Солнцестояние снова зовёт меня в бой.
Стрелы, как добрые жёны, лишь луку верны.
Я, приложившись к стене, слышу поступь весны.
Сразу же после неё я приду за тобой.
Сегодня увидел я всадников снега
До неба несущих молитвы осколки,
Услышал я поступь чугунного века
И свет охранявшего серого волка.
Из тьмы глубинной предначертанных эпох,
Разливши «молоко» по бездне бесконечной,
Шагает поступью, как Демиург предвечный,
Увенчанный шеломом из крутых рогов.
Витиеваты тропы лесные,
Бьёт набатом лесная глушь.
Дрозд рисует дороги крылатые,
Словно первый и светлый Муж.
И вновь, над Степью вьются стяги,
И движут русские полки
Под знаком Рарога, сметая
Всю нечисть на своем пути.
У веры моей есть простое названье,
От века «народной» зовется она,
Но если пойдешь по дороге Познанья
Узнаешь, какая у ней глубина!…
Исцарапала ноги в кровь,
Собрала тебе горьких трав,
Забери меня, Велес, домой,
Пусть ведёт обережный став.
Ой весна, весна днем Красная,
Что же ты, весноя, принесла?
Принесла я вам летечко,
Еще и розовый цветочек,
Пусть уродится житечко,
Еще и озимая пшеница,
И всякая пашница.
Моя больная весна заметает снегами дороги.
Беззубым чёрным ртом лижет рыхлые щеки полей.
Моя больная весна полнится мрачной тревоги.
Обернувшись в мокрые тряпки, ждёт,
что станет немного теплей.
Возле берега Балтийского моря лежит остров Руян (нем. Rugen). От острова тонким перешейком отделяется полуостров Витов. А на скалистом мысу полуострова, выступающем в море стоял в IX-XII вв. городок Аркона.