Должен был быть дождь и почти заморозки. Сварог ревел, Перун не лил и мы сопротивлялись ветру.
Прогнозы были не очень обнадеживающими. Но заявленных дождей не было. Просьбы и просьбы духовных словаков и гостей были услышаны. Дождя не было. В субботу дул ветер, по ночам под звездами гудели песни, а воскресенье было сказочно солнечным.
Уже в пятницу десятки людей, сидящих под навесами и под открытым небом, намекнули, что в этом году Солнцестояние будет не маленьким. Несмотря на состояние одежды в родном духе и относительно труднодоступное место, в клуб стекалось все больше посетителей, чтобы познакомиться со своими уже известными и ранее неизвестными видами. Концовки, скрипки и песнопения звучали палочкой. Молодые люди из Кокавы-над-Римавицой также приехали и помогли построить убежище для лагеря. Вечером на палке появился джип с ребятами с лесопилки и леса, пытавшимися выяснить, что происходит, что окрестные леса снова кишат летними искателями костра. Ответы типа " они где-то спят, а потом находят нас"они нашли это невероятно забавным. После того, как они ушли, церемониальный круг был натянут пеньковой бечевкой, а внешнее кольцо окаймлено скошенной травой. Даже субботним утром был слышен лязг стали, и тут же острые косы тоже вырубили пространство для игр.
В субботу люди приехали со всех уголков страны. С Востока, от русинских узоров на вышиванках, до Моравии и Богемии. На прилегающих территориях пекли блины и другие закуски, а в главном лагерном приюте еще варили чаи и отвары. Пришло много гостей, которые выступали здесь впервые, завязались и другие дружеские отношения. "А где все"? — спросили двое парней в плащах и широкополых шляпах, приехавших из Штявницы и явно считавших, что нескольких десятков человек, слоняющихся вокруг церемониальной площадки, недостаточно. Узнав, что следующая часть лагеря находится за горизонтом, они удовлетворились и присоединились к ближайшему певческому коллективу, чтобы усилить его, а также представить свои певческие идеи с преимущественно народно-солонцевой темой. Пока церемониальные группы готовили церемонии, миски, домашние сыры, новые деревянные (cd) доски, мешочки с травами, книги и другие товары. Выступление Жарислава об обычаях, обычаях и развитии солнцестояния привлекло к главному огню десятки людей, которые сразу же смогли вживую послушать песни Хораны, выпущенные на ее новом альбоме. Подготовка к разведению костров была окончена, на расчищенном месте на противоположном склоне шли игры по стрельбе из лука. Глаза отдыхающих следили за движением Солнца, которое садилось за вершины гор, так высоко и в то же время почти на одном уровне с церемониальным пространством. Сильный ветер развевал волосы и лбы паломников, пришедших поприветствовать своих святых и почувствовать связь с родным духом.
Его никак нельзя было подавить, и уже перед основной церемонией на склоне холма возле палаток образовался большой круг людей, поющих и весело играющих, вливая жизнь в жилы колеблемых ветрами. Сила возрастала. Несколько празднующих обошли палатки и навесы, Жарислав объехал конец лагеря верхом с Любиковских лазников, зазвучал лагерный барабан. Идут, идут, пропел кто-то, и Сварог удалился со своим небесным светом, чтобы освободить место для своего солнцестояния. Сталь ударилась о вулканический кварц, и искра рассыпалась в пыль. От раскалённой от дыхания пыли воспламенилась пеньковая пакля и загорелась береста, распространив огонь по центру круга.носитель света сторон и защитник четырех врат. «Это существо с факелом встречает утреннюю сторону солнца», — крикнул Богдан Доброслав на восток с горящим лучом, поднятым над головой. Полуденную вечеринку приветствовал могучим колядным голосом Велеслав, обращённый на юг, вечерний Богумер — на запад, а полуночный Гром — на север. За этим последовала церемония четырех элементов, церемония диких животных, церемония окончания и церемония женщин. Эти церемонии сопровождались курением священных трав и получением хлеба из ритуальной печи. Горцы, отвечающие за землю, также пришли, чтобы очиститься священным дымом, и они тоже танцевали. Громовые крики из сотен глоток эхом разносились во всех направлениях. Ваджанаааа..., Хейееее, Холааааа и другие не всегда различимые восклицания создавали у всего собрания ощущение неописуемой жизни, которая движется по земле,
Только на церемонии зажжения главного костра в день солнцестояния собралось более двухсот человек. Музыка, песни, танцы, современные и народные песни заводили даже уставших. Уволенные вовремя отдохнули, некоторые уплыли из-за любовных обязанностей, другие проснулись и вернулись в большой круг, но многие выстояли, несмотря на путешествие и восхождение на палку, чтобы петь и танцевать всю ночь напролет. Около полуночи песни на мгновение стихли, и состоялась церемония разрезания и церемония наименования. Хромослав, Слободан, Дива, Здравослав, Богуслав, Браномира, Хром... Призыв к славе для новых братьев и сестер эхом отозвался в долинах, куда они вернутся другими людьми. Как те, кто отправился в более полное путешествие.
Последняя волна энтузиазма ночного солнцестояния пришлась на уздечку. Уставшие, они оживали. В течение часа они пели «Беярские песни», которые занимают незаменимое место в словацком фольклоре, и без них Солнцестояние было бы неполным. На восходе достигла пика волна неодеревянных хитов, таких как Hraj hudbička, Chála ti za svetlo, А когда восходит солнце, Мать-Земля широка — на Kráľová Hola... Однако круг солнцестояния не растворился и после восхода солнца. . Те, кто вздремнул или выспался, присоединились к песням и разговорам, и так было до самого отъезда. От хлеба из кокавской пекарни не осталось и следа, и уж тем более не осталось даже от казана брынзы козьей намазки из хутора На медзи. Люди Лудака спорили, когда они снова встретятся и какие лагеря их ждут. Стрельба из лука завершилась стрельбой по летящим мишеням, и на костре разогрелись последние закуски.
Кажется, мало что изменилось. Это было летнее солнцестояние, ничего особенного. Но для некоторых мир изменился.
Солнечный отец дал это к лучшему.
