В начале XX века вепсский язык оказался бесписьменным: кириллица, на которую тогда переводили все национальные алфавиты, не прижилась. За почти 70 лет полуофициального существования язык сдал позиции, но сейчас переживает возрождение. Правда, ему не хватает многих современных слов, но морфология вепсского позволяет создавать их с нуля. Знакомимся с вепсским языком вместе с филологами Ниной Зайцевой, Ольгой Жуковой, Сергеем Мызниковым и лингвистом Андрианом Влаховым.

Проект о языках, на которых говорят сегодня или говорили последние столетия жители России, создан с использованием гранта Президента Российской Федерации, предоставленного Фондом президентских грантов.

Вепсы — потомки финно-угорского племени, известного в разных регионах как чудь или весь. С 1920-х годов используется официальный этноним «вепс», основанный на самоназвании vepsläine. Согласно переписи 2010 года, в России проживает 5936 вепсов, на вепсском говорят 3613 человек.

Вепсы живут очень компактно на территории между Ладожским, Онежским и Белым озерами — в исторической литературе эти земли принято называть Межозерьем, а сегодня это Республика Карелия, Ленинградская и Вологодская области. Часть вепсов проживает в Сибири, в Иркутской и Кемеровской областях, куда они переселились или были насильственно переселены из Вологодской и Ленинградской областей в ходе Столыпинской реформы 1911–1913 годов и в период коллективизации, 1927–1928 годах. Из-за разделяющего их расстояния группы почти не поддерживают контакт.

30

На основе фонетических и грамматических различий можно выделить три диалекта: северновепсский (прионежский), средневепсский и южновепсский. Средневепсский диалект принято делить на западные (приоятские) и восточные говоры. Одни исследователи считают, что расхождения недостаточно значительные, чтобы затруднить междиалектное общение; другие утверждают, что у вепсов нет такого коммуникативного опыта и носители двух разных диалектов в разговоре скорее перейдут на русский язык.

Вепсский язык — Vepsän kel’
Этнический язык вепсов

Уральская семья > Финно-угорская ветвь > Прибалтийско-финская группа > Северная подгруппа > Вепсский язык

Вепсский язык находится на грани исчезновения: в 1994 году он был включен в Красную книгу языков народов России, а в 2009 году — в Атлас исчезающих языков мира ЮНЕСКО, где ему присвоен статус severely endangered (под серьезной угрозой исчезновения). Это означает, что языком владеет старшее поколение, но ни поколение родителей, ни дети его не используют.

Вепсский входит в список языков коренных малочисленных народов Севера. Официального статуса не имеет, но в Республике Карелия есть закон о его государственной поддержке. Вепсский язык не является языком обучения в школе, но преподается как предмет в Карелии, Вологодской и Ленинградской областях.

Письменность

Вепсский считается младописьменным языком с прерванной письменной традицией. С 1931 по 1937 год существовал алфавит на основе латинской графики и несколько десятков учебников. Но в 1937 году изменился вектор языковой и этнической политики: постановлением Совета национальностей ЦИК СССР письменность народов Севера была переведена на русскую графическую основу, а вепсская и вовсе запрещена к использованию.

Преподавания вепсского языка не велось до 1989 года, когда вепсская интеллигенция, объединившись вокруг Общества вепсской культуры, занялась созданием литературного вепсского языка, используя письменность на основе латиницы. Попытки создать альтернативную письменность для вепсского языка ограничились тогда изданием в 1992 году букваря на кириллице.

Одна из причин, по которой кириллица не прижилась, — ее неспособность отразить фонетику вепсского: кириллический алфавит оказался бы на 10 букв длиннее. В то время как традиционная для языка латиница точно передает оттенки как звучания, так и смыслов: например, две точки над переднерядными гласными [ä], [ö], [ü] и знак смягчения имеют смыслоразличительную функцию (so — «болото», sö — «ешь»; pähä — «в голову», paha — «злой»; ku — календарный «месяц», kü —«гадюка»; nor’ — «молодой», nor — «веревка»).

В 2007 году правительство Карелии утвердило единый вепсский алфавит на основе латиницы. Он включает 28 букв и знак смягчения.

31

32

33

34

Лексика

В вепсском языке присутствуют разные пласты лексики: к общему прибалтийско-финскому примешаны древнегерманские, балтийские (литовские и латышские), славянские заимствования. Одними из первых среди финно-угорских народов в русское государство вошли именно представители племени весь, вепсы жили бок о бок с русскими и с XVIII века работали на отхожих промыслах в Санкт-Петербурге. В итоге русские заимствования пронизывают всю вепсскую лексическую систему.

Например, в вепсский язык вошло древнерусское слово «навидѣти». В русском языке оно не сохранилось, хотя до сих пор живет его антоним. А вот вепсы сохранили положительную форму глагола, и navedida по-вепсски до сих пор означает «любить». А еще в правепсский период от русского слова «пригожий» образовалось и вошло во все вепсские диалекты слово priha — «юноша, молодой человек».

Оказавшись в 1937 году «бесписьменным», вепсский язык занял нишу разговорного, домашнего языка: на нем говорили о быте, местных растениях, животных, водившихся в окрестных лесах. Поэтому, когда в 1990-е годы при главе Республики Карелия была создана термино-орфографическая комиссия, вошедшим в нее носителям языка, лингвистам, филологам, журналистам и учителям пришлось закрывать лексические бреши в языке, составляя тематические бюллетени. Например, на первых порах понадобилось много школьной лексики: названия для ручки, карандаша, тетради, пенала. От вепсского глагола kirjutada («писать») с помощью суффикса -im образовали существительное со значением предмета — kirjutim («ручка»). От глагола čokaita («ткнуть») получилась «точка» (букв. «тычок») — čokim. Эти слова прижились и теперь используются в учебниках.

Ольга Жукова:
— Я по совместительству работаю в детском журнале, который выходит на вепсском языке. Девочка написала письмо в редакцию, в рубрику «Своя страничка», рассказ про любимое фантастическое животное — единорога. Конечно, в вепсском языке слова «единорог» нет: это другая культура, традиция. Я придумала слово. Есть слово «рог», есть слово «один» — получилось üks’sarvine hebo («однорогая лошадь»). Но мама девочки сказала, что она не любит, когда ее любимое животное называют лошадью. Единорог не лошадь. Тогда я убрала hebo, добавила суффикс -č, обозначающий персонажа, и получился üksʼsarvič. Маме и девочке понравилось. Так это слово оказалось у нас в журнале.

Но, пожалуй, больше других школьникам полюбилось слово neglik («ёжик»), образованное от слова negl («иголка»).

На заре вепсского возрождения был придуман даже глагол meletada («думать») — от вепсского mel’ («ум») вместо заимствованного из русского dumaida. Через русский язык в вепсский приходит много латинских заимствований: «менеджер» или «партия» получили вепсскую огласовку и обжились в языке. От глагола ühtneda («во что-то входить») был образован неологизм ühtnik («участник», «член»), и получился partijan ühtnik («член партии»). Но вот «компьютер» решили частично перевести на вепсский, придумав сложное слово «знающая машина» — tedomašin (по-вепсски tedo — «знание»). Иногда в описании новых реалий помогают родственные языки: например, в финском «холодильник» образована от слияния слов «лед» и «шкаф», и вепсы тоже решили назвать прибор «шкафом со льдом» — jäškap. Некоторые заимствования давно живут по законам языка. Например, вепсы привыкли говорить škol («школа») и bolnica («больница»). И хотя существует вепсский вариант läžundkodi (буквально «дом, где болеют»), зафиксированный в словаре, пока неясно, приживется ли он.

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

Как образовать вепсское слово?

Подчиняясь фонетике вепсского языка, любое заимствование получает ударение на первый слог и начинает звучать по-вепсски: например, «Новый завет» превращается в Uz’ Zа́vet. Не все заимствования приживаются: например, у вепсов не было слова «герой» в значении «герой отечества», и они взяли карельское слово uroh. Но оно не получило широкого распространения из-за того, что в вепсском не возникает никаких семантических коннотаций с этим корнем, а еще из-за того, что оно созвучно вепсскому urad («дурак»).

Иногда в современном вепсском языке для одного слова есть не только вариант «заимствованное — свое», но и диалектные варианты. Чаще всего в словаре они даны как синонимы. К примеру, одни вепсы говорят sana, другие — vajeh: и то и другое означает «слово».

Заметно и обратное влияние вепсского на смежные русские говоры. Например, в русских народных говорах Подпорожского и Прионежского районов шиповник называется «кукышкарандыш» или «кукарандыш» — это причудливое наименование могло прийти из вепсского (ср. веп. kukiǐn-karandîš, kukoinkarang). В основном заимствования связаны с природой и традиционными занятиями вепсов.

Андриан Влахов:
— Одно из важнейших традиционных занятий вепсов — рыбалка, потому что они традиционно селились по берегам рек и озер. Все, что связано с рыбной ловлей, относится к традиционной культуре и языку. Пока люди живут в поселке или городе, они говорят по-русски, но на рыбном промысле начинают говорить между собой на своем языке, потому что язык веками адаптировался именно к этой деятельности. Сейчас рыбаки могут уже не говорить по-вепсски, но использовать вепсские названия рыбы. И когда в разговоре речь заходит о традиционной деятельности, люди начинают чувствовать и выказывать гордость за свой язык.

Грамматика и морфология

Вепсский язык — агглютинативный. Помимо метода сложения основ, создавать новые термины позволяет большое количество словообразовательных суффиксов; в силу влияния русского начинает формироваться и префиксальное словообразование (важную роль играет и словосложение). В существительных, прилагательных, числительных и местоимениях на первом месте находится корень, затем — показатель числа, падежа, притяжательности. В глаголах после корня идут показатели времени, наклонения, лица и числа.

Грамматический род (женский, мужской и средний) отсутствует и при необходимости передается семантически. Например, kunigaznaine («королева») — это kunigaz («король») + naine («женщина»). У глаголов четыре наклонения (изъявительное, повелительное, условное и сослагательное), четыре времени (презенс, имперфект, перфект и плюсквамперфект), три лица (первое, второе и третье) и два числа (единственное и множественное).

Категория вида как таковая отсутствует, но оттенки завершенности/незавершенности можно передать как суффиксально (minä panen — «я кладу [однократно]», minä panelen — «я кладу [многократно]»), так и с помощью временных форм: minä sön — «я ем» (презенс); minä söin — «я поел/съел» (имперфект). Если в русском есть только возвратная частица -ся/-сь, то в вепсском — целое возвратное спряжение, в котором глагол приобретает особые личные окончания: minä pezemoi — «я умоюсь», sinä pezetoi — «ты умоешься» и так далее.

Система глагольных времен подразумевает более детальное членение прошлого, чем в русском: имперфект обозначает произошедшее или происходящее действие в прошлом; перфект описывает законченное или незаконченное действие, начавшееся в прошлом и длящееся до момента говорения либо связанное с настоящим; плюсквамперфект — это предпрошедшее время, оно выражает действие, произошедшее до другого действия в прошлом. Под влиянием русского сформировались разные формы выражения будущности: через настоящее время в значении будущего, через многочисленные корневые пары (minä mänen — «я иду», minä tulen — «я приду») и с помощью суффикса -škande, который имеет значение начинательности с оттенком будущности: minä tegen — «я делаю», а minä tegeškanden — «я начну/буду делать»; minä kirjutan — «я пишу», minä kirjutaškanden — «я начну/буду писать».

Все четыре временные формы представлены в сослагательном наклонении, которое в вепсском развито гораздо больше, чем в русском. Русской частице «бы» и в условном, и в сослагательном наклонении соответствует вепсский суффикс -iži — с его помощью по-вепсски можно сказать «я сделал бы» в настоящем времени (minä tegižin), имперфекте (minä tehnuižin), перфекте (minä oližin tehnu) и плюсквамперфекте (minä olnuižin tehnu). Но под влиянием русского, где форма только одна, эта разветвленная глагольная система начинает исчезать.

По утверждениями разных исследователей, в вепсском языке от 18 до 24 падежей: номинатив, партитив, транслатив, генитив, инессив-элатив, иллатив, адессив-аблатив, аллатив, абессив, эссив, инструктив и так далее. Например, словосочетание «в землю» можно передать по-вепсски одним словом maha, то есть существительным ma («земля») в иллативе.

Фонетика и фонология

Ударение в вепсском фиксированное и падает всегда на первый слог. Кроме гласных переднего ряда [е] и [i] в вепсском есть отсутствующие в русском переднеязычные [ä], [ö], [ü]. Согласные могут удваиваться (kk, tt, рр). В северновепсском диалекте согласные могут быть полудолгими. Исконно вепсские слова, как правило, не начинаются с сочетания согласных. Многие существительные в исходной форме оканчиваются на согласный звук.

Под влиянием русского языка вепсский приобрел отличия от других прибалтийско-финских языков. Например, разрушилась полная гармония гласных: в вепсском слове могут сосуществовать гласные обоих рядов — [a]/[o]/[u] и [ä]/[ö]/[ü]. Стало возможно смягчение согласных (pa и pä произносятся по-разному). Вепсская речь сильно озвончилась.

Фразеология
Жизнь среди природы отразилась в целом ряде правил («без надобности не сломай и веточку», «в лесу каждый — гость»), верований (заблудившись, надо сесть под елочку, сначала попросив у нее разрешения) и поговорок: Mecas kaukutte pu nägeb i kuleb («В лесу каждое дерево слышит и видит»), Kut mecha kidastad, muga mec-ki vastustab («Как в лес скажешь, так лес тебе и отвечает»).

Другую особенность быта вепсов описывает поговорка Tuuda kutn’a lämein’ otmaha («Пришла, как огня просить»), то есть зашла на очень короткое время: дело в том, что угли для розжига когда-то хранили дома в горшках и соседка иногда могла забежать попросить уголек — растопить печь.

Очень часто вепсские поговорки, побасенки, колыбельные зарифмованы. Например, Toivoi toivotab, Varoi varastab (отчасти соответствует русской пословице «Обещанного три года ждут», буквально: «Тойво обещает, а Варвара ждет»). Поговорка kadoi kana kapkehe (буквально «потерялась курица в пакле») применима к человеку, «заплутавшему» в жизненной ситуации. «Что на уме, то и на языке» вепсы говорят в рифму: mi meles, se i keles. Встречаются рифмованные пословицы и про корову — одну из главных кормилиц вепсов: Lehm lävas — meid’ padas («Корова на дворе, молоко в горшке»).

В вепсском много шутливых беззлобных выражений для сонь и лентяев: unisigа — буквально «сонный поросенок» ([uni] — «сон» и [siga] — «поросенок»), unikego — буквально «стог сна» ([kego] — «стог»), unisat — буквально «копна сна» ([sat] — «копна»). Согласно народной мудрости, лень не большой грех, ленивых всегда можно перевоспитать.

Примечательно слово «бессонница»: в русском оно имеет негативный оттенок из-за отрицательной приставки «без»; а по-вепсски ее называют vauged uni («белый сон»), видя в ней время для отдыха и размышлений в преддверии следующего дня.

Литература и литературный язык

Так как вепсскую культуру стали изучать довольно поздно — в Финляндии с начала XIX века, а в России с начала XX века, — то вепсские записи намного скуднее тех же карельских. Эпос и фольклор практически не изучены, большинство сохранившихся материалов — это бытописание.

Молодая вепсская литература связана с именами Николая Абрамова, Нины Зайцевой, Игоря Бродского, Алевтины Андреевой, Михаила Башнина, Анатолия Петухова, Валентины Лебедевой. Изданы сборник вепсских сказок Vepsän rahvhan sarnad и поэтический сборник семи вепсских поэтов Seičeme koivud («Семь берез»); 11 лет подряд выходит ежегодный литературный альманах Verez tullei («Свежий ветер»). Больших литературных произведений у вепсов мало, в основном издаются сборники рассказов и поэзии. В 2012 году появилась эпическая поэма Virantanaz («Подворье Вира») авторства Нины Зайцевой.

Основой для формирования литературной нормы стал средневепсский диалект, но с учетом лексических и грамматических форм разных диалектов. Толчок к развитию литературной нормы дали переводы религиозных текстов — «Жизни Иисуса», Нового Завета и других фрагментов Библии, выполненные Ниной Зайцевой (как правило, перевод знаковых культурных произведений на младописьменный язык свидетельствует о его самодостаточности и готовности принять новый объем лексики).

Нина Зайцева:
— Я занималась переводами Библии, для чего пришлось образовывать много новых слов и терминов. Слово для обозначения Бога в вепсском уже было, даже два — Jumal, Sünd, ведь исторически вепсы были язычниками. Но вот, например, понятие «праведник». Я замучилась с его переводом. Переводила его целым придаточным предложением. Фразу «вошел праведник Иаков» я переводила как kodihe tuli Iakov, kudamb eli todehižel i oiktal elol, то есть «в дом вошел Иаков, который жил правильной и богоугодной жизнью». А потом постепенно стала вникать в содержание этого слова. Поняла, что можно взять только todesine i oiged («истинно праведный»). Затем методом словосложения было образовано слово tozioiged (буквально «правдо-правильный»). Получилось одно слово вместо целого придаточного предложения.

Сохранность

Первый вепсский алфавит появился в период политики коренизации в 1931 году, когда по всему СССР создавались условия для развития национальных языков и культур. В вепсских селах Ленинградской области и Карелии преподаватели начальных классов стали проводить уроки на родном языке. На вепсском выходила учебная и художественная литература и пресса. Но в 1937 году вся деятельность по развитию нацкультур сворачивается, преподавание на вепсском прекращается, учебная литература на нем изымается и уничтожается.

Сергей Мызников:
— В 30-е годы, когда было решено прекратить преподавание на вепсском языке, вепсская интеллигенция просто была уничтожена. Те, кто занимался вепсским языком, или попали в лагеря, или были расстреляны. И поскольку вепсы и финны — это родственные народы, а в 1939–1940 годы шла война с Финляндией, то к ним было такое очень настороженное отношение. В школах запрещали говорить на вепсском языке даже на перемене. И в связи с этим в общественных местах вепсы разучились говорить на своем языке.

В послевоенный период в основе этнической и языковой политики СССР лежало стремление к полной и при необходимости насильственной русификации; создавались условия для того, чтобы говорить на коренных языках и идентифицировать себя как коренного жителя становилось непрестижно. Это привело к нарушению межпоколенческой передачи: люди, рожденные в 1960–1980-е годы, не получили языка от родителей и преимущественно пользовались русским.

С возрождением вепсской письменности в 1989 году количество обслуживаемых им сфер увеличилось: язык стали использовать в школе и СМИ. С конца 1980-х существует большая традиция преподавания и письма на вепсском.

Тем не менее все вепсы — билингвы, и в административной деятельности, производстве, торговле и обслуживании повсеместно используется русский язык. Функциональное поле вепсского — сфера семейного общения, образования, культуры, СМИ и, например, традиционный рыбный промысел. Социолингвисты считают, что зона его функционирования постоянно сужается: для того чтобы у билингвального населения сохранялись оба языка, у обоих должен быть официальный статус, а у вепсского языка такого статуса нет, он считается «языком бабушек», «языком деревни».

При этом деревня оказалась практически выключена из процесса возрождения языка, которое в основном затрагивает городское население, вепсскую интеллигенцию. Традиционный уклад вепсской жизни исчезает очень быстро. Всплеск интереса к вепсскому характерен для «языковой интеллигенции», то есть тех, кто погружен в гуманитарное знание и имеет высшее образование. Ядро сообщества — те, кому вепсский принадлежит по праву рождения, то есть сельская молодежь, внуки носителей, — не рассматривает вепсский как язык коммуникации. К тому же «носитель языка» не равно «активный пользователь»; в результате отсутствует самый главный показатель живости языка — межпоколенческая передача.

Впрочем, еще в 1842 году собиратель карело-финского эпоса «Калевала» Элиас Лённрот написал книгу «О северно-чудском языке», где отвел вепсскому от силы полвека. Он писал, что исчезающий язык сродни озеру, которое начинает замерзать с берегов. В 1993 году исследователь уральских литератур Петер Домокош тоже предрек вепсскому скорое забвение, но спустя десять лет на одной из конференций признал: «Это была моя самая счастливая ошибка».

Что читать и смотреть

Ресурсный языковой медиацентр карелов, вепсов и финнов Республики Карелия выкладывает видео-уроки вепсского. Еще есть бесплатные дистанционные курсы от ПетрГу и правительства Республики Карелия.

youtube{P-RdFUyynoI}/youtube

«Vepsän sai» («Вепсская свадьба»)
Авторы фильма: Алевтина Солдатова, Ольга Жукова и Ирина Винокурова. 2005

Первый этнографический игровой фильм полностью на вепсском языке. Авторы запечатлели вепсские традиции, лица, речь, пейзажи, костюмы, кухню. Съемки проходили на территории Республики Карелия и Подпорожского района Ленинградской области.

youtube{lAq7GqA-l3I}/youtube

«Сокровища белой веси»

Цикл этнографических фильмов на вепсском языке с русскими субтитрами.

Литература

1. Бродский И. В. Vepsän kel': Openduzkirj täuz’kaznuzile. — СПб, 2014

2. Зайцева М. И., Муллонен М. И. Словарь вепсского языка. — Ленинград. Наука, 1972

3. Kalima J. Die ostseefinnischen Lehnwörter im Russischen. — Helsingfors, 1915

4. Зайцева Н. Г., Муллонен М. И. Новый русско-вепсский словарь. — Петрозаводск. Периодика, 2007

5. Зайцева Н. Г. Христианская терминология в контексте вепсской лингвистики: вепсское vs русское (этимологический и лингвогеографический аспекты) // Язык и культура. 2019. № 48. C. 121–136. DOI: 10.17223/19996195/48/8)

6. Зайцева Н. Г., Жукова О. Ю. «Пусть у вас будет девять сыновей и одна дочь»: именования юноши и девушки в вепсском этноязыковом пространстве. Научный диалог. 2020; (4): 58–73. DOI: 10.24224/2227-1295-2020-4-58-73)

7. Мызников С. А. Лексика финно-угорского происхождения в русских говорах Северо-Запада. Этимологический и лингвогеографический анализ. — Наука, 2004

8. Язык и общество. Энциклопедия. — М.: Издательский центр «Азбуковник», 2016

9. Корпус вепсского языка: сайт. 

10. Moseley, Christopher (ed.). 2010. Atlas of the World’s Languages in Danger, 3rd edn. Paris, UNESCO Publishing. 

Подписка на обновления

Материалы на нашем сайте обновляются практически ежедневно. Подпишитесь и первыми узнайте обо всём самом интересном!

Авторизация

Видео

Лекция школы «Русская Традиция» от 25.10.2009

[видео]

Богумил — Иной мир в представлениях славян

Лекция и практика школы «Русская Традиция» от 11.04.2010

[видео]

Велеслав — Духовное самопознание. Беседа третья

Поиск

Журнал Родноверие