалось противоре- чащим христианским традициям не тем, что было взято из славянских языческих верований, а тем, что было заимствовано у соседних нехристианских (языческих, мусульманских) народов.
В 1930-е гг. появляются две монографии, в которых рассматриваются представление о пятнице и образ св. Парскевы Пятни- цы — это книги Н. М. Маторина и Н. В. Ма- лицкого (подробнее о них см.: [Амосова 2011]). Из современных работ можно отме- тить статью М. Р. Павловой «Среда и пят- ница в связи с прядением», которая посвя- щена анализу запретов на прядение в среду и пятницу [Павлова 1985]. Представлением о пятнице у всех групп славян посвящена статья С. М. Толстой [Толстая 2009]. Кроме того, появляются работы, в которых рас- сматриваются представления о пятнице в отдельных регионах (напр., о пятнице в Рязанской губ. см.: [Семина 2008]). По- читанию Страстной пятнице и кругу раз- личных представлений, связанных с ней не только у русских, но и у многих европей- ских народов, посвящена статья А. Страхо- ва. Исследователь на широком материале доказывает, что многочисленные суевер- ные представления о пятнице у европей- цев, в том числе и у русских, основаны не на языческих представлениях, а восхо- дят к Священному Писанию, различным апокрифам, церковным службам, т. е. име- ют христианскую основу [Страхов 2010].
Характеристика источников
Для описания материала, связанного с представлениями о пятнице, в статье были использованы дореволюционные фольклорные и этнографические материа- лы, опубликованные в журналах «Этногра- фическое обозрение», «Живая старина», «Русский архив», «Руководство для сель- ских пастырей», а также в различных сбор- никах [Сержпутоўскi 1998, Никифоров- ский 1897 и др.], современные материалы [Толстая 2005, 26–335 и др.] и неопублико- ванные материалы Каргопольского архива этнолингвистической экспедиции РГГУ, Полесского архива Института славянове- дения РАН, полевого архива факультета этнологии Европейского университета в Санкт-Петербурге, фольклорного архива Академической гимназии СПбГУ, архива Государственного республиканского цен- тра русского фольклора.
Название дня
Форма названия этого дня недели оди- наковая для всех славянских языков, кроме полабского, оно значит «пятый день неде- ли» [Waniakowa 1998, 113–115] 2. В полаб- ском языке пятница называется «день по- ста» [Там же, 119] 3. В Остромировом Еван- гелии и Ассеманиевом Евангелии встреча- ется другое название пятницы — параске- вий. Это заимствование из греческого, где название пятницы — Παρασκευή, что зна- чит ‘приготовление’ [Там же, 117]. В древ- нерусском встречаются формы пятница, пяток, пьятинка [Там же, 114]. В русских диалектах встречаются пятенка (смол.) [СРНГ 1999, 219], пятинка (смол.) [Там же, 223], пяток (воронеж.) [Там же, 234]. Укра- инское название этого дня — п’ятниця, диалектное — пяток [Waniakowa 1998, 114–115].
Пятница в церковной традиции
В церковной традиции пятница, как и среда, была связана с воспоминанием событий о предательстве и распятии Хри- ста и о Богоматери: «В среду и пятницу — Слава, Господи, Кресту твоему честному» (Зап. от Анны Васильевны Самохиной, 1925 г. р., д. Борок, Муромский р-н, Вла- димирская обл. Соб. Н. Е. Котельникова) [АЦРФ Э 01209]; «…да, в середу, в пьятни- цу тоже, э-э, значить, Казанской Божией Матери:
Заступница усердная,
Матерь Господа Вышняго,
Моли Сына Твоего,
Христа, Бога нашего
Спасителя Вседержавна…»
(Зап. от Ксении Михайловны Дроздов- ской, 1916 г. р., г. Тульчин, Винницкая обл., Украина. Соб. С. Н. Амосова, С. В. Никола- ева.) [ПИ. Тульчин-05. 36. ДКМ].
Что касается иконописной традиции, то пятницу как день недели было принято изображать в виде распятия Христа [Schef- fer 1945, 326].
Постный день
Пятница — это постный день, с характе-ристикой которого связана масса запретов и в первую очередь запрет есть скором-ную пищу. Человека, который нарушает этот запрет, ждет суровое наказание: «Був такiй чоловик, шо ны почитав ны сырыды, ни п’ятници: жив вин у панив у роботни-ках. Раз пан послав его в поле объихаты степь и на стоги подывыця. Вин, як пры-ихав до стогив, зараз выняв хлеб и сало, та й начав йисты пид одным стогом. Дило було у пятницю. Тилко вин узяв у руки сало, гадюка из стога зараз ему прямо в руки и укусыла его – ны успив и сало зъисты: руки попухлы и вин ускорах умер» [Ива-нов 1907, 14]. Пятничный пост оказывает-ся более строгим и обязательным, чем пост в среду и тем более в понедельник. Самый суровый пост бывает в пятницы, которые приходятся на время крупных годовых по-стов. Самая главная пятница — это пят-ница на Страстной неделе Великого поста, здесь как бы происходит усиление этого признака.
Кроме того, с характеристикой пятницы как «постного» дня связаны и разнообраз- ные хозяйственные запреты, и предписа- ния. Например, в этот день не выгоняли скот на пастбище : «выгоняют: в субботу, воскресенье, а среда и пятница — это считаются постные дни, в эти дни не го- няют…» (Зап. от Марии Дмитриевны Ко- чергиной, 1934 г. р., д. Устрека, Мошенский р-н, Новгородская обл. Соб. Ж. В. Кормина, О. М. Филичева) [ЕУ-Мошен-01. 19. КМД].
Особым образом регламентировались и были более строгими запреты на работу в постовые пятницы: «В постовые пятницы, что касалось полотна, то ничего не делали: не мотали, не сновали, не мяли, не мыкали, не ткали. Постовые пятницы со льном ни- чего не делали, а также с вовной и с коно- плей. Говорили, что такое полотно или сук- но будет несчастливое, и боялись, чтоб с тым, кто его будет носить, не случилось, что плохое» [Владимирская 1983, 232].
Пятница являлась самым благопри- ятным днем для гаданий и прорицаний: «Из дней недели наиболее пригодна для га- дания пятница» [Смирнов 1927, 18]. Спе- циальные гадания с перечислением дней недели чаще всего были приурочены имен- но к пятнице: «При гадании на пятницу — складываются дни: «четверг со средой, вторник с понедельником, воскресенье с субботой. Пятница одна и я млада одна, лежу я на Сионских горах, три ангела в го- ловах: один видит, другой скажет, а тре- тий судьбу укажет» 4 [Там же, 53, №208].
Сны на пятницу всегда считались вещими: «А если с четверга на пятницу, то обяза- тельно сбудется вот» (Зап. от Виктора Степановича Семенова, 1932 г. р., д. Горе- луха, Бокситогорский р-н, Ленинградская обл. Соб. Е. В. Кулешов, Н. Кузнецова, А. Черешня) [АГ. 98-11-26. СВС]. Одна- ко в некоторых случаях сны на пятницу не имели никакого значения, и это объяс- нялось тем, что сон «спятится»: «в пятницу сон спячивается <…> <В пятницу “спятит- ся”?> В пятницу задом спятится. <Не сбу- дется?> Не сбыдица ничиво» [КА. Карго- поль – 03. НДМ]; «А говорят, на пятницу, так спятится. А с суботы на воскресенье.
<Что значит спятится?> Не сбудется» [КА. Труфаново-98. КАМ]. Важно, что здесь используется тот же народный «термин» «спятится», что и в случае неудачной ра- боты, т. е. «не сбудется», «не получится».
Пятница и среда были наиболее удоб- ными днями для лечения разных забо- леваний, магических действий и чтения заговоров, иногда названия этих дней упоминаются в текстах заговоров: «Чтобы избавиться от зубной боли нужно обрезать ногти на руках в пятницу» [Зеленин 1915, 836]; «обдувай ожог, плюй и заговаривай: “Середа и пятница, уйми пламя, огонь, об- жог рабы (али раба) на долгое здоровье’’» [Виноградов 1915, 325].
Особый смысл приобретало проклятие, произнесенное в пятницу, оно могло ис- полниться: «пятница — особый день та- кой, пятница. <Какой?> А он страшной. <На каждой неделе?> Угу. Пятница и срида. Ругаца грех матерям, детей ругать — дак, шо “пониси тя леший”. Он може унисти, дитенка, тибе и ни догнать как побижить. <Это в пятницу и в среду?> Да, это самые страшные дни» (Зап. от Ирины Михайлов- ны Колпаковой, 1914 г. р., с. Река) [КА. Река – Колпаково – 00 КИМ]; «воскресенье, среда и пятница — постные дни. Их называют — Благой час. Нельзя в Благой час ругаться черным словом…» (Зап. от Анны Ивановны Дмитриевой, 1906 г. р., с. Детчино, Мало- ярославский р-н, Калужская обл.) [ПА].
«Тяжелый» день
Пятница считалась тяжелым и несчаст- ливым днем недели, в который ничего не следовало начинать делать: «<Пятни- ца — день несчастный? Почему?> А я счи- таю, што… в пятницу токо везло хорошо Робинзону Крузо, он там нашел себе по- мощника, а тут в основном делается чер- те што. Понимаете ли… <В пятницу?> Да. Такие события разворачиваютца. По- всячески Ну мало ли, какие ме- лочи жизни» (Зап. от Михаила Николаевича Агапитова, 1912 г. р., г. Каргополь) [КА. Кар- гополь – 01. АМН]. В этот день старались не выезжать в дорогу: «В пятницу тоже как говорится, ехать куда-то нельзя. Наду- мал ехать в гости, значит, жди, там, сую- оты ли там еще. В пятницу обычно никто не едет. <Почему?> Плохой день считается пятница» (Зап. от Вячеслава Александро- вича Турышева, 1963 г. р., с. Полуборье) [КА. Полуборье – Петровская – 00. ВАТ].
Иногда объяснение, почему в пятницу нельзя было начинать никакое дело, ос- мыслялось в духе народной этимологии, говорили, что в пятницу «все спятится» или «попятится»: «Ну, пятница, дак она уш пятница. <Пятница, так она уш пятница?> Спятитца как бы все это дело. <Пятится все это дело?> Да, плохо пойдет. Ну, сено- косить я уш никогда не начну в пятницу, так и другую такую работу… в пятницу не желательно начинать… ее, котору» (Зап. от Марии Павловны Бритвихиной, 1930 г. р., с. Полуборье) [КА. Полуборье – Петровская – 00. БМП]; «<Начинать ка- кую-либо работу можно в любой день?> Нет. В пятницу старались… ну че… ни- какого дела не делать. Говорят, спятится, дело спятится» (Зап. от Валентины Семе- новны Макаровой, 1944 г. р., с. Река) [КА. Река – Наволок – 00. МВС]; «дела не начи- ная, особо в пятницу — дело попятится» [Алешина-Матюшина 2004, 74]; «нельзя мыть пол в пятницу, пол пятнами пойдет» [Черных 2006, 38].
Запреты на веселье
Смеяться и веселиться в пятницу счи- талось грехом, пятница осмыслялась как трудный, «горький» день, это поверье было распространено у всех восточных славян: «Хто в п’ятницу засмiється, той в недiлю буде плакати» [Прислiв’я 1989, 90]; «хто смеяцца ў п’ятнiцу, той у нядзелю не аблызно будзе плакаць» [Сержпутоўскi 1998, 146, № 1173]. В этом случае пятни- ца противопоставлялась воскресенью, как праздничному дню, в который при- нято веселиться. Здесь мы видим прямую связь любой недели года со Страстной неделей, где пятница — самый трудный и тяжелый день, день смерти Иисуса Хри- ста, а воскресенье — день радости, день его воскресения из мертвых. Нарушение правил поведения в пятницу ведет к тому, что в воскресенье эти правила будут тоже нарушены, и тогда воскресенье из празд- ничного и веселого дня превратится в пе- чальный. Вообще запрет на веселье, смех и пение характерен для периодов поста, особенно Великого. Исполнение песен во время поста считалось одним из самых больших грехов. Пятница — это постный день, поэтому запрет на пение укладыва- ется в общую характеристику постных пе- риодов календаря.
Запреты на работу
Запрет на работу являлся одной из важ- ных характеристик пятничного дня: «В пят- ницу тяжелыми работами не занимаются» [Зеленин 1915, 589]. При общей характе- ристике дней недели пятница описыва- лась как день, в который не работают, осо- бенно не прядут: «В пятницу добры люди не пряли» [Даль 1957, 924]; «эх да в пятни- цу не прядут, не мотают» [КА. Ухта – 96. БМВ]. Действительно, существовал особый запрет на прядение в пятницу. Огромное количество текстов о запрете на прядение и некоторые другие женские работы запи- сано как в XIX, так и в ХХ в. в разных реги- онах: «у пятницу не положена прясть, пат пятницу солнце заходит, мы уже бросаем, мотали, мычек не мыкали» [ПА, с. Семцы, Почепский р-н, Брянская обл.].
Еще ряд важных запретов — топить баню, стирать и мыть голову в этот день: «Токо вот говорили, что… ну онному ста- ричку дрова пилили (там папа сказал) <…>. Мы с мамой пилили, брат колет, а старушка така горбатенька вышла и го- ворит: “Анютушка, у тебя, грит, ребяток- то порядочно. А по пятницам ты, гит, не стирай платьице-то. Другой день вы- бери”. Вот раньше и пятница была в по- чете» (Зап. от Александры Александровны Комиссаровой, 1914 г. р., д. Шилово, Хвой- ненский р-н, Новгородская обл. Соб. А. Л. Львов, А. А. Панченко, С. А. Штырков) [ЕУ-Хвойн-99. ПФ-2]; «грех был <прясть в пятницу>. Даже голову женщинам нель- зя было мыть, а то вдовой будешь» (Зап. от Настасьи Андреевны Гусельниковой, 1920 г. р., с. Успенки, Курчатовский р-н, Курская обл.) [ПА].
Запрет на стирку в этот день имел те же мотивировки, что и запрет на прядение, — это нанесение вреда сакральным персона- жам, умершим родственникам и т. д., — на- пример, св. Параскеве-Пятнице (реже Бо- городице), которая считалась покровитель- ницей пятничного дня: «В пятницу нельзя прясть, потому что Пятница — женщина, обскубливаешь, ее волосы выдираешь» [ПА, с. Хоробичи, Городнянский р-н, Чернигов- ская обл.]. Это могло также повредить и Ии- сусу Христу. Объяснение, что нельзя рабо- тать в пятницу, часто было связано с биб- лейской историей о мучении и распятии Христа, и тот, кто работает в любую в году пятницу, уподоблялся тем, кто мучил Хри- ста: «<В баню не ходят когда?> Не знай, это уш как обычно в воскресенье <…> По пят- ницам. По пятницам Исуса Христа омы- вали — вот по пятницам грешно ходить в баню. <…> А мы ходим в пятницы. А вот тожо, тожо грешно. <Кто Христа умывал?> Ноги-то умывали у Исуса Христа где. Воло- сами обмазывали да фсе дак вот в пятницу, распинали когда Иисуса Христа, и вот это было потом, после того это умывали у ево ноги-то. А в пятницу его предали, а роспя- ли в пятницу-то. Вот на субботу-то, шо его на суботу сняли уже <нрзб.> со своего– то с креста, его уже с креста сняли, укра- ли уже его… эти… эти… пророки <…>» (Зап. от Татьяны Васильевны Черепановой, 1920 г. р., д. Малый Халуй) [КА. Ошевенск – М. Холуй – 99. ЧТВ]. Кроме того, работа в этот день могла повредить и умершим ро- дителям: «У пятницу у всяку не мажут, шоб не замазать родителем очей» [Толстой 1995, 189–191]. Считалось, что работа в пятни- цу может причинить вред как сакральным персонажам и представителям «иного» мира, так и живущим в обычном мире лю- дям и животным: «У пятницу не прасць — для худобы, шоб на нее болезней не було» [ПА, с. Присно, Ветковский р-н, Гомельская обл.]; «если прясть в пятницу, то божич- ка накажет — плохая жизнь будет» [ПА, с. Дичня, Курчатовский р-н, Курская обл.]. Важно обратить внимание, что суще- ствовавшие пятничные запреты касаются только пыльной и грязной работы. Нельзя было именно прясть, но можно шить, вы- шивать, сматывать клубки, потому что это не грязная работа: «Пятница — женский день, не палагаеца прасть. У пятницу мо- тают на клубки» [ПА. Ветковский р-н, Гомельская обл.]; «у пятницу не пряли, а вышивали, нитки мотали» [ПА, с. Ма- каровка, Курчатовский р-н, Курская обл.]; «в пятницу нельзя прясть было, только вышивали, так-то законно было» [ПА, с. Дичня, Курчатовский р-н, Курская обл.]; «бывало, у пятниц разрешалось мотать нитки — чистая работа» [ПА, с. Макаров- ка, Курчатовский р-н, Курская обл.]. В ду- ховных стихах запрет на работу в пятницу часто представлен именно так, что нельзя пылить в этот день:
«У середу золы не зали,
А у пятницу пылю не пыли.
У среду не шлуктили»
[ПА, с. Семцы, Почепский р-н,
Брянская обл.].
Интересно, что запрет на прядение в пятницу может описываться формулой религиозной заповеди («шесть дней рабо- тай, один отдыхай»): «Нэ прадуць у пьят- ницу, у пьятницу матаем. Икона была — верятены у грудях. Гасподь сказав: “Шесть днев у няделю. Пять днёв на самопрядку, а шостый матаць клубки”» (Зап. от Екате- рины Киреевны Голубевой, 1914 г. р.) [ПА, с. Присно, Ветковский р-н, Гомельская обл.]. «Бог i начив его жинку: в понеделок пряди, в вiвторок пряди, в пятницу помо- тай, в субботу помий, помажь, та i спать ляжь» [Драгоманов 1876, 125].
Пятница противопоставляется обыч- ным будничным дням, в которые можно выполнять все виды работ, но в то же вре- мя этот день недели противопоставляет- ся праздничным дням: «Мотали нитки у пятницу, а у воскресенье и у праздники ничиво не делали: “у пятницу навивали, а у праздники отдыхали”» [ПА, с. Дичня, Курчатовский р-н, Курская обл.]; «самая обыкновенная форма суеверного почи- тания пятницы состоит в избежание не- которых работ. […] почитание пятницы состоит в следующем: мужчины не пашут и не боронят жито, женщины не прядут, не трут конопель (пеньки), изредка не сти- рают белья…, кроме вышесказанного, не выносят из печи золы, не вьют веревок, стараются (некоторые) пораньше улечься спать» [Червинский 1900, 95–96]. Таким образом, не существовало полного запрета на работу, который является одной из важ- нейших характеристик праздника.
В связи с пятничным запретом на рабо- ту интересны свидетельства XIX в. и более раннего времени о существовании по- добного официального запрета на уровне сельского сообщества; тех, кто нарушал запрет, ждало материальное наказание. Так, например, в собрании П. М. Строе- ва встречается документ, датированный 1590 г., «Заповедная крестьян Тавренской волости о неотправлении работ в воскре- сение Христово и в пятницу», в котором говорится о том, что крестьяне «учини- ли заповедь на три года», что «в пятницу не толочи, не молоти, ни каменья не жечи» (опять же речь идет только о «пыльных» работах, которые нельзя делать в пятницу). Нарушение этого запрета карается денеж- ным штрафом «восемь алтын на церковное строительство, а две денги соцкому» [Стро- ев 1915, 672–673].
Сообщение конца XIX в. из Тверской губ., которое опубликовано в местных епар- хиальных ведомостях, очень сходно с опи- санием из документа XVI в.: «…накануне [пятницы] поздно вечером десятский ходит по деревне и, стуча палкой в окно, кричит: “завтра не работать”» [Крылов 1899, 274]; иногда этот запрет приурочен не ко всем пятницам года, а лишь к определенным ка- лендарным пятницам: «в Вауцком приходе Горской волости, начиная с 8-й пятницы о Пасхе и до самого Ильина дня (20 июля), население по пятницам не прикасается ни к какой работе, даже в горячее время сенокоса; на нарушивших этот обычай на- лагается штраф 3 рубля, которые прилага- ются к мирским суммам, большей частью пропиваемым зря. Строго придерживаясь этого обычая, в основе которого лежит глу- бокое почитание пророка Ильи и пятницы Ильинской, эти селения, по словам ваучан, якобы менее страдают от градобития, уро- жаи лучше, уборка сена и хлебов совершает- ся без помех со стороны погоды, что бывает реже в других приходах, не придерживаю- щихся этого обычая» [Герасимов 1895, 123].
Такие «официальные» действия сель- ской власти и сельской общины проти- воречили церковным представлениям об этом дне. Сельские священники активно боролись с «пятничными» суевериями. Су- ществует огромный корпус статей священ- ников, опубликованных в епархиальных и губернских ведомостях, «Руководстве для сельских пастырей» и других изданиях, которые пытаются доказать, что пятни- ца — это обычный день недели, который не следует особо отмечать (см.: [Павлович 1868; Троицкий 1893; Крылов 1899]).
«Чужой» праздник
Вообще пятница могла осмысляться как «чужой» и поэтому опасный праздник, так, например, она называлась «татарским воскресеньем» [Даль 1996]; «ў нас так го- ворыли: “Пятница — тотарская нэдэля”. Шчо-нибудь прали, да тотар войде ў хату, да нэ сховаеш. Тотарско свато — боялись тотар» [Толстая 2005, 203]. Запрет на рабо- ту в этот день объяснялся не своей рели- гиозной традицией и тем, что это «свой» праздник, а тем, что этот день священный у иноэтничных и инорелигиозных сосе- дей, а потому опасный, так как именно они могут наказать за непочтение к их празд- нику. И в данных примерах мы видим, что пятница описывается, как священный день мусульман, который равен по своим функциям воскресному дню христиан, от- сюда и возникает запрет на работу в этот день, как типичная составляющая любого праздника. Но пятница может называться и «польской неделей»: «…ў пятницу прести не можно. Говорили, шо не можно — ето польска неделя. Мотали, шыют, а прести не можно» [Там же]. В этом случае пят- ница также воспринимается как «чужой» и опасный праздник, и частичные запреты на работу объясняются как раз тем, что это «чужой» праздник, а не «свой».
Торговый день
Пятница являлась еще и торговым днем: «…в северной России небольшие торги бы- вают по пятницам» [Крылов 1899, 280]; «… кроме же известия, что пятница имеет ре- лигиозное значение, в то же время мы зна- ем, что она была соборным днем для тор- гов… В пятницу происходили также суд, расправа и казни» [Неверович 1859, 208, прим. 10]. Происхождение представлений о пятнице как о торговом дне и о св. Пара- скеве как покровительнице торговли при- водят неизвестный Г. Б. [Г. Б. 1895, 303–316] и С. В. Булгаков, идеи которых очень похо- жи: «…что же касается происхождения ве- рования в Параскеву, как покровительни- цу торговли, то оно легко могло получить свое начало от того, что пятница в старину, особенно на юге и западе России, служила торговым днем для поселян, так как в суб- боту, день празднования евреями шабаша, торговля не производилась» [Булгаков 1898, 394, прим. 1].
Это замечание кажется нам не вполне правильным, потому что пятница, как вид- но из разных источников, была торго- вым днем не только на юге и западе Руси, но и на севере, где не было еврейского на- селения. В связи с этим интересен рассказ священника И. Бермана о том, что в одном из местечек Белоруссии евреи договори- лись с панской дворней перенести одно- дневные ярмарки с пятницы на четверг, «потому что наступающий праздник шаба- ша не позволял им пользоваться, до позд- него времени, торговлею» [Берман 1873, 13]. Здесь мы видим явное противоречие предыдущей идее, что пятница была удоб- на для евреев, как торговый день. Кроме того, пятница как торговый день извест- на в России еще до вхождения в состав Российского государства еврейского насе- ления, а американская исследовательница И. Левин обратила внимание на то, что «са- мые ранние свидетельства о почитании св. Параскевы Пятницы относятся к купцам, а не к женщинам. Даже митрополит Ки- приан говорил о дне памяти св. Параскевы как о купеческом празднике» [Левин 2004, 147]. Известно, что в некоторых старых русских городах (например, Новгороде, Смоленске, Владимире, Суздале, Туле и др.) на базарных площадях стояли церкви св. Параскевы Пятницы [Золотов 2000, 44].
* * *
Большинство исследователей, которые описывали представления об этом дне не- дели, считали, что они имеют языческие до- христианские корни. Но, вероятно, именно христианская традиция стала основой представлений об «особости» пятницы, так как этот день был связан со смертью Иисуса Христа — центральным событием христианской истории. Пятница была от- мечена постом (так же как среда и в неко- торых случаях понедельник) в рамках неде- ли, это отличало ее от всех остальных дней, наделяло особым и важным признаком. Вероятно, комплекс представлений о пятничных запретах связан, с одной стороны, со Страстной пятницей, с дру- гой стороны — с культом св. Параскевы Пятницы, который был распространен у восточных и южных славян, но не повсе- местно. Наличие церкви или часовни св. Параскевы Пятницы или ее чудотворной иконы актуализировало и укрепляло эти представления. В некоторых регионах пят- ничные запреты не были широко распро- странены, так, например, было в Вятском и Пермском краях. Некоторые исследова- тели объясняют это тем, что они исчезли и в настоящее время совсем не фиксиру- ются [Черных 2006, 40]. Но, возможно, это связано с тем, что в вышеуказанных реги- онах пятничные запреты и не были рас- пространены, например, на территории Вятского края почти отсутствуют особо чтимые пятничные иконы и церкви (см.: [Амосова 2003, 12]). Многочисленные за- преты и предписания фиксируются лишь в связи с воскресеньем как особым празд- ничным днем недели, но и в этих случаях для пятницы характерны тексты с негатив- ной окраской, основанные на том, что это день поста.
Примечания
1 В статье не будет рассматриваться материал об отдельных календарных пятницах, таких, например, как 9-я, Ильинская и т. п. Данные дни (обычно это летние пятницы) были, а в некоторых местах эта традиция сейчас сохраняется или возрождается, локальными праздниками, связанными с поклонением местным «деревенским» святыням. Народное почитание различных часовен, икон, источников, крестные ходы и др., приуроченные к подобным календарным пятницам, — тема отдельного большого исследования [см. подробнее: Панченко 1998, Глазунова 2008; Ермакова 2010, Клюйкова 2012 и др.]
2 Кроме славянских языков, такое название есть в литовском и прусском языках [Waniakowa 1998, 115–116].
3 Такое название есть еще в латинском, сардинском, ирландском и исландском языках: [Там же, 118–119]. Кроме этих форм, в индоевропейских языках есть и другие названия. Наиболее распространенная форма — и «день Афродиты-Венеры-Фреи», такая форма названия есть в греческом, латинском, французском, прованском, сардинском, испанском, каталонском, ретороманском, румынском, бретонском, валлийском, шведском, норвежском, датском, исландском, голландском, немецком, английском и хинди [Там же, 107–113]. «День приготовления» — армянский, греческий, латинский, готский, некоторые диалекты немецкого и албанский языки [Там же, 116–118], «шестой день недели» — латинский, испанский, португальский языки [Там же, 113].
4 Ср. еще варианты: «Раз не на святки, не на святки — просто на пятницу загадывала, вот меня научили… [пропуск пересказа сна]. “Суббота с воскресеньем, понедельник со вторником, среда с четвергом, а ты пятница-матушка одна. И я, раба Божия, одна. И вот приснись мне сон (там что — жениха, или, там, какая жисть моя будет, или что)”» [Лурье, Черешня 2000, 299, № 90]; «Если что потеряешь, то с четверга на пятницу должно присниться. “Суббота с воскресеньем, понедельник со вторником, среда с четвергом, а ты, пятница, одна будь, как мать родна. Осип прекрасный, разгадай мой сон несчастный: Найду ли я (вещь) или потеряю, куплю или продам? Где мое (вещь), яви мое мне во сне”» [Заговоры 2000, 166].
Литература
Алешина-Матюшина 2004 — Алешина-Ма- тюшина К. Т. Воскресение: (кое-что из жизни Вытегорской деревни начала ХХ века). Вологда, 2004.
Амосова 2001 — Амосова С. Н. Пятницкая церковь на Вятке и праздник Свистопляски: Опыт исследования архаических черт культа св. Параскевы-Пятницы // Традиционная культу- ра. 2001. № 2. С. 85–89.
Амосова 2011 — Амосова С. Н. Персонифи- цированные дни недели: история изучения // Славянская традиционная культура и совре- менный мир. Вып. 14: Комплексные исследова- ния традиционной культуры в постсоветский период. М., 2011. С. 50–66.
Балов 1895 — Балов А. В. Празднование пят- ницы в Пошехонском уезде // Ярославские гу- бернские ведомости. 1895. № 128. С. 2.
Берман 1873 — Берман И. Календарь по на- родным преданиям в Воложинском приходе, Виленской губ., Ошмянского уезда // Записки Императорского Русского географического об- щества. СПб., 1873. С. 3–43.
Богородский 1880 – Богородский Ф. Поуче- ние против суеверного почитания пятниц // Руководство для сельских пастырей. 1880. Т. 1. Приложение № 4. С. 44–46.
Булгаков 1898 — Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковно-служителей: Сборник сведений, касающихся преимуще- ственно практической деятельности отече- ственного духовенства. Харьков, 1898.
Бурцев 1902 — Бурцев А. Е. Обзор русского народного быта Северного края. СПб., 1902. Т. 2. В. Н. 1891 — В. Н. Еще о народных пятни- цах // Церковный вестник. 1891. №12. С. 185– 186.
Веселовский 1876 — Веселовский А. Н. Опы- ты по истории развития христианской легенды: IV. Сказание о 12-ти пятницах // Журнал Мини- стерства народного просвещения. 1876. № 185. Июнь. С. 326–367.
Виноградов 1915 — Виноградов Г. С. Самовра- чевание и скотолечение у русского старожилого населения Сибири (Материалы по народной ме- дицине и ветеринарии) // Живая старина. 1915. Вып. 4. С. 325–432.
Владимирская 1983 — Владимирская Н. Г. Материалы к описанию полесских народных представления, связанных с ткачеством // По- лесский этнолингвистический сборник: Мате- риалы и исследования. М., 1983. С. 225–245. Г. Б. 1895 — Г. Б. Из области народных воз- зрений и суеверий. Народные поверья о св. ве- ликомученице Параскеве, нареченной Пятни- цей // Руководство для сельских пастырей. 1895. Т. 2. № 31. С. 303–316.
Г. Н. 1891 — Г. Н. О народных пятницах // Церковный вестник. 1891. № 11. С. 166–167. Гальковский 1916 — Гальковский Н. М. Борь- ба христианства с остатками язычества в Древ- ней Руси. Харьков, 1916. Т. 1.
Герасимов 1895 — Герасимов М. К. Некото- рые обычаи и верования крестьян Череповец- кого уезда Новгородской губернии // Этногра- фическое обозрение. 1895. № 4. С. 122–125.
Глазунова 2008 — Глазунова О. Н. Цикл мест- ночтимых пятничных праздников на Северо- Востоке Московской области // Живая старина. 2008. № 2. С. 15–19.
Даль 1957 — Даль В. И. Пословицы русского народа. М., 1957.
Даль 1996 — Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. СПб., 1996.
Драгоманов 1876 — Драгоманов М. Малорус- ские народные предания и рассказы. Киев, 1876.
Добровольский 1905 — Добровольский В. Н. Песни Дмитровского уезда Орловской губер- нии // Живая старина. 1905. № 2. С. 290–414.
Дроздов 1891 — Дроздов Н. В области цер- ковно-приходской практики // Церковный вестник. 1891. № 3 (17 янв.). С. 42.
Дроздов 1891а — Дроздов Н. Последнее сло- во о «пятницах» // Церковный вестник. 1891. № 34. С. 534.
Ермакова 2010 — Ермакова Е. Почитание Криванковского колодца в Юргинском райо- не Тюменской области // Антропологический Форум. 2010. № 12.
Иванов 1907 — Иванов П. Жизнь и поверия крестьян Купянского уезда Харьковской губер- нии. Харьков, 1907.
Заговоры 2000 — Русские заговоры Карелии. Петрозаводск, 2000.
Заметка 1898 — Заметка о летних народных предрассудках и поверьях: об обливании и де- сятой пятнице // Руководство для сельских па- стырей. 1898. Т. 2. №27. С. 227–230.
Зеленин 1915 — Зеленин Д. К. Описание ру- кописей Ученого архива Имп. Рус. геогр. об-ва. Вып. II. Пг., 1915.
Золотов 2000 — Золотов Ю. М. Городские культы средневековой Руси // Живая старина. 2000. № 3. С. 42– 44.
Клюйкова 2012 — Клюйкова Е. А. Водные ис- точники в культурном ландшафте Чердынского района Пермского края: особенности функци- онирования // Фольклористика и культурная антропология сегодня: Тезисы и материалы Международной молодежной научной школы. М., 2012. С. 237–245.
Крылов 1899 — Крылов Д. Местные суеве- рия: «Пятницы» // Тверские епархиальные ве- домости. 1899. №10. С. 273–282; №14 С. 376–381.
Левин 2004 — Левин И. Христианские источ- ники культа св. Параскевы // Левин И. Двоеве- рие и народная религия в истории России. М., 2004. С. 141–161.
Научный альманах ТРАДИЦИОННАЯ КУЛЬТУРА 1 (65) 2017 Лурье, Черешня 2000 — Лурье М. Л., Череш- ня А. В. Крестьянские рассказы о сбывающих- ся снах // Традиция в фольклоре и литературе: Статьи, публикации и методические разработ- ки преподавателей и учеников Академической гимназии Санкт-Петербургского государствен- ного университета / Ред.-сост. М. Л. Лурье. СПб., 2000. С. 275–310.
Неверович 1859 — Неверович В. О праздни- ках, поверьях и обычаях у крестьян, населяю- щих Смоленскую губернию // Памятная книжка Смоленской губернии на 1859 г. Смоленск, 1859. С. 123–232.
Никифоровский 1897 — Никифоров- ский Н. Я. Простонародные приметы и поверья, суеверные обряды и обычаи, легендарные ска- зания о лицах и местах. Витебск, 1897.
Павлова 1985 — Павлова М. Р. Среда и Пят- ница в связи с прядением // Этногенез, ранняя этническая история и культура славян / Отв. ред. Н. И. Толстой. М., 1985. С. 66–69.
Павлович 1868 – Павлович П. Против суе- верного чествования пятницы // Руководство для сельских пастырей. 1868. Т. 2. № 35. С. 598– 602.
Панченко 1998 — Панченко А. А. Исследо- вания в области народного православия. Дере- венские святыни Северо-Запада России. СПб., 1998.
Прислiв’я 1989 — Прислів’я та приказки: При- рода. Господарська діяльність людини. Киев, 1989.
Пятница 1894 — Пятница в народном по- читании // Правительственный вестник. 1894. №191, 192, 193.
Резолюция 1896 — Резолюция Его Преосвя- щенства, Преосвященнейшего Гурия, епископа Самарского и Ставропольского, о борьбе па- стырей с суевериями народными о чествовании пятниц // Руководство для сельских пастырей. 1896. Т. 3. № 39. С. 97–100.
Сальг 1836 — Сальг И. Б. Откуда произошли суеверные понятия о пятнице, о числе тринад- цать, о просыпанной соли и т. п. // Северная пчела. 1836. 18 ноября. № 265. С. 1059–1060.
Семина 2008 — Семина М. Почитание пят- ничных дней в Рязанской губернии // Paleoslavi- ca. Vol. 16. № 2. С. 281–288.
Сержпутоўскi 1998 — Сержпутоўскi А. К. Прымхi i забабоны беларусаў-палешукоў. Мiнск, 1998.
Смирнов 1927 — Смирнов В. Народные гада- ния Костромского края. Кострома, 1927.
Страхов 2010 — Страхов А. Страстная пят- ница и пятница: запреты и рекомендации на- родного культа // Paleoslavica. 2010. № 2. C. 76– 154.
Строев 1915 — Архив П. М. Строева. Пг., 1915. Т. 1.
СРНГ 1999 — Словарь русских народных говоров / Под ред. Ф. П. Сороколетова. Вып. 33: Протока — Разлука. СПб., 1999.
Толстая 2005 — Толстая С. М. Материалы к этнодиалектному словарю полесских хроно- нимов // Толстая С. М. Полесский народный ка- лендарь. М., 2005. С. 26–335.
Толстая 2009 — Толстая С. М. Пятница // Славянские древности: Этнолингвистический словарь: В 5 т. / Под. общ. ред. Н. И. Толстого. М., 2009. Т. 4. С. 382–385.
Толстой 1995 — Толстой Н. И. Глаза и зрение покойников // Толстой Н. И. Язык и народная культура: Очерки по славянской мифологии и этнолингвистике. М., 1995. С. 185–205.
Троицкий 1893 — Троицкий А. Пятница в на- родном почитании // Пензенские епархиальные ведомости. 1893. № 21. С. 836–853; № 22. С. 885– 896; № 23 (1 дек.). С. 903–916.
Червинский 1900 — Червинский А. К вопро- су о суеверном почитании народом пятницы // Земский сборник Черниговской губернии. 1900. № 4. С. 95–104.
Черных 2006 — Черных А. В. Русский народ- ный календарь в Прикамье. Пермь, 2006. Яз 1835 — Яз. Бабий день (пятница) // Энци- клопедический лексикон. СПб., 1835. Т. 4. С. 29.
Scheffer 1945 — Scheffer N. Days of week in Russian religious art // Gazette des beaux-art. 1945. № 28. P. 321–334.
Waniakowa 1998 — Waniakowa J. Nazwy dni w językach indoeuropejskich. Kraków, 1998.
Сокращения
АГ — Архив фольклорного кабинета Ака-демической гимназии Санкт-Петербургского университета
АЦРФ — Архив Государственного республи- канского центра русского фольклора
ЕУ — Архив факультета антропологии Евро-пейского университета в Санкт-Петербурге
КА — Каргопольский архив лаборатории фольклора Российского государственного гума-нитарного университета
ПА — Полесский архив Института славяно-ведения РАН
ПИ — Архив центра «Петербургская иу-даика» Европейского университета в Санкт-Петербурге
