Чагода... Прелестнейший уголок Вологодской земли. Край сосновых боров, песков и курганов. Древний Новгородский край. Многое меня с ним связывает. Увиденные здесь в детстве величественные сопки и курганы, услышанные легенды привели к тому, что я стал археологом.

О6ъездив в студенческие годы в экспедициях половину России, я вернулся сюда работать, окончив Ленинградский университет. Здесь прошли одни из первых самостоятельных экспедиций. В 1985 -90-е гг. на р. Чагоде, Кобоже, Песи были сделаны важные археологические открытия. Казалось, многие проблемы, разрешены. Но вот на календаре 1997 г., а мы опять собираемся в экспедицию в Чагодощенский район, "решать лопатой" вставшие новые проблемы.

Район - самый маленький по площади в области, однако по насыщенности памятниками археологии он находится на первом месте. Это на сегодня самый изученный в археологическом отношении район области. Здесь известно более ста древних поселений и могильников разных эпох (см. карты к каталогу).

Хотя археологические исследования ведутся на территории района более ста лет, с 1874 г., до начала наших работ в 1980-х годах он оставался слабоизученным. Исследовались лишь средневековые могильники, а памятники предшествующих эпох были практически неизвестны.

Начало археологических исследований на территории района связано с именем финского ученого Д. П. Европеуса. В 1874 г. он с целью выявления финно-угорских древностей предпринял раскопки курганов у с. Белые Кресты. Однако это оказались древнерусские курганы X -XI вв. В погребениях XI века по обряду трупоположения были обнаружены серебряные височные кольца, бубенчики с зернью, перстни, бусы, бронзовые пряжки, стеклянные бусы, железные ножи, боевой топор, лепные горшки. Особо следует отметить находки серебряных монет: арабского дирхема, западноевропейских денариев 984 - 985 гг., 988 - 1002 гг. В настоящее время эти вещи хранятся в Национальном музее Финляндии в г. Хельсинки1. Некоторые вещи из кладоискательских раскопок курганов у Белых Крестов попали в Устюженский краеведческий музей2.

В 1881 г. раскопки сопки у с. Избоищи предпринял директор Петербургского археологического института Н. В. Калачев со слушателями. Сопка была вскрыта лишь частично траншеей до половины высоты насыпи. В вершине открыты впускные безынвентарные погребения по обряду трупоположения, основные же погребения остались неисследованными. Эта величественная сопка до настоящего времени стоит на берегу Кобожи.

В местечке Кривые Луки на р. Кобоже им же был раскопан небольшой курган, содержавший погребение по обряду трупосожжения. Кости и железный нож были помещены в лепной горшок3. Курган относился ко второй половине I тыс. н.э. К сожалению, этот могильник был разрушен при строительстве шоссе Вологда - Новая Ладога.

В 1911 г. к XV Археологическому съезду в Новгороде был издан свод "О курганах, городищах и жальниках Новгородской губернии", куда вошли сведения по Устюженскому уезду, в состав которого входила территория современного Чагодощенского района4. Составитель свода И. К. Романцев полевых исследований не проводил, использовал сведения, полученные Новгородским Губернским Статистическим комитетом в 1910 г. методом опросных листов. Эти сведения в Статистический комитет давали местные должностные лица, учителя, священники и другие. Несмотря на все недостатки такой методики, в свод вошло 20 памятников археологии, хорошо выраженных на местности или о которых сохранились легенды и предания. Речь идет о курганах, городищах и жальниках. В свод попали сведения о сопках и курганах у с. Белые Кресты, д. Ерохово, Избоищи, Бабушкино, Мегрино, Загорье, Любахино; жальниках у д. Пучнино, Олешница, Новая, Папорть, Середка; двух "городках" у д. Бабушкино и Фишево.

Проверку этих сведений предпринял в 1929 г. Г. П. Гроздилов5. Он открыл также несколько новых курганных групп у д. Черенское, Акулово, пос. Смердомский и провел раскопки древнерусских курганов XI -начала XII в. у д. Кобожа. Однако в дальнейшем к исследованию этих древностей он не возвращался.

В 1949 г. осмотр и паспортизацию известных памятников археологии провел директор Устюженского музея Б. М. Яковцевский.

В 1960 -80-е гг. на территории области исследования древнерусских памятников X -XIII вв. ведет научный сотрудник Государственного Исторического музея Н. В. Тухтина. Она раскапывает курганы у д. Кобожа, Новинки, Клыпино, Бабушкино, пос. Смердомский6.

Таким образом, к 1980-м годам, когда начала работать наша экспедиция, были известны только древнерусские могильники и два "городка" неизвестного времени. Но на территории района должны были быть поселения и могильники дославянского населения. По данным языкознания и письменным источникам, здесь до прихода славян обитало финно-угорское население. Но где его памятники? Должны быть и стоянки еще более раннего времени - каменного и бронзового веков.

И вот наша первая разведка 1983 года. После продолжительных раскопок в Бабаевском районе в конце августа мы отправляемся на р. Лидь. Никаких памятников в пределах района не найдено, хотя выше по течению, в Ленинградской области, нашли и курганы, и поселения. Обследования левого берега Чагодощи от устья Лиди до Мегрино - тоже ничего. Лишь в самой д. Мегрино рядом с известными сопками зафиксировали синхронное им поселение IX -XIII вв. Ранее здесь М. Ю. Хрусталевым, участником нашей экспедиции, были найдены фрагменты средневековой керамики. Начало положено. Рядом в д. Кочубино в 1950-е годы местной учительницей Н. М. Герасимовой был найден костяной гарпун каменного века, переданный в областной музей. Учительница показала место находки, однако найти больше ничего не удалось. На р. Песи недалеко от д. Паник были открыты первое в районе поселение второй половины I тыс. н.э. и рядом с ним высокие курганы.

1984 г. - наши первые раскопки в районе. Объектом исследования был выбран обнаруженный нами длинный курган в могильнике на р. Чагоде в местечке Падун близ бывшего Варшавского шлюза в 3 км от д. Стулово. Этот древний могильник представлял исключительный интерес, т.к. в его состав входили высокие сопковидные насыпи, окруженные ровиками, длинные, прямоугольные, круглые курганы. Насыпи культуры длинных курганов большинство исследователей связывает со славянскими племенами кривичей. Датируются они V- IX вв. и известны в Смоленской, Новгородской, Тверской, Псковской областях и на западе Ленинградской области. В Вологодской области они были неизвестны. Что принесут раскопки в Падуне?

Две недели работ - и курган длиной 17 метров, высотой 0,7 м раскопан. Это оказалась типичная насыпь культуры длинных курганов. Были обнаружены 5 погребений на двух погребальных площадках, разделенных ровиком. Погребения совершены по обряду трупосожжения на стороне, что является характерным для древних славян. Умершего человека сжигали, собирали останки сожжения и помещали в курган. Два погребения были помещены в материковые ямки, три - на основании кургана. В женских погребениях - бляшки-обоймицы от головного венчика с чеканным орнаментом и гравировкой, перстень, бронзовый пинцет, синие бусы, фрагменты лепной керамики. Вместе с человеческими костями находились и кости животных. Очевидно, животные также были сожжены на погребальном костре7.

По вещам погребения датируются V -VI вв. н.э. Такая датировка явилась весьма неожиданной, т.к. могильник находился на далекой северо-восточной окраине ареала длинных курганов. Большинство исследователей считает, что культура длинных курганов оставлена летописными кривичами - славянским или балто-славянским населением. Таким образом, Уже первые наши раскопки на территории района дали существенные результаты для изучения истории региона, так как ранее полагалось, что славянское население в Вологодской области появляется лишь в IX -X вв.

В связи с полученными результатами раскопок в Падуне были предприняты тщательные поиски аналогичных могильников. Один из них был найден здесь же в Падуне, недалеко от места раскопок в сосновом бору по дороге на пос. Смердомский, три - на р. Песи у бывшего хутора Любахин и д. Старое Огарево, пятый - на р. Кобоже по старой дороге из Избоищ. Это явилось по существу открытием целого пласта ранних славянских древностей. Дальнейшие раскопки во второй половине 1980-х гг. подтвердили это. В 1984 г. было сделано и другое важное открытие. Обнаружен могильник у пос. Чагода в устье р. Песь. Раскопки в дальнейшем показали, что это один из интереснейших памятников Севера. Но это было еще впереди.

Разведочные работы 1985 г. были еще более плодотворны: в 6 км от д. Мишино при впадении р. Белой в Кобожу был обнаружен целый комплекс археологических памятников, датируемых временем от эпохи каменного века до средневековья. Комплекс состоял из стоянок каменного века, поселений эпохи бронзы и раннего железного века, финно-угорского могильника железного века, включающего курганы, грунтовые погребения и погребальное сооружение - "домик мертвых", а также славянского раннесредневекового поселения и курганного могильника. Сразу стало ясно, что здесь необходимы широкие раскопки. Они были проведены в течение 1986-1989 гг. Результаты превзошли все ожидания. На сегодня Усть-Бельский комплекс имеет первостепенное значение не только для археологии Вологодской области, но и в целом для Восточно-Европейского Севера8.

Устье р. Белой - одно из красивейших мест района. Оба высоких коренных берега Белой покрыты сосновым бором, внизу заливные пойменные луга, старица реки Кобожи.

Раскопки начались на правом берегу р. Белой. Раскоп I заложен на месте грунтового могильника. Сразу под дерном были найдены погребения по обряду трупосожжения - всего более десятка. В них были обнаружены вещи, ранее не встречавшиеся в районе, - двушипные железные наконечники стрел, ножи с горбатой спинкой, бронзовые конические подвески, пряжки с насечками. Среди находок выделяются великолепная застежка-сюльгама, украшенная волютами, а также вещи, характерные для более южных территорий - Волго-Окского междуречья (рис. 1).

3 
Рис.1
Усть Белая-I. Бронзовые изделия.
1-7 - курган № 4, 8-10 - курган № 2, 11-13 - сопка № 8,
14, 15 - грунтовый могильник, 16, 17 - "домик мертвых"

Типы вещей свидетельствовали о финно-угорской принадлежности погребенных и о времени захоронений - первые века н.э. Так был открыт первый могильник дославянского населения в бассейне р. Мологи. В заложенном недалеко раскопе 11 обнаружено еще 13 такого же типа погребений с близким составом инвентаря. Новыми были находки бронзовых булавок со спиральным навершием, железных привесок к поясу. Такие привески являлись типичным элементом пояса кочевников евразийских степей в начале нашей эры.

Раскоп III, заложенный рядом на небольшой возвышенности, принес еще более неожиданные результаты. Здесь были исследованы остатки большой постройки (6,5х5,4 м) срубной конструкции, куда помещались сожженные кости людей и животных, а также погребальный инвентарь. Это был своеобразный "домик мертвых". Первоначально кости помещались, по-видимому, в глиняные урны, берестяные туески или какие-то мешочки, но со временем сооружение разрушилось и все погребения перемешались. Общее количество погребений установить не удалось. По углю бревен сруба были получены даты 2270±100 лет назад (ГИН-6623 ), 2300±210 лет назад и 1920±40 лет назад (ЛЕ-4557), т.е. погребения совершались в конце I тыс. до н.э. -начале н.э. Датировки по погребальному инвентарю (около 150 вещей) также указывают на это время. Среди вещей - кольцевое и волютообразное навершия мечей или кинжалов степных типов, привески к поясу, большое количество железных двушипных наконечников стрел, втульчатый топор-кельт, ножи, шилья (рис. 2). Женские украшения представлены бронзовыми булавками со спиральным навершием, круглыми ажурными бляхами, бляшками-розетками, спиральками, стеклянными бусами. Особое внимание привлекают подвеска-медведь и 3 подвески-птички. Культ медведя существовал у финно-угорского населения с древнейших времен. Медведь считался хозяином леса. Не случайно находились и подвески-птицы с широко раскрытыми в полете крыльями. По сохранившимся древним представлениям некоторых финно-угорских народов, душа человека после его смерти продолжала жить и священная птица уносила ее на небо. Привлекают внимание и находки в "домике мертвых" стеклянных бус, в том числе золоченых. Золото-стеклянные бусы поступали сюда из Египта, где технология их изготовления была разработана в последние века до н.э. Наиболее вероятным центром изготовления этих бус считается Александрия. Для лесного Севера на рубеже эр это были дорогие престижные украшения. По-видимому, их, как и другие привозные украшения, получали в обмен на меха.

В связи с полученными результатами в раскопах I -III неотложным встал вопрос, а что же в таком случае представляют собой находящиеся в могильнике курганы? Для раскопок был выбран курган 3 - один из небольших в могильнике. Внешняя высота кургана - около 1 м, диаметр - 10 м, прослеживался ровик вокруг основания. В кургане обнаружено 8 погребений по обряду трупосожжения на стороне, одно из которых помещалось в глиняную урну. В мужских погребениях найдены железный топор-кельт, ножи, двушипные стрелы, в женских - пластинчатые бляхи-застежки волго-окских типов, бляшки-скорлупки, красные настовые и стеклянные золоченые бусы и другие вещи (рис. 2).

4 
Рис. 2
Усть Белая-I. Железные изделия.
1,2,4,6 - наконечники стрел, 3 - навершие меча или кинжала, 5 - футляр для фитиля, 7,8 - инструменты, 9-11 - ножи, 12 - удила, 13 - наконечники копья, 14 -топор-кельт. 1,2,3,4 - раскоп III, "домик мертвых", 5-8, 11, 12 - сопка № 8, 9,10 -грунтовый могильник, 13 - сопка № 2, 14 - курган № 3

Судя по инвентарю, курган также принадлежал финно-угорскому населению и был сооружен в IV в. н.э. Это представлялось невероятным, так как самые ранние финно-угорские курганы на севере России датировались временем не ранее VIII -IX вв. Стало ясно - раскопками этого кургана мы открыли какой-то новый пласт северных финно-угорских древностей. Но этим дело не закончилось. 1986 год оказался чрезвычайно богатым на открытия. Параллельно с основными работами на правом берегу р. Белой было решено раскопать один курган в могильнике, находящемся на левом берегу.

Группа IV состояла из 10 насыпей высотой 0,5-1,4 м, диаметром до 15 м. В раскопанном прямоугольном кургане 6 размером 7х9х0,7 м были обнаружены 7 погребений по обряду трупосожжения на стороне. Останки сожжений помещались в ямки в основании кургана и в насыпи. Наряду с человеческими костями определены и кости крупных животных. Вещи оказались лишь в одном мужском погребении - пряжка, футляр для трута, оселок, но этого вполне хватило, чтобы определить дату кургана и вкупе с погребальным обрядом - культурную принадлежность. Насыпь, несомненно, принадлежала к культуре длинных курганов, а по "В"-образной рифленой пряжке, имевшей хорошо датированные аналогии в Центральной Европе, датировалась V в. н.э.9 Прекрасно сохранившаяся пряжка, изготовленная где-то в Центральной Европе, и по сей день является самой северо-восточной находкой этого типа. Найти в погребении культуры длинных курганов хорошо датирующуюся вещь - большая удача. Радиоуглеродный анализ по углю из этого погребения, сделанный позднее в лаборатории естественнонаучных методов в Ленинградском отделении Института археологии, дал дату - 1460±30 лет назад (ЛЕ-4562), т.е. подтвердил археологическую датировку - вторая половина V в. н.э. Дальнейшие раскопки курганов в этой группе укрепили выводы, сделанные в 1986 г. Могильник Усть-Белая-IV стал одним из опорных памятников при рассмотрении процесса славянского освоения Севера.

Закапчивая раскопки на Усть-Белой в августе 1986 г., мы уже твердо знали, что, в начале следующего полевого сезона вернемся сюда и все лето проведем, исследуя этот важнейший комплекс памятников. Но в 1986 г. большие открытия сыпались как из рога изобилия. В сентябре мы небольшой группой участников экспедиции ездили на раскопки в Ленинградскую область, помогая коллегам исследовать курган X в. Возвращаясь, мы заехали в Чагоду и заложили небольшой разведочный шурф в устье р. Песи на могильнике, открытом в 1984 г. Могильник состоял из курганов и грунтовых погребений. В шурфе 2х2 м были обнаружены мужское и женское погребения по обряду сожжения, в которых находилось более 130 предметов. Среди них - боевой топор, железные двушипные наконечники стрел, оселок, футляр для фитиля, железная булавка со спиральным навершием, бронзовые пряжки, бусы, фрагменты сетчатой и лепной керамики (рис. 3).

5 
Рис. 3
Могильник Чагода-1.
4 - рукоять ножа, 5 -футляр для фитиля, 6 - пряжка, 7 - топор, 8 - оселок, 19 - удила, 20 - нож, 21 -навершие меча, 24 - игла, остальное - украшения, 4-22 - кость, 7, 19-21, 24 -железо, 8 - камень, остальное бронза, 17 - стекло.
1 - курган № 1, 2-4 - курган № 3 (раскоп IV),
5-8 - курган № 2, 9- 16 - раскоп VIII, 17-22, 24 - раскоп VII, 23- раскоп VI

По инвентарю погребения датировались началом пашей эры и принадлежали финно-угорскому населению. Мы были поражены - погребальные памятники этого времени археологи десятки лет безуспешно искали в Вологодской, Архангельской, Ленинградской, Новгородской и других соседних областях, а тут в один год и на территории одного небольшого района такие открытия! В планы работ 1987 г. были внесены коррективы, и могильник Чагода-I встал в один ряд с Усть-Белой.

В 1987 г. в могильнике были раскопаны 3 кургана и площадка с грунтовыми погребениями10. Раскопанные курганы имели диаметр 10 -14 м, высоту - 0,2 - 0,8 м, были окружены ровиками. Основная масса сожженных костей человека и животных находилась на основании курганов в темном слое мощностью 0,1 -0,3 м. Этот слой по структуре и составу близок к заполнению "домиков мертвых", но в отличие от них перекрыт насыпью. В курганах также обнаружено и несколько погребений в ямках в материке. Многочисленный инвентарь близок усть-бельскому, некоторые вещи просто идентичны. Вместе с тем, найдены и новые типы вещей: наконечник копья, рукоять меча или кинжала, подвески-уточки, сапожковидные; подвески и другие (рис. 3).

Привлекают внимание находки подвесок-уточек. Водоплавающим птицам, и утке в частности, в финно-угорской мифологии принадлежала особая роль. Древние финно-угры считали утку прародительницей всего сущего на земле, отводили ей роль творца природы. В "Калевале", памятнике карело-финского эпоса, рассказывается о том, как из яйца утки возник мир.

По погребальному инвентарю насыпи датированы II -IV вв. н.э., т.е. были еще древнее, чем насыпи на Усть-Белой. До настоящего времени они остаются наиболее ранними курганами Русского Севера. Распространение нового погребального обряда, находки степного вооружения, украшений южных типов свидетельствуют о появлении здесь на рубеже эр нового населения с юго-востока, со стороны Волги. Исходный район миграции, по-видимому, находился где-то в степной зоне.

На Усть-Белой для раскопок была выбрана самая высокая насыпь N° 8. Высота ее достигала 5 м, диаметр - 26 м. Такие высокие курганы население называет сопками. Принято оно и в научной литературе. По мнению большинства исследователей, сопки датируются VIII -X вв. и являются погребальными памятниками словен новгородских. Однако процесс формирования сопочного погребального обряда во многом неясен. Исследованная насыпь имела сложное строение. Она была сооружена на месте поселения середины I тыс. н.э., о чем свидетельствовал темный культурный слой, насыщенный обломками лепной керамики, колотыми очажными камнями в ее основании. Первоначальная насыпь имела высоту 1,4 м, диаметр погребальной площадки, ограниченной ровиком, - 22 м, т.е. вполне вероятно, что уже изначально предполагалось возвести высокое погребальное сооружение, о чем свидетельствует большой диаметр. Центр был отмечен кучей камней, рядом зафиксированы остатки большой столбовой ямы. Возможно, она фиксировала вертикальную ось сооружения. К западу от центра находилась прямоугольная оградка размером 1,6х1,4 м из небольших валунов, внутри которой большое скопление сожженных костей мужчины и женщины в неглубокой грунтовой ямке. В скоплении определены также кости коня. Среди костей - обломок орнаментированного браслета с гвоздевидными концами, перстни, двусоставные удила с подвижными кольцами. В 1 м от оградки к западу расчищены остатки очага, сооруженного из параллельно уложенных жердей, поверх которых был положен второй ярус жердей под прямым углом к нижнему. Размеры очага - 1,2х0,7 м.

Около 10 погребений по обряду сожжения (часть разрушена) были помещены в верхнюю и среднюю часть насыпи. В погребениях обнаружены ножи с прямой спинкой, с уступом при переходе черешка к клинку, наконечник стрелы, бронзовые и железные пряжки, футляр для фитиля, браслеты, фибулы, бляшка-обоймица от головного венчика, литой бубенчик с большой петлей, стеклянные бусы (рис. 1).

Кроме погребений по обряду трупосожжения, в верхней части насыпи обнаружено более 10 впускных погребений по обряду трупоположения в колодах, без вещей, с западной ориентировкой (часть разрушена). Эти погребения относятся ко времени не ранее XII века.

Для первоначальной насыпи по углю из очага получена радиоуглеродная дата - 1380±40 лет назад (ЛЕ-4556). На VII в. н.э. указывает и находка в погребении в оградке браслета с гвоздевидными концами и "елочным" орнаментом, имеющего аналогии в рязано-окских могильниках этого времени. Погребения по обряду сожжения в верхней части насыпи по инвентарю и, в частности, бусам датируются VIII -IX вв. н.э. Следует отметить, что часть вещей имеет северо-западное происхождение и попала на Кобожу скорее всего из Ладоги - центра Северной Руси того времени. К ним относятся, в частности, два ножа, выполненных, как показал металлографический анализ, проведенный Л. С. Розановой, в сложной технике "трехслойного" пакета. Появление каменных конструкций, неизвестных в более ранних погребальных памятниках этой территории, также указывает на связи с северо-западным регионом. По ряду признаков исследованная насыпь соединяет в себе особенности высоких насыпей культуры длинных курганов и "классических" новгородских сопок. С учетом ранней даты -VII в., это позволяет включить бассейн Кобожи в ареал формирования сопочной погребальной обрядности, характерной для словен новгородских в VIII-X вв.

Рядом с сопкой был исследован курган № 4 высотой около 1 м, диаметром 16 м, содержащий 7 погребений по обряду трупосожжения. В погребениях найден многочисленный и разнообразный погребальный инвентарь: железный кельт, двушипные наконечники стрел, шилья, нож, пряжки, бляхи-пронизки, украшенные зернью и витьем, конические и колокольчатые подвески, спиральки, бронзовые и стеклянные бусы (рис.1). Особо отметим подвеску-лунницу с эмалью. Украшения с эмалями известны в Прибалтике и Поднепровье, на Русском Севере они являются уникальными. По подвеске и другим вещам курган датируется III - IV вв. н.э., т.е. тоже принадлежит к наиболее ранним погребальным насыпям Севера.

Во время раскопок сопки и кургана было сделано еще одно существенное открытие. В насыпях и основании кургана были найдены кремневые ножевидные пластины и орудия, изготовленные из них. Неолитическая керамика отсутствовала. Это свидетельствует о том, что курганы были возведены на месте стоянки первоначального освоения региона человеком, датирующейся VIII -VI тыс. до н.э. Она явилась первой открытой в районе стоянкой эпохи мезолита. Это послужило толчком к поискам стоянок этого времени. И в 1,5 км от Усть-Белой, на правом берегу р. Кобожи в местечке с названием "Крутой берег", удалось обнаружить хорошо сохранившуюся мезолитическую стоянку.

В 1988 г. раскопки Усть-Белой были продолжены. Для понимания всего комплекса в целом необходимо было исследовать центральную, самую большую насыпь высотой 4,2 м, диаметром 32 м. Раскопки ее велись 3 месяца, причем в первый месяц в экспедиции работало более 60 человек. По объему она является одной из самых больших исследованных насыпей севера лесной зоны Восточной Европы.

Насыпь имела сложное строение и к тому же неоднократно раскапывалась кладоискателями. На первом этапе был сооружен круглый курган № 1). Погребальная площадка кургана диаметром 9 м оконтуривалась круговым рвом шириной 2,5 - 3 м, глубиной 1 м. И хотя действительная высота насыпи составляла 1,6 м, в целом сооружение имело внушительную высоту - около 2,6 м. В таком виде курган простоял непродолжительное время, так как, несмотря на крутые склоны, процесс сползания насыпи в ров не начался. В основании кургана на погребенной почве практически по всей площадке залегали кальцинированные кости с углем и золой. Особенно много костей было в северо-западном секторе. Здесь же найдено и большинство побывавших в огне вещей, среди которых двушипные наконечники стрел, ножи с прямой спинкой, шилья, футляр для трута, пряжка, бляшки-пронизки, обоймочки, спиральки, круглая красная пастовая буса и золото-стеклянные бусы, сплавы бронзы, бронзовые конические беспетельчатые подвески и бляшки-скорлупки. В ровике кургана найдены железное втульчатое копье, проволочное височное кольцо с конической подвеской (рис. 2). По углю из слоя с костями получена дата 1520±60 лет назад (ЛЕ-3450).

На втором этапе к западу от этого кургана было возведено еще одно погребальное сооружение (№ 2), имевшее с первоначальным частично общий ровик. Над подпрямоугольной площадкой размером примерно 4х6 м хорошо прослеживалась насыпь высотой около 0,8 м, состоящая из дугообразно расположенных слоев песка, разделенных между собой также дугообразными прослойками кальцинированных костей. Костей очень много, они залегают до дна рва. Среди костей двушипные стрелы, нож с прямой спинкой, железная фибула со спиральными концами, бронзовая накладка, спиралька. На погребальной площадке в материке обнаружена подпрямоугольная яма размером приблизительно 2,6х2,6х0,3 м, в которой сохранились остатки деревянного сооружения, в том числе обугленная плаха размером 2,5х0,35 м. В яме найдено несколько кальцинированных костей, керамика. Это дерево-земляное погребальное сооружение возведено позже круглого кургана, так как частично перекрыло его ров. По углю плахи получена дата 1565±100 лет назад (ЛЕ-3453).

К третьему этапу относится сооружение собственно "сопки". Оба первоначальных кургана были окружены единым круговым рвом, внутренний диаметр которого составляет 22х24 м. Ширина этого рва - 2 -6 м, глубина более - 1 м. При этом сначала чистым песком были засыпаны рвы первоначальных курганов (№ 1 и № 2), курган № 2 - засыпан до вершины. Несколько погребений по обряду сожжения обнаружены в виде скоплений на погребенной почве и в материковых ямках на участке между рвами кургана и "сопки". Одно погребение находилось в лепной урне. В погребениях - коническая беспетельчатая подвеска с треугольными про резями, фрагмент гривны, колечко, тонкие бронзовые скобочки. Высоту этой насыпи не определить, так как вершина разрушена многочисленными перекопами. В верхней части насыпи обнаружено несколько погребений по об ряду сожжения на стороне, часть их разрушена перекопами. В погребениях кроме фрагментов лепной керамики - нож, бронзовая орнаментированная бляшка-обоймочка, золото-стеклянная буса. По углю из вершины насыпи получена дата 1580±100 лет назад (ЛЕ-3449), а по углю из рва - 1540±40 лет назад (ЛЕ-3452).

На четвертом этапе с востока к сопке была сделана небольшая присыпка, перекрывшая сопочный ровик. Здесь в погребениях по обряду сожжения на стороне найдены железная фибула со спиральными концами, конические беспетельчатые подвески с треугольными прорезями, бляшка-пронизь из шести спаянных бляшек, обломок браслета, треугольного в сечении, золоченые бусы. Особо следует отметить бляху-пронизь в виде двух антропоморфных фигур, украшенную зернью и плетенкой (цветное фото), почти полностью аналогичную бляхе из клада на Троицком городище в Подмосковье.

Изучение погребального инвентаря и даты по С-14 показывают, что большого временного разрыва между этапами не было, все вещи относятся к одному хронологическому периоду, а часть их идентична. Первоначальный курган (№ 1) по форме, размерам, погребальному обряду и инвентарю близок к уже упоминавшимся небольшим курганам III -IV вв. н.э. Серия из пяти радиоуглеродных дат для разных этапов: 1580±100, 1565±100, 1560±70 (уголь из пятна в насыпи), 1540±40 и 1520±60 лет назад хорошо согласуется с археологической датировкой - IV - первая половина V в. н.э.

Таким образом, исследованная сопкообразная насыпь является в настоящее время наиболее ранней из раскопанных высоких насыпей севера Европейской России. По погребальному инвентарю она относится к финно-угорскому населению. Возможно, эти высокие насыпи и явились одним из истоков формирования сопочной погребальной традиции.

Параллельно с раскопками высокой насыпи отряд экспедиции под руководством Н. В. Косоруковой исследовал мезолитическую стоянку Крутой берег (см. статью Н. В. Косоруковой в настоящем альманахе).

В 1989 г. исследования Усть-Белой были завершены. В могильнике Усть-Белая-I четырьмя раскопами исследовались грунтовые погребения I половины I тыс. н.э. Материал еще двадцати погребений существенным образом дополнил общее представление о могильнике. На южной окраине комплекса на поселении Усть-Белая-V раскопом 6х12 м было исследовано селище середины - третьей четверти I тыс. н.э. Здесь были найдены железный боевой топор со щекавицами, глиняное пряслице, обломок тигля, синяя стеклянная буса, лепная гладкостенная керамика. Поселение представляет значительный интерес ввиду его "чистого" комплекса без более ранних и поздних материалов.

По завершении исследований на Усть-Белой работы были перенесены на р. Песь близ бывшего хутора Любахин. Здесь, рядом с упоминавшимся ранее могильником культуры длинных курганов, в 1988 г. нами были обнаружены кальцинированные кости, определенные антропологом Н. Н. Цветковой как человеческие. Для выяснения соотношения курганного и грунтового могильников оба были раскопаны практически полностью.

Курганный могильник состоял из 6 насыпей - 1 длинной, 4 прямоугольных и 1 круглой. Раскопано 5 насыпей. В курганах зафиксированы практически все известные в культуре виды помещения остатков сожжений - в грунтовой ямке, россыпью на основании, в перевернутой урне, в ямке в насыпи, россыпью под дерном, что свидетельствует о синхронности способов помещения. В инвентаре погребений представлены бляшки-обоймицы головного венчика, бляшки-скорлупки, браслеты с расширяющимися концами, спиральки, красные пастовые и синие 14-гранные бусы, ножи с прямой спинкой, пряжки, шилья (рис. 5).

7 
Рис. 5
Могильник Любахин-1.
1,3 - бляшки-обоймицы, 2 - браслет, 4 - буса, 5 - нож, 6, 7 - подвески, 8 -пряжка; 4 - стекло, 5 - железо, б - серебро, остальное - бронза. 1,2- курган № 3, 3, 4 - курган № 6, 5-Я - курган № 1

В целом, это характерный комплекс культуры псковских длинных курганов, который обычно датируют широко V - VIII вв. н.э. Однако в погребении 1 кургана № 6 обнаружены две подвески-лунницы Сесдал стиля, которые по центрально- и североевропейским находкам датируются концом IV -первой половиной V в. н.э. Ближайшей аналогией является подвеска-лунница из могильника культуры длинных курганов Рысна-Сааре-II в юго-восточной Эстонии. Учитывая, что в могильнике Любахин-I погребено не более 10 человек, из них всего двое мужчин (определения антрополога Н. Н. Цветковой), можно полагать, что могильник существовал не более 100 лет и, вероятно, дата могильника не выходит за рамки V века.

Таким образом, несмотря на небольшие размеры, а, вернее, благодаря им, могильник представляет большой интерес. Несомненно, что он оставлен одной группой населения в течение непродолжительного времени. Это свидетельствует о синхронности существования разных типов насыпей и принадлежности их к одной культуре.

Грунтовый могильник, получивший название Любахин-V, относится к значительно более раннему времени. Остатки погребений по обряду трупосожжения на стороне зафиксированы в виде скоплений сразу под дерном и в небольших ямках в материке. В одной из ямок диаметром 0,45 м, глубиной 0,6 м на дне находился орнаментированный "сетчатый" горшок с костями человека, среди которых обнаружена бронзовая буса. По углю, находившемуся среди костей, получена дата 1990±50 лет назад (ЛЕ-3557). Немногочисленный инвентарь других погребений (нож с серповидной спинкой, бронзовые бусы, фрагменты железных предметов, сетчатая и лепная гладкостенная керамика) также указывают на конец I тыс. до н.э. Открытие урновых грунтовых погребений этого времени явилось крайне неожиданным, так как ни на рассматриваемой территории, ни в соседних регионах этот обряд неизвестен. В настоящее время он может быть сопоставлен с погребальным обрядом населения Поднепровья этого времени. Сетчатая керамика свидетельствует о том, что могильник оставлен финно-угорским населением. Вопрос о том, каким путем распространился этот обряд в конце I тыс. до н.э. так далеко на север в финно-угорскую среду, остается пока нерешенным. Возможно, культурные импульсы, идущие с югo-запада, были в действительности более мощными, чем мы себе сейчас представляем. Между грунтовым и курганным могильниками существовал хронологический разрыв в несколько столетий. Прямой связи между ними нет. Однако важное значение имеет тот факт, что раскопками близ бывшего хутора Любахин выявлено, что обряд погребения в грунтовых ямках с помещением костей в урны существовал на севере лесной зоны во время, предшествовавшее культуре длинных курганов. Этот обряд не является здесь инновацией времени длинных курганов, как полагает ряд исследователей.

В 1989 г., наряду с раскопками, в районе были проведены интенсивные разведки, в результате которых открыто 15 поселений и могильников разного времени. Среди новых памятников привлекало внимание поселение культуры длинных курганов в уже упоминавшемся местечке Падун на р. Чагоде. В 1984 г., когда мы вели раскопки длинного кургана, его обнаружить не удалось. Это не случайно - в целом на всей территории культуры длинных курганов поселений выявлено немного, раскопками исследованы единицы. В восточной половине ареала культуры длинных курганов не было раскопано ни одного поселения.

1990 год - мы исследуем первое раннеславянское поселение в Вологодской области. Оно располагалось на поляне в окружении соснового бора. Размеры поселения - 140х60 м, вскрыто 344 м2. Культурный слой незначителен, не превышает 0,2 м, слабо насыщен керамикой. Исследованы остатки трех прямоугольных наземных жилищ срубной конструкции размерами от 4,1х5,3 м до 5,1х8,4 м с развалами печей-каменок. Дома стояли в ряд вдоль берега Чагоды. Находки немногочисленны и практически все найдены в заполнении жилищ: нож, шило, 2 рыболовных крючка, бронзовая пронизка, стеклянные бусы. По углю из очага получена дата 1600±80 лет назад (ГИН-6688). Это одна из самых ранних радиоуглеродных дат для культуры длинных курганов. Вероятно, поселение возникло в конце IV -V в. н.э. Время прекращения его существования точно не определить, но немногочисленность керамики и вещей позволяет предполагать, что оно было непродолжительным. В расположенных рядом с поселением двух могильниках раскопано по два кургана с характерным для культуры длинных курганов обрядом и инвентарем.

Раскопки подтвердили предположение о том, что поселения первых славян кривичей были небольшими по размерам и, вероятно, кратковременными, что связано с системой хозяйства. Основу его составляло подсечное земледелие в сочетании со скотоводством, охотой и рыболовством. Видимо, не случайно эти поселения находились в сосновых борах, которые легко было выжигать, а корни сосен, уходившие вертикально вглубь, не мешали обработке земли (их могли и не корчевать). Подсечное земледелие постоянно требовало новых участков.

Пашенное земледелие в регионе, вероятно, появляется в IX -X вв., когда с юго-запада сюда продвигается новая волна славянского населения - словен ильменских. Они основывают поселения, которые перерастают в древнерусские. Поселения располагаются по берегам рек, где имеются обширные поймы и хорошо дренированные террасы. Такие поселения и находящиеся рядом с ними сопки обследованы экспедицией у д. Наумовское, Бельское, Избоищи, пос. Сазоново. Типичная новгородская сопка IX-X вв. была раскопана нами в 1992 году на р. Чагоде примерно в 10 км выше Падуна у д. Озерево соседнего Бокситогорского района.

В результате десятилетних исследований на территории района к началу 90-х годов были открыты и раскопаны памятники финно-угорского на селения конца I тыс. до н.э. - V в. н.э., давшие представление о культуре этого населения, определены время появления славянского населения, системы его расселения, связанные с типами хозяйства. Однако неясным оставался механизм славяно-финского контакта.

В 1992-1993 гг. были возобновлены исследования самого большого финно-угорского комплекса - могильника Чагода-I. В дополнение к четырем раскопам 1987 г. были заложены еще 8, в результате чего могильник оказался почти полностью раскопанным. Полученные материалы дали во многом новое представление о комплексе. Возникновение его, на основе серии из 8 радиоуглеродных дат, относится ко времени не позднее III в. до н.э. Для одного из погребальных сооружений получены две радио-углеродные даты - 2240±40, 2230±40 лет назад (ГИН-7507, 7504). Эта датировка подтверждается находкой скифской глазчатой бусы III -II вв. до н.э. Время прекращения существования могильника определяется по вещам наиболее поздних погребений, относящихся к IV-V в. н.э. Для наиболее позднего кургана № 4 получены даты - 1500±80, 1430±40 лет назад (ГИН-7503, 7500). Вероятно, захоронения в могильнике прекратили совершать в V в. н.э. Таким образом, выясняется, что могильник, на котором финно-угорское население производило захоронения в течение примерно 800 лет, забрасывается. Это, вероятно, связано с весьма серьезными обстоятельствами. Финно-угорских могильников VI -VII вв., в которых бы прослеживались погребальные традиции предшествующего времени, в регионе нет. Вероятно, это связано с уходом части финно-угорского населения и ассимиляцией оставшегося славянами. В связи с этим следует отметить, что в V в. прекращаются финно-угорские погребальные традиции на Усть-Белой.

При раскопках 1992 - 1993 гг. в могильнике наряду с курганами и грунтовыми погребениями были исследованы и "домики мертвых", ранее здесь неизвестные, получены большие коллекции вещей. Среди находок - предметы степного вооружения сарматских типов. Особо следует отметить находку древнейших на севере России удил с псалиями, относящихся к концу I тыс. до н.э. - началу I тыс. н.э. Это первое достоверное свидетельство использования коня для передвижения на севере лесной зоны. Здесь же были обнаружены и бронзовые двухголовые коньковые подвески этого времени (рис. 3, 4). Они являются самыми ранними изображениями коней на Русском Севере. Тип этих подвесок происходит из далеких степных районов, и, вероятно, их появление наряду со степным вооружением и поясной гарнитурой связано с проникновением на Север на рубеже эр групп степного населения.

6 
Рис. 4
Могильник Чагода-I. Раскоп IX.
1,2 - наконечники стрел, 3 - игла, 4 - наконечник пояса 5 - шило, 6, 7, 10 - пряжки, 9 - деталь ножа,
8-11 - украшения. 1-3, 5 - железо, остальное - бронза

После широких раскопок могильника Чагода-I было получено много материалов для реконструкции погребального обряда финно-угорского населения. Однако хозяйство этого населения, устройство жилищ и многие другие стороны материальной культуры оставались неизвестными. В связи с этим в 1996-1997 гг. экспедиция проводит раскопки городища раннего железного века у д. Бабушкино. Оно известно в науке еще по своду И. К. Романцева 1911 г., однако внимание исследователей не привлекало, дата его была не ясна. В 1989 г. мы заложили на нем разведочный шурф, который дал материалы железного века. Кроме того, было установлено, что в слое хорошо сохраняется кость. Это едва ли не единственное поселение в области с такой сохранностью костей животных и изделий из них.

Основной комплекс поселения датируется серединой I тыс. до н.э. - началом I тыс. н.э. Городище находилось на берегу озера, превратившегося в настоящее время в болото. Уже в первый день раскопок стало ясно, что они принесут важнейшие данные. Сразу пошли находки костей животных и изделий из них. Кости лося, северного оленя, бобра, медведя, лисицы, зайца и птиц свидетельствовали о важной роли охоты. Следует отметить, что древние охотники использовали манки из полых костей птиц. Найдены были кости и чешуя рыб, а также большой рыболовный крючок.

Если наличие охоты и рыболовства можно было предполагать как традиционное занятие населения лесной зоны, то новым фактором явилось определение на городище костей домашних животных: крупного и мелкого рогатого скота, лошади, свиньи. По существу, эти находки впервые доказали существование развитого скотоводства в I тыс. до н.э. в регионе. В 1997 г. при раскопках жилища был найден и железный серп. Находки серпа и нескольких камней-терочников свидетельствуют и о наличии земледелия. В ходе раскопок были найдены железные шлаки, а также льячка для разливки расплавленных цветных металлов - свидетельства кузнечного и бронзолитейного производств. На городище найдены десятки костяных и роговых изделий: наконечники стрел, рукояти ножей и шильев, проколки, иглы, лощила и другие изделия. Часть их орнаментирована. Уникальной является рукоятка ножа (рис. 6) со сложной гравировкой, значение которой - пока загадка.

8 
Рис. 6
Городище Бабушкино. I тыс. до н. э.
1 - нож, 2 - рукоять ножа. Железо, рог

Жилища располагались по краю площадки городища, оставляя свободной ее центральную часть. Найдено на поселении и деревянное культовое сооружение размером 1,2х1,2 м в виде буквы "П", заглубленное в материк. В сооружении найден череп лося с рогами. Вероятно, это не случайно, так как лось являлся главным объектом охоты.

На городище есть и материалы XI-XIII вв., но они немногочисленны. Возможно, это связано с тем, что в период средневековья на заброшенном городище была сооружена часовня.

Материалы X-XIII вв. хорошо известны по курганным могильникам д. Кобожа, Новинка, пос. Сазонове. К этому времени уже сложилась единая древнерусская культура, и предметы, найденные в этих могильниках, относятся к тем же типам, что и в Новгороде, Киеве, Владимире и других центрах. Не уступают они и качеством. Через территорию района по р. Чагодоще в IX-X вв. проходил один из вариантов пути "из варяг в арабы", по которому сюда попадали арабские серебряные монеты - дирхемы - средиземноморские бусы и другие предметы. В XI в. серебро начинает поступать из Западной Европы в виде монет - денариев.

Регион изначально вошел в состав государственной территории Древней Руси. При ее распаде на отдельные княжества территория района полностью вошла в состав Новгородской земли. Здесь имели владения известные новгородские боярские роды, а также новгородский архиепископ.

С начала XI в. начинается христианизация края, о чем свидетельствуют изменения в погребальном обряде, появление в погребениях крестов-тельников. В XII в. языческий комплекс на Усть-Белой подвергся сознательному разрушению. Самая большая насыпь была прокопана до основания, а на дно ямы был положен крест для освящения этого места. Крест (половина энколпиона) представляет собой великолепный образец ювелирного искусства киевских мастеров времен Владимира Мономаха. В XIII в. прекращается традиция погребения в курганах. Захоронения начинают производить в грунтовых могилах, обложенных камнями. Места таких погребений местное население называет "жальниками". Они располагаются на возвышенностях, поросли многолетними елями и соснами. Жальники известны у многих современных деревень.

Монголо-татарское нашествие не затронуло территорию района. Основное население здесь составляли свободные общинники, занимавшиеся земледелием. После ликвидации независимости Новгорода в 1478 г. территория района вместе с другими новгородскими землями вошла в состав Московского великого княжества. Период с середины XIII до конца XV в. - наиболее "темный" в истории региона. Письменных источников практически нет, могильники и поселения раскопками не исследовались.

Археологические памятники Чагодощенского района многочисленны и разнообразны. Именно они, при отсутствии письменных источников, позволяют представить историю региона до XIII века. Некоторые из них, такие, как Усть-Белая, Чагода-I, Любахин, Варшавский шлюз, Марьино, имеют важное значение не только для изучения истории региона и области, но и в целом Восточной Европы. Несомненно, что на территории региона еще будут открыты десятки новых памятников, исследование которых даст более глубокое и полное представление об истории и культуре населения этого региона.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Национальный музей в г. Хельсинки. № 1676 - 1681.

2. Гроздилов Г. П. Археологические памятники IX -XIII вв. в Белозерье. Рукопись. (Архив УКМ. 1929. Д. 58).

3. Калачев Н. В. Об осмотре слушателями Археологического института памятников древности и их работа в архивах // Сборник АИ. Кн. 5. Вып. 1. - СПб., 1881.

4. Романцев И. С. О курганах, городищах и жальниках Новгородской губернии. - Новгород, 1911.

5. Гроздилов Г. П. Археологические памятники...

6. Тухтина Н. В. Об этническом составе бассейна р. Шексны в X-XII вв. // Труды ГИМ. Вып. 40. 1966. - С. 130-139; Тухтина Н. В. Курганная группа Кобожа-I // Проблемы археологии Евразии. Труды ГИМ. Вып. 74. М., 1990 -С. 121 - 137; Тухтина Н. В. Курганный могильник XI-XII вв. Кобожа-II // Средневековые древности Восточной Европы. Труды ГИМ. Вып. 82, 1993. - С. 136-142.

7. Башенькин А. Н. Новые аспекты славянского освоения Европейского Севера по археологическим материалам. V -XIII вв. // Проблемы историографии и источниковедения истории Европейского Севера. - Вологда, 1992. - С. 12 - 21.

8. Башенькин А. Н. Культурно-исторические процессы в Молого-Шекснинском междуречье в конце I тыс. до н.э.- I тыс. н.э. // Проблемы истории Северо-Запада Руси. Славяно-русские древности. Вып. 3. -СПб., 1995. - С. 3-29.

9. Бажан И. А., Каргопольцев С. Ю. Хронология "В"-образных рифленых пряжек в Европе (к проблеме нижней датировки длинных курганов) // Финно-угры и славяне - Сыктывкар, 1986. - С. 129-138.

10. Башенькин А. Н. Культурно-исторические... - С. 12-15.

Подписка на обновления

Материалы на нашем сайте обновляются практически ежедневно. Подпишитесь и первыми узнайте обо всём самом интересном!

Авторизация

Видео

Поиск

Журнал Родноверие