Оставлю, пожалуй, тут перевод одной из статей Казанского. Давно хотел, но руки несколько лет не доходили. Статья, собственно, называется Archaeology of the Slavic Migrations и была написана для англоязычной энциклопедии славянских языков и лингвистики в 2020 году. Есть несколько не совсем однозначных моментов, но в целом, как обширное полотно славянских миграций, статья познавательная. Поэтому оставлю здесь. В один пост все не уместилось, поэтому сегодня будет первая часть, а завтра вторая. Ниже текст не мой.
Арт на раннеславянскую тему с просторов интернета. Традиционные характерные распространенные Те самые рубахи присутствуют.
Большинство археологов связывают протославян римского периода с киевской культурой в бассейне Среднего и Верхнего Днепра, родственными ей поселениями типа Заозерье в бассейнах Верхнего Днепра и Верхней Двины, и, наконец, группами поселений типа Черепин-Теремцы в бассейне Верхнего Днестра и типа Остров в бассейне Припяти.
На судьбу ранних славян во многом повлияли события раннего этапа Великого переселения народов, когда гунны напали на готов в 375 году н.э. В районе Днепра, начиная с середины V века н.э., земли готов постепенно заселялись населением ранних славянских культур, переселившимся туда из верхнеднепровской области. Что касается эпохи славянских миграций с V по VII века н.э., большинство археологов отождествляют славян с пражской культурой, некоторыми памятниками Ипотешти-Кындешти, пеньковской культурой, колочинской культурой и далеко на севере — с культурой длинных курганов, по крайней мере частично относящимися к некоторым славянским или балто-славянским народам. Существуют два специфических аспекта археологии славянских миграций: перемещение населения, принадлежащего к славянской культурной модели, и распространение этой модели среди неславянского населения. С миграциями славян V–VIII веков н.э. связаны несколько этапов и направлений:
- миграция в лесостепную зону Восточной Европы (V в. н.э.);
- миграции в низовья Дуная (конец V – начало VI в. н.э.);
- миграция к югу от Дуная и на Балканы (VI–VII вв. н.э.);
- миграция в средние и верхние районы Дуная (середина VI–VII вв. н.э.);
- миграция в бассейны Вислы, Одера и Эльбы (VI–VII вв. н.э.); и
- миграция в лесные районы Восточной Европы (VII–IX вв. н.э.).
С археологической точки зрения, эти миграции проявляются в распространении славянских культурных черт (связанных с лепной керамикой, типами зданий, кремационными гробницами, и женским костюмом), а для южной части региона они подтверждаются свидетельствами письменных источников.
В археологических исследованиях славянских древностей все чаще принимается следующая схема, включающая три хронологических этапа (см., например, Станчиу 2015: 165):
- Протославяне, соответствующие венедам (Venedi, Venethi, Veneti, Ouenedai) из древних источников (римский период, I–IV вв. н.э.);
- Ранние славяне, соответствующие антам (Antae, Antai, Anti) и склавенам (Sklavenoi, Sklavinoi) из произведений писателей поздней античности и раннего средневековья (середина V — середина или вторая половина VII в. н.э.);
- Средневековые славяне, начиная со второй половины или конца VII в. н.э.
Большинство археологов связывают протославян римского периода с киевской культурой в бассейне Среднего и Верхнего Днепра, подобной ей поселениям типа Заозерье на Верхнем Днепре и Верхнем Двинском бассейне, и, наконец, группам поселений типа Черепин-Теремцы в Верхнем Днестровском бассейне и типа Остров в Припятском бассейне (Щукин и др. 2006:
57–59; Казанский 1999: 21–37) (карта 1). Эта идентификация соответствует гипотезе Третьякова о том, что славяне образовали специфическую этническую группу в римский период в южной части лесной зоны Восточной Европы, преимущественно в Верхнем Днепровском бассейне (Третьяков 1966; 1970; 1982). Судя по гидронимам, эта часть Днепровского бассейна, расположенная к северу от современного Киева, когда-то входила в балто-славянское языковое единство. Более того, она находилась довольно далеко от границ Римской империи, что, возможно, объясняет, почему описания венедов у римских и греческих писателей были такими лаконичными.
Карта 1: Археологические цивилизации III–IV веков н.э., относящиеся к протославянскому населению. 1 – Киевская культура и её северные варианты; 2 – археологические памятники Днестровского и Припятского бассейнов с керамикой, относящейся к пражской цивилизации. В силу масштаба карты зоны археологических цивилизаций показаны приблизительно.
Судьба ранних славян во многом определялась событиями раннего этапа Великого переселения народов, когда гунны напали на готов, которые с III по первую половину V века н.э. проживали на землях к югу от территории, населенной славянами, и вынудили их покинуть Восточную Европу в 375–455 годах н.э. В районе Днепра, начиная с середины V века н.э., территория готов постепенно перешла к населению ранних славянских культур, переселившемуся туда из верхнеднепровской области (Третьяков 1966: 271; 1970: 92–99; 1982: 92–114; Щукин и др. 2006: 153, 154). К западу от него, на территории между Днестром и Припятью, в этот период ведущую роль перешло к населению, которое проживало там со времен Римской империи и обладало некоторыми чертами, типичными для славянской пражской культуры более позднего периода (Щукин и др. 2006: 155, 156).
В период славянских миграций с V по VII век н.э. (карта 2) большинство славянских археологов отождествляли собственно славян, или «Sclaveni» из письменных источников, с пражской культурой, занимавшей территорию между Днепром и Эльбой (Русанова 1976; Седов 1995: 7–39; Казанский 1999: 83–96), и некоторыми памятниками культуры Ипотешти-Кындешти, расположенными на землях к северу от нижнего Дуная, которые обладали некоторой славянской культурной составляющей (Теодор 1978; 1994; Седов 1995: 95–108). В соответствии со своим географическим положением, пеньковская культура в лесостепной зоне от Донецка до Прута соответствует «Antes» античных писателей (Седов 1995: 68–94; Приксоднюк 1998; Казанский 1999: 96–120). К северу от пеньковской культуры, в основном в верхнем бассейне Днепра, находится область колочинской культуры (Казанский 1999: 120–125; Обломский 2016), происхождение которой совпадает с пеньковской культурой, и поэтому она интерпретируется как славянская. К северо-западу от него, в верхнем бассейне Двины, находится территория культуры Банцеровщина, обычно связываемой с балтами (Митрофанов 1978: 84–150; Шадира 2006: 45–106), а далеко на севере — культура Длинных Курганов, по крайней мере частично связанная с некоторыми славянскими или балто-славянскими народами (Седов 1995: 211–217; Михайлова 2014; Исланова 2016: 136–150; карта 2). Все перечисленные группы археологических памятников имеют много общих черт и примечательны крайним архаизмом.
Карта 2: Археологические цивилизации V–VII веков н.э., относящиеся к славянам. 1 – Прага и Суков-Дзедзице; 2 – Ипотешти-Кындешти; 3 – Пеньковка; 4 – Колочин; 5 – цивилизация Псковских курганов. Из-за масштаба карты зоны распространения археологических цивилизаций показаны приблизительно.
Археологи интерпретируют пражскую культуру как преимущественно славянскую, главным образом из-за генетической преемственности древностей V-VII веков н.э. и, несомненно, славянских культур в Центральной и Восточной Европе, датируемых VIII и IX веками н.э. Пражская культурная область совпадает с описанием в письменных источниках зоны, где жили славяне.
Расположенные в днепровском регионе, пеньковская и колочинская культуры, безусловно, имеют общее происхождение; тем не менее, как уже было сказано, область пеньковской культуры совпадала с зоной проживания антов, согласно античным авторам, а анты были ближайшими родственниками славян. Что касается северных культур в лесной зоне, то любая этническая атрибуция останется лишь спекуляцией из-за отсутствия подтверждения археологическими источниками.
Важно отметить, что речь идет о культурной идентификации археологических памятников, которая не затрагивает вопросы языка, идентичности и политической принадлежности народов указанных культур. Следует помнить, что все древние этнонимы, упомянутые в письменных источниках, часто указывали на политическую ориентацию определенной группы древнего населения, а иногда — на совершенно разные археологические реалии. Примером может служить ипотешская-кындештская культура: согласно письменным источникам, она, несомненно, существовала в зоне славянского расселения, и её жители, скорее всего, считали себя славянами, хотя и включали в себя очень важную неславянскую культурную составляющую. Напротив, анты или жители пеньковской культуры, которые были ближайшими родственниками славян в культурном отношении и, по мнению древних писателей (Прокопия и Иордана), имели тот же этноним, что и славяне, явно противостояли последним.
Следовательно, культурная идентичность древнего населения могла частично совпадать с его этнической идентичностью, и поэтому надежная этническая идентификация возможна только в том случае, если доступны источники, отличные от исключительно археологических, прежде всего, свидетельства, оставленные древними писателями. Далее термин «славяне» применяется в его археологическом смысле, относясь к культурным особенностям древнего населения, прежде всего, к народам пражской, пеньковской и колочинской культур.
Существуют два специфических аспекта археологии славянских миграций: перемещение населения славянской культурной модели и распространение этой модели среди неславянского населения. Безусловно, оба явления имели место; однако чистое распространение славянской модели вряд ли возможно, в любом случае, если предполагается длительный период времени, когда населения разных культурных традиций жили рядом друг с другом. Более того, археологи, изучающие славянские древности, не принимают идеи, выдвинутые «диффузионистами», поскольку большинство сторонников диффузионной модели плохо знакомы со специфическими археологическими материалами, поэтому их работы оставляют место для ряда произвольных интерпретаций (подробнее см. Плетерский 2015: 232).
Для определения культурных особенностей как археологических индикаторов, свидетельствующих о славянском присутствии в данном регионе, исследователи используют следующие признаки:
- лепные сосуды определённых форм, обычно изготавливаемые женщинами для бытовых нужд, в контексте семейных традиций;
- кремационные захоронения с очень ограниченным количеством погребальных принадлежностей, часто помещённые в урны типичных славянских форм;
- «обычная» женская одежда, которая в архаических обществах имела сакральное значение и следовательно, сохранила этнографические особенности костюма того или иного древнего населения; тем не менее, отдельные элементы этой одежды могли иметь различное происхождение;
- жилища небольших размеров, нижняя часть которых была заглублена в землю, а печь располагалась в углу. Несмотря на климатические условия, такие дома в различной степени встречались почти повсюду в зоне, населённой славянами.
С V по VII век н.э. народы славянских культур одновременно расселялись в различных местах.
Славянские миграции в лесостепную зону Восточной Европы
В лесостепной зоне, в районе пеньковской культуры, происходили крупные миграции славянского населения. До середины V века н.э. эта лесостепная зона была
населена людьми, создавшими поселения черняховской культуры, соответствующей готскому племенному союзу, большая часть которого была вытеснена на запад гуннами. Самые ранние памятники пенковской культуры появились в этом районе в V веке н.э., на территории от левого берега Днепра до Южного Буга . Более того, исследователи отметили, что памятники пеньковской культуры в районе Южного Буга содержали множество типичных черт пражской культуры, территория которой находилась к северо-западу от пенковской области (карта 3). Вполне возможно, что там проживало население смешанного происхождения, пеньковской и пражской культур (Русанова 1976: 110). В VI веке н.э. население пеньковской культуры переместилось на восток, вплоть до Донца. Резкие изменения в лесостепной зоне вблизи Днепра произошли в VII веке н.э., когда регион подвергся натиску кочевников степи, скорее всего, болгар. В 620-640-х годах н.э. была спрятана группа немонетных сокровищ (так называемые древности антов или клады мартыновского типа, в частности, драгоценности и элементы костюмов, а в некоторых случаях обнаруженные непосредственно на стоянках пеньковской и колочинской культур), и количество поселений пеньковской культуры уменьшилось. Появились поселения и кочевые стоянки, где была обнаружена керамика явно южного происхождения, включая такие крупные археологические памятники, как Пастырские захоронения, богатые погребения и/или мемориальные места степной элиты, например, знаменитая находка в Малой Перещепине. Одновременно, согласно имеющимся археологическим находкам, некоторые группы славянского населения пражской культуры переселились на Средний Днепр.
Там они создали поселения типа Сахновка, отличающиеся керамикой шаровидной формы, иногда с примитивными линейно-волновыми узорами. Другим влиянием степи, вероятно, стало расширение хазарского владычества, произошедшее на Среднем Днепре в последней трети VII века н.э. Следующая серия кладов была захоронена, поселения пеньковской культуры окончательно исчезли, а поселение Пастырское было опустошено. На Правобережной Украины, древности сахновского типа постепенно превратились в восточнославянскую Лука-Райковецкую ([Luka-]Rajkivec´ka[ja], [Luka-]Rajkovec´ka[ja]) культуру (8-й и 9-й вв.) ; последние принадлежали полянам, древлянам , уличам, волынянам и дреговичам русских летописей (Русанова 1973). В районе Днепра также появились памятники волынцевского типа, культура которых продолжила пражскую культуру и стала начальным этапом раннеславянской роменской (роменско-боршевской) культуры в левобережном районе Днепра, соотносимой с северянами и радимичами из русских письменных источников (они также датируются VIII и IX вв. н.э.; Григорьев 2000). Поскольку археологические памятники Сахновки и Волынцева относятся к пражской культурной традиции, есть основания предполагать славянскую экспансию из пражской культурной области в лесостепную зону Днепра во второй половине VII и начале VIII веков н.э., возможно, при поддержке кочевников степи, болгар и хазар. К востоку и югу от славян, в степной зоне Днепра, начиная с VIII века н.э., поселились представители салтовской культуры; они связаны с аланским и болгарским населением Хазарского ханства (Казанский 2013; Казанский и Цукерман 2017).
Карта 3: Распределение самых ранних памятников Пражской и Пеньковской цивилизаций (V в. н. э.; на основе Щукина и др. 2006: рис. 142B). 1 – южная граница Пражской цивилизации; 2 – территория Пеньковской цивилизации. A – ранние памятники Пражской цивилизации; B – ранние памятники Пеньковской цивилизации. В силу масштаба карты, области распространения археологических цивилизаций и расположение памятников показаны приблизительно.
В районе Верхнего Дона задокументированы миграционные процессы с V по VII века н. э. с участием славянского населения. В V веке н. э. появилась Чертовицко-Замятинская культурная группа, очевидно, неместного происхождения. Помимо других групп, она формировалась при участии населения киевской культуры, которое большинство исследователей отождествляют с протославянами (Обломский 1999). Там задокументирована новая волна мигрантов с запада (бассейна Днепра), проявившаяся распространением Колочинской культуры, которая относится к концу VI и VII веков н.э. Помимо «классических» черт Колочинской культуры, материалы с рассматриваемых участков обладают орнаментами, типичными для финских древностей лесной зоны Восточной Европы (Обломский 2016: 16, 17). Что касается гипотетической миграции славян дальше на восток, в средний бассейн Волги, где они относятся к именковской культуре (Седов 1995: 193–197), то эта интерпретация представляется маловероятной из-за отсутствия подтверждения археологическими материалами.
Расселение славян в нижнем течении Дуная и на Балканском полуострове
Регион между Верхним Прутом и Припятью, где появились самые ранние памятники пражской культуры, такие как Остров в Полесье и Кодын в районе Прута, стал отправной точкой миграции славян, народов упомянутой культуры (Русанова 1976: 12–55; карта 2). Эта территория совпадает с зоной палеославянских гидронимов на правом берегу Украины (Трубачев 1968: 270, карта 11).
Постепенное проникновение групп пражской культуры на юг, на территорию современной Молдовы и Румынии, связывают, в частности, с распространением специфической керамической посуды и жилищ с печами (Русанова 1976: 98–100, иллюстрация 28; см. карту 4). Народы пеньковской культуры также переселились туда с востока, с другого берега Днестра, поэтому археологические памятники к западу от Днестра обладали чертами как пражской, так и пенковской культур (Русанова 1976: 100). Согласно находкам конкретных металлических артефактов, самые ранние славянские памятники, в частности Селиште в Молдове, датируются V веком н.э. (Гавритуксин и Казанский 2018).
Согласно письменным источникам, славяне и анте проникли в низовья Дуная не позднее 527 года н.э., скорее всего, с востока и северо-востока, из бассейнов Прута и Днестра; возможно, было несколько повторяющихся волн миграции. На левом берегу Нижнего Дуная, на территории современной Румынии, славянское присутствие задокументировано в таких поселениях, как Сучава-Шипот, и на кладбищах, таких как Сэрата-Монтеору.
Там основная масса обнаруженных материалов, таких как фибулы с лучистыми головками и пятью выступами на головке, происходящие от гепидских фибул(Crucea lui Ferentz, Vinderei; см. Казанский 2014: 186–191), или фиьулы в виде арбалетов византийской традиции, датируются VI веком н.э. По мнению румынских археологов, эти древности свидетельствуют о том, что в культуре Ипотешти-Чындешти или Чиурел преобладало неславянское романизированное население.
В действительности существовала керамика неславянского происхождения, изготовленная на гончарном круге, типичная для жилищ коренного населения, с открытым очагом или уличной печью, а также металлические изделия византийской традиции, которые также были широко распространены на славянских памятниках в других регионах. Что касается культуры, то славянские черты ярко выражены в нижнем течении Дуная: здесь встречаются землянки с печами, сосуды ручной работы, которые часто преобладали (60% в поселении Сучава-Шипот), типичные кремационные захоронения и наборы артефактов, типичные для славянских памятников в других странах. Народы как римской, так и славянской культурных традиций проживали в одних и тех же деревнях; соседи, возможно, понимали их как склавинов и антов, поскольку только эти народы были известны византийским писателям как оседлое население в рассматриваемых районах. Хотя румынские исследователи рассматривали возможность того, что славяне постоянно заселяли нижнедунайское пространство вплоть до второй половины VI века н.э., эта интерпретация противоречит рассказам Прокопия и (псевдо)-Маврикия, которые неоднократно отождествляли славян и антов с постоянными жителями земель на левом берегу Дуная еще в первой половине VI века н.э. Более того, хронология археологических материалов VI века н.э., задокументированных на участках в современной Румынии, не является бесспорной, как предполагают румынские ученые.
Карта 4: Места с керамикой славянского происхождения VI–VII веков н.э. на левом берегу нижнего Дуная. А – керамика пражского типа; В – керамика пенковского типа (на основе Теодора 1994: рис. 1). В силу масштаба карты, местоположение памятников показано приблизительно.
На территории современной Румынии обнаружены материалы как Пражской, так и Пеньковской культур, в основном их специфические лепные сосуды (карта 4).
Пеньковская керамика в основном появилась в румынской Молдове, между Прутом и Сиретом, однако она также встречается в Мунтении и византийских крепостях в Добрудже (Добруджа).
Сосуды Пражской культуры встречаются на более широкой территории, от Прута до Олтении, или Железных ворот (Комша 1972; Теодор 1972; 1978: 34–39; 1984; 1994; Седов 1995: иллюстрация 32; см. также карту 4). Теодор (1984: 74–76) упоминает о наличии «лесной» керамики типа Колочина на территории современной Молдовы. В странах к северу от нижнего Дуная появились две группы фибул с лучистыми головками и пятью выступами на головке, относящиеся к славянской культуре (Теодор 1992). Так называемый Днепровский тип фибул с лучистыми головками и пятью выступами на головке, хорошо известный по сокровищам типа Мартыновка, датируемым последней третью VI и первой половиной VII веков н.э., изготавливался преимущественно в центрах, расположенных в Среднеднепровском бассейне. Он типичен для пеньковской культуры и южной области колочинской культуры; фибулы этого типа редко встречались за пределами рассматриваемого региона. Изящные фибулы с лучезарными головками и пятью выступами на навершии, датируемые концом VI и VII веков н.э., широко распространены в Центральной и Восточной Европе среди различных племен оседлых варваров (кочевые народы никогда не носили фибулы с лучезарными головками). Большое количество таких находок обнаружено на славянских стоянках, содержащих следы их производства (например, в Великих Будках на левобережной Украине). В целом, изящные фибулы с лучевидными головками и пятью выступами на навершии являются хорошей отправной точкой для изучения варварской культурной традиции в сравнении с римско-византийской, поскольку в костюме ромеев (византийских греков) отсутствовали такие фибулы.
Из нижнего течения Дуная славяне проникли в ядро Карпатского бассейна, а затем в Трансильванию, первоначально занятую гепидами в 454–568 гг. н.э., а позже контролируемую Аварским ханством. Там появился горизонт Лазури-Пишкольт (?) (Lazuri-Pişcolt) славянских памятников с середины VI до первой трети VII веков н.э. Он включает в себя неукрепленные поселения в низменности с землянками с печами, керамикой, происходящей из пражской культуры, и кремационными могилами. Пока не совсем ясно, произошла ли эта миграция до или после 568 г. н.э. Нет четкого пространственного различия между трансильванскими поселениями славянского и неславянского населения. Очевидно влияние материальной культуры гепидов; есть несколько мест, таких как поселение и кладбище недалеко от деревни Братей, свидетельствующих об аккультурации славян и других групп населения. После середины VII века н.э. в Трансильванию проникли новые группы славянского населения. В VIII веке н.э. появилась новая волна славянских мигрантов, которые принесли традиции курганов с кремациями в урнах и деревянных ящиках. Вероятнее всего, славянская колонизация страны развивалась под контролем Аварского ханства. В целом, археологические памятники VII-IX веков н.э. в этой стране являются результатом слияния различных культурных групп, в частности славян (Станчиу 2011; 2015).
На Балканском полуострове к югу от Дуная в период славянских миграций продолжали жить многочисленные неславянские народы, особенно в западной половине полуострова, где возникла команская (комани) археологическая культура автохтонного происхождения (см., например, Наллбани 2002), и в Греции (см., например, Аврамеа 1997; Ламбропулу 2009). В целом, крах социально-экономической системы поздней античности в результате нашествий привел к упрощению материальной культуры автохтонного населения.
Географическое расположение кладов монет (на данный момент известно более трехсот кладов) указывает на область, которая пострадала от таких нашествий. С 539–540 гг. н.э. по 578–582 гг. н.э. варвары нападали на центральную часть Балкан от Железных ворот до Салоников. В период с 584–586 гг. н.э. по 601–602 гг. н.э. восточная часть Балкан была опустошена, а южная и центральная Греция оказались в зоне вторжений в 570–571, 574, 578–582, 584–586, 610–620 и 623–628 гг. н.э. Такое географическое распределение нельзя объяснить чисто экономическими проблемами, такими как инфляция бронзовых монет, особенно потому, что клады содержали, среди прочего, золотые монеты, которые никогда не обесценивались (Иванишевич 2006: карты 2–8).
Письменные источники позволяют нам проследить эволюцию славянских набегов. Анты принимали активное участие в этих походах вплоть до 540-х годов н.э., а позже стали союзниками Византийской империи, поэтому новая волна набегов была совершена склавинами. На начальном этапе эти набеги совершались с целью грабежа. Однако в 581 году н.э. склавины основали постоянные поселения в Греции, положив начало эпохе славянской колонизации Балкан, которая закончилась в 650-х годах н.э. Начиная с 580-х годов н.э., появилось множество случаев, когда славяне вдохновлялись или находились под командованием аваров. Славяне, и прежде всего их вожди, постепенно аккультурировались. На правом берегу нижнего Дуная археологические следы славянского присутствия VI и VII веков н.э. впервые появились в византийских крепостях и их окрестностях (см. карту 5).
Существуют керамика пеньковской культуры и, изредка, пражской культуры, а также изящные фибулы с лучевидными головками и пятью бусинками на головке (например, в Диногитии, Ятру и Калето). На кладбищах некоторых пограничных крепостей обнаружены захоронения с фибулами с лучевидными головками и пятью бусинками. Хотя обряд захоронения не типичен для славян, а скорее для ромеев, фибулы с лучевидными головками и пятью бусинками были частью женской одежды варваров, которая также была популярна среди славян. Поэтому изучаемые в настоящем исследовании захоронения и их параллели из районов к югу от Дуная свидетельствуют о включении варваров, возможно, славян, в византийскую среду. На территории западной Болгарии, к югу от Дуная, в ходе недавних раскопок были обнаружены поселения типа Валчедрам-Якимово, в которых представлена керамика ручной работы славянских типов, включая довольно поздние сосуды с линейными и волнообразными узорами, датируемые не ранее VII века н.э. На территории современной Болгарии также имеются более поздние поселения, датируемые VII–IX веками н.э. (Джеджови-Лозья, Старица, Гарван, Попина и другие; см. карту 5). В этих поселениях встречаются славянская керамика, землянки с печами и плоские кладбища с кремациями в урнах (Вэжарова 1965; Хрисимов 2015).
На западе, на территории современной Сербии, по обе стороны Дуная, находятся несколько славянских поселений VII–IX веков н.э., отличающихся землянками с печами
и сосудами шарообразной формы, иногда с линейными и волнообразными узорами (Арпатин, Магаречи, Млин, Дубовац, Кошича, Брег). До настоящего времени не было найдено ни одного захоронения, которое можно было бы с уверенностью отнести к славянам. Тем не менее, самые ранние находки славянской керамики, относящиеся к сосудам пражской культуры и изящным фибулам с лучевидными головками и пятью выступами на головке, появились в слоях византийских крепостей VI и начала VII веков н.э., особенно расположенных вблизи Железных ворот (Велики Градац, Доне Буторки, Хайдучка Воденица), что может свидетельствовать о привлечении славян к обороне византийских границ (Радичевич 2015).
Карта 5: Самые ранние славянские находки к югу от Дуная (на основе Русанова 1976: рис. 71; Теодор 1994: рис. 1; Радичевич 2015: рис. 1; Хрисимов 2015: рис. 1). Из-за масштаба карты местоположение памятников показано приблизительно.
Керамика пражской культуры хорошо известна в Иллирии и к югу от Дуная (карта 5), например, в Стеневце и Ослеке. С VII–VIII веков н.э. обнаружены находки шаровидных сосудов славянского типа, часто с линейными и волнообразными узорами, в местах более ранних греко-римских поселений. Также известны кремированные захоронения, содержащие подобную керамику. В упомянутых районах обнаружены многочисленные находки изящных фибул с лучистыми головками и пятью бугорками на головке, свидетельствующие о присутствии варваров, а в Каричин-Граде (Юстиниана Прима) появилась брошь Днепровского типа, артефакт чисто славянского происхождения. Более сложным является случай керамических сосудов ручной работы шарообразной формы. Некоторые из них могли происходить из славянской традиции, и большое количество сосудов такого рода могли появиться взамен ранневизантийской гончарной керамики, изготовленной на гончарном круге, которая исчезла после экономического коллапса (Русанова 1976: 189; Седов 1995: 29, 162; Янкович 2015; Зечевич 2019). Дата начала заселения Иллирии славянами остается вопросом. По мнению Винского, славяне укрепили свои позиции в этом регионе, когда находились под эгидой Аварского ханства (Винский 1971). Это в целом совпадает с хронологией славянских памятников в изучаемой зоне. Однако этот вопрос остается открытым, поскольку славянские археологические материалы в рассматриваемом регионе были недостаточно изучены.
Карта 6: Находки славянской керамики VII–VIII веков н.э. и варварских брошей с лучистыми головками в Греции. A – броши; B – керамика. 1 – Деметра, Геа Аниалос; 2 – Олимпия; 3 – Коринф; 4 – Тиринф; 5 – Аргос; 6 – Кифия Петра, Эдесса; 7 – Дион; 8 – Мессена; 9 – Спарта; 10 – Пергам (на основе Карсугианнопулу 2009: рис. 9; Вида и Фёллинг 2000: рис. 9). В связи с масштабом карты, местоположение памятников показано приблизительно.
По имеющимся письменным источникам, славяне поселились в Греции начиная с 580-х годов н.э. Хотя существуют клады монет, документирующие военные вторжения в 570/571, 574, 578–582, 584–586, 610–620 и 623–628 гг. н.э., в этом регионе отсутствуют славянские археологические материалы, относящиеся к периоду, предшествующему развитому VII веку н.э. (см. карту 6). Наиболее примечательным местом является кладбище в Олимпии, где были найдены кремации в урнах славянского типа, относящиеся к середине VII – VIII веков н.э. (Вида и Фёллинг 2000). Славянские шаровидные сосуды с линейным и волнообразным рисунком того же периода были обнаружены при раскопках в Аргосе, Деметрии, Истмии и Тиринфе. Шаровидные сосуды ручной работы из захоронения в Коринфе и сосуды ручной работы из Мессены менее типичны для славянской традиции (Вида и Вёллинг 2000: 3–26, 32–40). Изящные броши с лучистыми головками и пятью бугорками на головке, типичные для варваров, были найдены на ряде мест, в частности, в захоронении VII века н.э. в Эдессе, последнее, возможно, свидетельствует об аккультурации славян (Вида и Вёллинг 2000: 27–32; Кацугианнопулу 2009). Важно упомянуть находки антропоморфных и зооморфных фигурок в Велестино. Они, безусловно, принадлежали к варварской традиции и напоминали некоторые предметы из кладов, обнаруженных в районе Днепра, мартыновской традиции; однако их славянская атрибуция требует дальнейших и более сложных аргументов.
Archaeology of the Slavic Migrations
Michel Kazanski
https://hal.science/hal-02902087/file/Kazanski_Archaeology-Slavic%20Migrations_2020.pdf
Вторая часть завтра в это же время.
P.S. Уже тут.
https://andvari5.livejournal.com/261588.html
