С Эгле Плиоплене, создателем и давним руководителем вильнюсского Центра этнической деятельности, инициатором многочисленных этнокультурных мероприятий и зрелищ города Вильнюса, в настоящее время – хозяйкой государственного учреждения „Огонь и Маска“, об истории литовских календарных праздников в Вильнюсе, об истории их восстановления или даже основания, символике и актуальности для современного человека, говорит Саула Матулявичене.
Осеннее равноденствие 1998 года у подножия горы Гедиминас | V.Фото Дарашкевича.
- Уважаемая Эгле, как вы стали инициатором и организатором календарных праздников в Вильнюсе?
- После советского периода нам нужно было понять, кто мы и с чего начать строительство нашего Дворца культуры. Краеугольным камнем ее всегда была и остается сегодня этническая культура. Удивительно, но в то время пропаганда этнической культуры, поднятие ее из подполья воспринимались многими людьми как естественный и важный для нации акт. Уже в 1991 году внимание было уделено календарным праздникам как важным моментам года в традиционной культуре…
Как я появилася в нужное время в нужном месте? Помню, весной 1991 года мне, свободному художнику, звонила Алдона Рагявичене, тогда даже руководитель нескольких фольклорных ансамблей, и говорила: „Эгле, тебе надо идти работать в самоуправление, завтра иди к Антанасу Петраускасу (тогда руководителю отдела культуры Вильнюсского самоуправления) может быть, стоит создать Центр этнической культуры...“ на следующий день меня действительно наняла заведующая методическим кабинетом Департамента культуры Вильнюсского самоуправления, у меня получилось очень „красное“ помещение, я осталася там только с пустыми стенами, и между ними я начала заботиться об этнических вещах.
Городу нужен был самостоятельный центр этнической культуры. Полгода шли подготовительные работы, в необходимости центра сомневались сотрудники отдела культуры... о центре заговорили, А. Петраускас предложил создать секцию этнической культуры во Дворце культуры строителей, но я прекрасно понимал, что, находясь там, я ничего не сделаю для города. Затем в 1991 году. тридцать первого декабря было предложено собраться у тогдашнего мэра Вильнюса Витаутаса Бернатониса во второй день января, в девять часов утра, и подумать, действительно ли такой центр нужен.
На собрание, состоявшееся в то утро, удалось созвать инициативную группу-на собрание пришли Норберт Вайюс, Евгений Йовайша, Либертас Климка, Йонас Тринкунас. В то время в муниципалитете новые идеи вызывали беспокойство у многих-трудно настроиться на перемены, отказаться от привычного образа жизни, поэтому я не представляю, как бы все сложилось, если бы не авторитет мифолога Норберта. Он был главным инициатором перемен в этнической культуре и величайшим бесстрашным, в тот день единственное свободное утро, и у него было – он каждый день ездил в Каунасский университет Витаутаса Великого читать лекции. В течение десяти минут пламенной речи мэр города был убежден, и вскоре в Вильнюсском городском совете под председательством Арунаса Грумада утверждены учредительные документы Центра. Утверждение также было связано с тем, что в еще не созданном центре уже были свои помещения.
Создатели огненных мистерий: Стасис Юрашка, Гедиминас Пиекурас, Эгле Плиоплиене, Мариус Груш, Виктор Геращенко, Йонас Белявичюс, Казис Венцлов, Кястутис Мустейкис, Арвидас Алишанка, 2007. / Л.Фото Буйваласа.
А было так: в один прекрасный день мне позвонил Римантас Матулис и спросил, не хочу ли я вместе с литовским фондом культуры и другими прогрессивными организациями получить помещение на ул. Якстас. 9. Я быстро заполнила строку заявки, которую мне дали, и быстро с подписью тогдашнего премьер-министра Гедиминаса Вагнориса мы получили 70 квадратных метров помещения. В самоуправлении все думали, что у меня“ ужасная" спина, никто не понимал, что это были усилия людей, осознавших значение этнической культуры, и много счастливых случайностей Vil Вильнюсский Центр этнической деятельности начал работать 17 февраля 1992 года (16 февраля был выходным). Я помню пустые, просторные комнаты, мебель, подаренную тогдашним молочным центром, и веру в то, что то, что вы делаете, имеет значение.
В памяти осталась анекдотическая ситуация: недовольный итогом совещания в самоуправлении Антанас Петраускас на слух всем говорит Норберту Жаве: "не засовывай Плиопленке палец в рот, руку до локтя откусишь..." на что Норберт ответил: "А зачем женщине в рот пальцы вставлять? С ней нужно пить чай."Красиво!
Сформировался первый и сильный коллектив вильнюсского Центра этнической деятельности: я, ведущая Эгле Плиоплене, этнолог Рута Липштяне, фольклорист Алдона Барейкене, этнолог и программист Эрика Качкаускайте и Зигмас Блекайтис – инженер и мастер ремесел.
Первой задачей центра было оживление календарных праздников и проведение лекций, семинаров о том, как их следует отмечать. Было совершенно ясно, что это нужно делать, что у нас нет другого выбора – ведь мы не могли выбраться из трясины праздников советского времени в никуда, помним: не было Рождества, а только Новый год, не было Иоанна, а тем более росы, а весенний уровень, праздник Пасхи, меняли Ленинская талька и первое мая. Осеннее равноденствие выглядело еще красивее – недалеко от него мы отмечали День революции. Правда, были праздники урожая. Все это. Важно отметить, что Международный фольклорный фестиваль " звучит звучит Канкли“, организованный отделом культуры Вильнюсского городского самоуправления.
Календарные праздники не являются авторскими произведениями, поэтому для их проведения требовались постоянные консультации специалистов этнической культуры. Приятно было работать с людьми из отдела фольклора Института литовской литературы и фольклора и Института истории Литвы, они помогли реализовать много вещей: ведь в ящиках лежали сокровища знаний об этнической культуре. Этнографы и историки открыли ворота в свой мир литовского образа жизни. Большое значение имела работа и помощь Регины Меркене. Ни одно существенное решение центра не было принято без неё. Последующих консультаций и замечаний. Уже было создано общество этнической культуры (1989 г.).), так что в обсуждениях участвовало действительно много людей, не обошлось без споров, мы слышали и критику... эмоции нужно было контролировать, для них не было ни времени, ни места. Чиновники не решались мешать, хотя и не спасали – а могли, ведь сами не знали, где и что делать... время молчания. Прислушиваясь к политике, где, с кем и как.
Я прекрасно понимала: если праздник так или иначе проведем в столице, то будет делать вся республика, так какие акценты поставим, так и будет. То, что происходило в Вильнюсе, публиковали все СМИ, показывали и национальное телевидение…
- Вы пытались разместить в городском пространстве традиционные календарные праздники, а также начали отмечать осеннее и весеннее равноденствия – праздники, не закрепленные в традиционном календаре, но прекрасно прижившиеся за пару десятилетий в Вильнюсе, уже приобретшие свои традиции?
- Вернуть Рождество было несложно, его празднует весь мир, за его инициативу взялся отдел культуры. С праздником Росы было больше проблем, и, скорее всего, прижился Марди Гра. Его усилиями Жямайтского общества празднуют в Вильнюсе у дома Сейма, во дворе дома учителей. Как и в случае с фестивалем "звучит звучит Канкли", огонь этого мероприятия разжигал Инга Холодите, которая в то время работала в отделе культуры Вильнюсского самоуправления. Движение Марди Гра было небольшим. Но народные ансамбли города, подготовившие низинные программы, умели и как выглядеть, и что петь. Поэтому разработка программы теоретической и практической подготовки для школ города Вильнюса не была сложной задачей. На основе этих учений Масленицу стали отмечать в школах, а в городе наладился большой праздник, проводимый центром, в котором участвовали почти все народные ансамбли города. Много раз Масленицу на горе Тавр, на Ратушной площади, в пространстве возле Дворца спорта руководила музыковед, Зита Кельмицкайте, полная неиссякаемого земного энтузиазма. Масленицу постепенно стали так или иначе проводить не только в Жемайтии – там традиция праздника не сломалась, но и в городах и поселках всей Литвы, и особенно в школах. Многие говорили: "Ну и зачем этим дзукам Масленица?", но оказалось, что и у них есть всевозможные рудименты традиции маскировки, и Масленица прижилась, и для их участников это стало почти образом жизни.
На семинарах мы учили делать масленичные маски, объясняли, каковы их значения, что должны делать разные персонажи. После того, как Бируте Пятните стал руководить Национальным музеем Литвы, нас пустили в фонды, где мы могли увидеть и показать педагогам старые маски. Мы также активно интересовались тем, что происходит в мире. Например, Венецианский карнавал-это все тот же Масленичный праздник, только очень изысканный, уже превратившийся в традицию усадьбы, дворца, а корни их и нашего праздника общие – он может предстать как в примитивной, первозданной форме, так и очень утонченно.
Марди Гра отсчитывается от Пасхи, а Пасха – это первое воскресенье полнолуния после равноденствия.
Равноденствия — очень интересная точка календаря, когда холодный период сменяется теплым или теплый сменяется холодным периодом. Эти перемены мы все чувствуем. Я заметил, что во время весеннего равноденствия обычно на короткое время возвращаются зимние холода, иногда с теплом, а осенью – летняя жара. Это просто так. (В этом году мы провели празднование осеннего равноденствия на пару дней раньше, так что было дождливо, и солнце светило в день астрономического равноденствия.)
В это время человек меняет свой образ жизни-скажем, осенью нужно начинать теплее одеваться, иначе питаться... и с древних времен в такое время проводились ритуалы, цель которых – признать происходящее и закрепить это восприятие.
Конкретного праздника равноденствия в литовском народном календаре не было, но при просмотре материалов древних письменных источников, этнографических описаний, работ ученых видно, что вокруг дат равноденствий было много праздников. Например, весной были дни возвращающихся птиц, осенью-праздники жатвы, праздники урожая, поминовения мертвых и т. д.t.
Интересно, что в мире во время весеннего равноденствия широко отмечается День Земли. Тогда во всех столицах и крупных городах звенят колокола – значит, этот праздник важен для бытия человека, его нужно отмечать. Выстраивая основы нашего образа жизни, каркас праздника, вы видите, что он исходит из глубины и до сих пор сохранился без существенных изменений…
Первым праздником, организованным Вильнюсским центром этнической деятельности, стало весеннее равноденствие 1992 года. В этом году в Серейкишкском парке мы строили гнезда. Присутствовали детские фольклорные ансамбли, пели скудные птенцы, словно освященные, в эти освященные хижины приглашали возвращаться птицы со своими песнопениями.
В том году мы ожидали, что многие принесут свои гнезда, но люди еще не были активны, и это нас огорчило. Наши бюрократы смотрели очень просто, говорили-нужно было привезти грузовик птенцов и раздать их собравшимся, но мы заботились о том, чтобы человек делал это добровольно, от всего сердца.
Осеннее равноденствие изначально задумывалось как праздник Гедиминаса. Еще осенью 1991 года, еще до появления вильнюсского Центра этнической деятельности, задумывалось отметить 650-летие со дня смерти основателя Вильнюса, великого князя Литовского Гедиминаса. Правительство сформировало комитет по празднованию, тем самым придав мероприятию статус государственного праздника.
Осеннее равноденствие 1998 года у подножия горы Гедиминас | V.Фото Дарашкевича.
Мы провели дискуссию о том, когда отмечать День рождения города Вильнюса – праздник основания столицы Литвы. Основываясь на легенде Гедиминаса, мы с мифологами Норбертом поздним и янтарем Бересневичем обсуждали, что если Гедиминасу приснился сон во время охоты на Тельца, это могло произойти только осенью, а это значит, что нужно искать особое время, которое может быть осенним равноденствием, когда ни черное, ни белое, ни теплое, ни холодное... как каждое утро, когда еще ни светло, ни темно. Когда ни сон, ни бодрствование могут проявиться, проливается свет на что-то новое, неожиданное и важное. Во время равноденствия-в это промежуточное время года, возможно, могло произойти что-то особенное... эту идею поддержала и известная фольклористка Алдона Рагявичене.
После обсуждения в муниципалитете было решено, что праздник Гедиминаса и День основания столицы будут последними или предпоследними выходными сентября. 23 сентября уже было объявлено Всемирным днем геноцида евреев, его не хотели беспокоить крупные публичные мероприятия, поэтому была сделана определенная оговорка…
Первое празднование Гедиминаса состоялось во время осеннего равноденствия 1991 года в чистом, чистом от дождя городе на Ратушной и Соборной площадях, без каких-либо особых украшений. Их представляли национальные флаги. Прозвучала программа фольклорных ансамблей, было обещано установить памятник великому князю Литовскому Гедимину. Огонь праздника разжигается в нескольких местах – на Ратушной площади, у подножия горы Гедиминас, на горе Гедиминас и в Веркай. Уже тогда возникли мифологические аспекты легенды об основании Вильнюса, связи Гнездейкиса с Веркай, важность горы Гедиминас и ее источника. Интересно, что накануне этого праздника в Литву прилетел Далай-Лама. Его визит был скрыт, но я присутствовал на всех встречах, а Далай-Лама, среди всех других подарков, привез из Литвы и маленький соломенный садик с птичкой. К всеобщему удивлению, он начал дуть в эту птицу и смотреть, как она вращается... в то время все было очень интенсивно…
Позже, при рассмотрении того, каким может быть содержание праздника осеннего равноденствия, были пересмотрены традиции всех осенних праздников-от сбора урожая, завершения работ до охоты, продумана их символика. С Норбертом поздним обсуждали, что во время равноденствия уместно вспоминать жертвоприношение козла, с Эмбер Бересневич обсуждали, почему в этом празднике важен огонь, какова его функция, вспоминали миф о Совиусе и его толкования.
С этнологами говорили о том, где следует разжечь этот огонь равноденствий, и договорились, что весной его унесут и зажгут на горе, а осенью, наоборот, принесут на холм. Эти церемониальные действия проводились не один год. Возможно, кто – то помнит, что в течение нескольких лет во время осеннего равноденствия на зиму в Нижнем замке Вильнюса разжигался огонь-археолог д-р. Витаутас Урбанавичюс нашел подходящую для этого обряда нишу на месте раскопок Нижнего замка.
Символом осенних равноденствий стал козел, а во время весеннего равноденствия, когда важны деревья и птицы, думали о святилище. Волк также был внезапно актуализирован.
Один из самых интересных авторских проектов равноденствия-девять „волчьих ног " Гитениса Умбраса и Зигмо Блекайтиса, которые символически поднялись на гору Гедиминас. Самое интересное, что эти огненные волчьи лапки, если присмотреться, напоминали и птичьи лапы... у подножия горы Гедиминас вокруг деревьев зажигаются огненные круги, по 3 на каждое дерево. А еще Гитенис Умбрас сделал голову волка на башне Гедиминаса – из лент была сплетена гигантская голова, а триколор представлял язык волка. Мы думали, что запустим и сирену, и это будет волчий вой... но 13 января было еще так близко... металлическая голова волка с фейерверком кружилась под мостом Ужуписа…
Осенью 1992 года на чердаке моего дома студенты Даумантас Кучас, Альгис Кузьма и Шарунас Арбачаускас выковали из соломы первый рост. Красивую, маленькую, несущую на руках – красиво, с народными песнями, исполненными Национальным театром, на костре горы Тавр в небе выкурили. Под звуки рогов, даудитов, помню, собралось четыре пятисот человек…
В 1993 году небольшой рост был отремонтирован вильнюсскими фольклористами и также освобожден.
В 1994 году соломенному козлу Даумантоса куча повезло еще больше: в Старом городе у Пятницкой церкви на аккуратно сложенном костре стоял, пока легендарный алтарный камень Рагутиса стоял на месте, пока „жрец“ осенних равноденствий Рамунас Абукявичюс читал самые красивые стихи, созданные специально для этого события Корнелиусом Плателем, кривис Йонас Тринкунас из древней Балтийской религиозной общины „Ромува“ освятил алтарь на новом месте, самый красивый и древнейшие народные песни звучали…
В 1995 году произошло первое жертвоприношение огромного соломенного козла высотой более 6 метров у подножия горы Гедиминас. Красноречивую скульптуру из дерева и соломы создал Донат Думски. Неожиданно ко мне в центр пришел Валдас Озаринск. Департамент культуры отправил его спросить, Может ли он в день осеннего равноденствия, во время Францисканской ярмарки (четвертое октября – День святого Патрика). День святого Франциска) провести акцию – построить вольеры в Вильнюсе и разместить в них настоящих животных-Козлов, Петухов. Я очень обрадовалась-сразу пришла в голову мысль, что это впишется в обряд „сжигания козла“. К ограждениям мы добавили текстуры о том, что такое козел или петух в литовской мифологии, а в преддверии празднования равноденствия прикрепили информацию – "жертвоприношение козла" будет происходить тогда и тогда... ограждения стояли в очень хороших местах – у Центра Современного Искусства, в начале проспекта Гедиминаса, на Кафедральной площади, внизу улицы замка и т. д. и стал отличной рекламой празднования осеннего равноденствия. Часть людей воспринимала это как жертвоприношение живого скота, оставляла свои записки с комментариями, которые я собирала по утрам Ačiū спасибо Валдасу Озаринску, благодаря инсталляции коз и других животных этого художника мы создали отличную рекламу "жертвоприношения козла". Подношение сопровождалось программой фольклорных ансамблей, фейерверком. Как и прежде, огонь на горе Гедиминас тушится чистой водой, чтобы зажженный новый спускался с горы, доходил до нашего дома – отныне у камина мы будем греться всю зиму. Летний огонь разжигается в Нижнем замке, чтобы вернуться к людям на американских горках на весеннем уровне. Мы претерпели трансформацию из музейного мышления в восприятие реальной жизни: как будто возрождается старое – духовные вещи, закодированные в наших генах, стучались в новых формах.
Осеннее равноденствие 2008 года / V.Фото Дарашкевича.
С тех пор мы ежегодно жертвуем козла у подножия горы Гедиминас, а затем в парке Серейкишкяй. Козла также сопровождали огненные знаки, сделанные из деревянного каркаса, обернутого в горючей жидкости и пропитанного воском холста или соломы. Рост и знаки были созданы донатом думским. Было задумано, чтобы каждый знак ассоциировался с символикой одного из шести теплых месяцев.
- Не могли бы вы подробнее рассказать о символике козла?
- В то время козел казался важным не только как напоминание о жертвоприношениях, которые когда-то происходили, но и как символ. В литовской народной традиции Энгель воспринимается как носитель плодородия, вездесущности, потенции после окончания вегетации, созревания растений, в холодный период эти его силы, кажется, уже не актуальны, эта жертва-всего лишь благодарность. Но примерно на девяносто пятом году она неожиданно приобретает и другое значение. Тогда люди были разочарованы независимостью, еще не было ощутимых перемен, многое было потеряно, они не верили в свою силу, они все еще думали, что кто-то другой должен все решить и сделать за них. Таким образом, символ козла возник и как символ духовной потенции, силы: „если у меня уже есть, то когда я постучу по своим трубам...“
Реакция на символику козла также была неоднозначной-с одной стороны, очень даватской, в то время как другим нравился козел и акцент на его рогах. Внедряя этот символ в нашу общественную культуру, мы стремились побудить людей перестать бояться своей потенции, и это было очень важно в то время.
Символ этого 2008 года-волк. Это символ воина. Связь между волком и воином очень старая, она была известна еще в те времена, когда никто не слышал ни о воющем волке, ни о Гедиминасе.
Мне кажется, тайна этого года открыла нам несколько вещей – мы поняли, что не очень ощутим в себе силу современного воина. Так что и наши отношения с волком, видимо, неоднозначны – с одной стороны, как будто мы понимаем, что волк-воин, но мы хотели бы думать о нем как о том бесхвостом жакете, который засовывает хвост в ЭКЕТ... почему волк для нас не свой? — может быть, нет внутренней силы, нет внутренней свободы, широкого и глубокого чувства чести и достоинства? Внутри мы еще не раскрыли этот символ, и, пожалуй, лучше всего осознаем только вой волка, известие, которое он сообщает миру о могуществе Вильнюса…
Я считаю, что волк именно в этот момент появился не случайно, решимость действовать целенаправленно и с честью как никогда актуальна для Литвы. Это и есть характеристика волка-воина. Возможно, символ настоящего волка живет вместе с детьми, которые выросли на первых огненных лапах волка, ведущих на гору Гедиминас. Дай, Умри…
- Давайте вернемся к истории праздника и его трансформациям…
- Со временем праздники, проводимые Центром, начали приобретать все новое содержание. Было много интересных замыслов, но не все из них удалось реализовать, часто на реализацию интересных авторских проектов не хватало средств.
В 1999 году празднование равноденствия меняется и перемещается в Горный парк. Однажды Джитис Лагунавичюс, руководитель“ Блико " (с ним мы сотрудничали все время), намекнул на происходящие у Каунасского замка изображения огня в спектаклях, познакомил со скульпторами Алгисом Гарбачаускасом и Казисом Венцловой. Они сделали первую скульптурную композицию в горном парке: маятник-символ времени и козел, смотрящий на горизонт Вильнюса. Огненный шар без свечения зажигал еще один маятник. Рога козла брызнули фейерверком. Вся территория композиции была огорожена дровяными факелами: деревянная находка, вырезанная определенным образом, превращается в факел. В те годы участники нескольких фольклорных ансамблей – Радасты и Осмы – по договоренности ходили с факелами – сходились и снова расходились – набрасывали узоры орнаментов. Эти блуждающие письма выглядели неплохо.
Осеннее равноденствие 2008 года / V.Фото Дарашкевича.
С 2000 года по настоящее время на стадионе Mountain Park происходили зрелища-тайны огненных скульптур. Исключение составляет только 2002 год. Тайна "жертвоприношения равноденствия" произошла в пространстве между белым и зеленым мостами. Муниципалитеты Вильнюса заметили и оценили, и нам было предложено отпраздновать равноденствие в более заметном месте.
- Как изменилось отношение зрителей к событию, организаторов к зрителям? Празднества превратились из камерных в массовые, так что не угрожало ли им превратиться только в зрелища? Почему их стали называть тайнами огня?
- Благодаря инициативам иностранца Патрика Лайена (Patric Lion) праздник Гедиминаса превратился в вильнюсские дни, а затем в столичные, изменилась и их дата. Наш праздник тоже сильно вырос, стал более профессиональным. Я думаю, что равноденствие утвердилось как календарный праздник. Если мы поищем информацию в интернете, то увидим, что осеннее равноденствие ассоциируется с козлом, у всех ассоциируется с жертвоприношением козла, можно сказать, что и в сознании людей этот акцент уже запечатлен.
С тех пор, как мероприятия начали проводиться на стадионе Mountain Park, я понял, что просто создавать скульптуры и сжигать их бесполезно. О, и козы уже недостаточно, поэтому каждое событие огненной скульптуры нашло свою тему. С помощью музыкальной композиции, созданной для этой темы, и постановки скульптур в соответствии с сюжетной линией рождается тайна огненных скульптур. Вы никогда не знаете, как это пойдет. Как прекрасная соломенная скульптура будет работать с огнем, в конце концов, скульптуры имеют много кинетики: они поворачиваются, вращаются, качаются, разваливаются. Из-за этой тайны вы не предвидите переживаний зрителей. Таинственные действия скульптур, непредсказуемые образы огня составляют суть мистерий. Для мероприятий уже создано около 70 скульптур.
В 2002 году состоялась мистерия „жертвоприношения равноденствия“, в 2003 – „огненные игры равноденствия“, в 2004 – „мировое древо“, а в 2005 – „знак: семь уровней симметрии“. В каждой тайне скульптура из дерева и соломы становится огненным персонажем, который говорит о том, что актуально в то время.
В 2006 году, когда в Даус вышли многие деятели этнической культуры-Ангела Вишняускайте, Янтарь Бересневич, Владимир Топоров, другие деятели культуры, я назвал мистерию "там и здесь". Ее символы говорили о пороге, границе между этим и за его пределами, огне мертвых и нашем мире. Созданные скульптуры помогли постичь потустороннее, прочувствовать его. Мы никогда не переступаем этот порог, хотя общаемся с мертвыми во время вечерни. Символами, указывающими на превращение, были: "четыре ветра" (Мариус груш),“ Крещение „(Стасис Юрашка),“ колодец „(Казис Венцлов),“ ворота „(Йонас утро Белявичюс),“ Яблоко " (Гедиминас Пикурас). Они утверждали, что смерть-это не конец, а врата в другой мир... в те годы вместо козла был создан "Усик грома", таким образом обнаруженный символ, связанный с громом, великим преображателем материи, и как бы сохранившаяся традиция козла равноденствия.
В 2007 году в мистерии "вода низко, небо высоко" мы говорили о персонажах, которые преображают, преображают человека, скажем, бабочка – это не только насекомое с крыльями, но и гусеница, и куколка. Еще один символ трансформации-жаба-хранитель воды, она болеет полями и водами, если влаги слишком много, в сказках она может прыгнуть на колодец и закрыть воду, пророк ворон – вестник и мудрец знаний из-за пределов этого. Рассвет имеет значение многогранности: она дева, но и ее дочь, здесь и снова женщина... облака – не вода и не дымка, а дождь, грохот грома – откуда здесь огонь? Ударяет молния, и все вокруг преображается…
Я думаю, что если тайны огня будут актуальны, люди вернутся и в следующем году. Наконец, этого достаточно, чтобы они пришли только полюбоваться огненными скульптурами, их сиянием…
Кстати, сейчас эти праздники распространяются и по республике-уже не только в Вильнюсе со скульпторами-профессионалами мы создаем огненные скульптуры. Кстати, их создают и без нас. Было бы важно только, чтобы люди из разных регионов связывали эти события с мифологическими местами своей страны. В конце концов, то, что говорят огнем, очень сильно и очень важно, зажигание большой огненной скульптуры в центре города несет гораздо большую ответственность, чем зажигание свечи…
Календарные праздники, осмелюсь сказать, важны для нашего здоровья, поэтому как город, так и поселок или поселок могут оказывать и оказывать психотерапевтическое воздействие. Как я уже упоминал, равноденствия, ритуалы празднования равенства предназначены для того, чтобы нам было легче примириться с изменяющимся образом жизни, изменяющимся климатом.
- В заключение я бы спросила, почему для вас эти праздники, их проведение было и остается важным?
- Почему я это сделала? Где во мне зажжен первый огонь?
Видимо, если бы я не праздновал с Тринкунаем в советское время Праздник Росы (памятный Праздник Росы в Адутишки с ансамблем Вильнюсского художественного института, в котором участвовал и мой четырнадцатилетний сын. После этого праздника он очень интенсивно делился впечатлениями со своими сверстниками, менял мировоззрение...), если бы я не знал Алдону Рагявичене и в качестве возмездия за свою работу получил возможность несколько раз ездить с ее ансамблями на концерты в Румшишках, кто знает... я участвовал в различных собраниях, связанных как с этнической культурой, Рамувским движением, так и с другими духовными традициями, С.G.На тренингах, проводимых обществом аналитической психологии Юнга и другими направлениями психологии, возможно, все сложилось бы иначе, но мне нужны были именно эти вещи. Это судьба. Опять же, если бы не было Марии Гимбутене, если бы не было Норберта позднего и многих других людей в наших институтах, фольклорных ансамблях, если бы не было удивительно мудрых скульпторов-профессионалов, я бы не создал все в одиночку.
Многое зависит и от детства, от воспитания. Хотя я родился в Вильнюсе, половина моего детства прошла в Жямайтии, рыбацком поселении тех лет в Паланге у родственников, их корни у Дарбеняй, в деревне Вайнейкяй, откуда родом и моя бабушка. Со временем я понял, что в человеке помещается весь мир, внешняя природа и космос. Бабушка говорила: "Weiziek, огонь bieg, bieg через болото..." очень доверяла образу огня, молилась заходящему солнцу, хотя говорила, что не верит в Бога... мы бы знали о себе гораздо больше, если бы были более открыты и для других, высших миров…
- Помогают ли равноденствия нам открыться этим другим мирам?
- Мне кажется, что все бывает по-разному. Можем ли мы рассматривать наблюдение за огненным символом как религиозное выживание? Если вы не помните, что истоки культуры-это культ, религиозное развитие. Это зависит от того, что важно для нас в данный момент и что внутри нас может вызвать внутренние силы и усилить наше собственное сияние или помочь нам „сиять“.
Я думаю, что формы огня могут иметь такую функцию, если человек готов.
Наверное, есть как в саге о цветке папоротника – в первую очередь нужно хотеть его иметь, и в определенное время, в определенном месте быть сосредоточенным, еще и со скептиком, а когда цветок падает – большое черное облако вспыхивает, и уже имеет его в своем скресте – нужно забрать домой, как беременность, ни с кем не болтая, чтобы не потерять все знания. И только когда вы вынесете все, когда полученное послание созреет и родится, вы сможете осознать, какое знание вы приобрели, и что в вас нового…
Осеннее равноденствие 1998 года у подножия горы Гедиминас | V.Фото Дарашкевича.
Очень сложно сказать, что может испытать зритель, придя в тайну огня. Каждый символ и каждая скульптура могут иметь более одного значения. Скажем, увидев „правителей " Гедиминаса Пьекура, один вспомнит М.K.Чюрленис, другой увидит двух людей, возможно, его и ее, держащих буханку хлеба или солнце или просто греющихся... с другой стороны, то, что создано скульпторами, преображается огнем. Наши тайны огня-это попытка показать обнаженный символ, потому что более обнаженного, чем огонь, по-видимому, уже не может быть, и я считаю, что эти праздничные символы, как бы перенесенные огнем в другое состояние, совершенно реально влияют на наше сознание, потому что говорят с нашим внутренним огнем.
А можно просто говорить о человеке как о Творце, ибо творить, творить, разжигать-это творение, есть горение, есть разжигание и разжигание себя, своего внутреннего огня, излучая, освещая себя и мир. Если бы вам было любопытно просмотреть изображения всех тайн огня равноденствий, можно было бы пролистать публикацию „магия огненных скульптур“, которую я составил и опубликовал этой осенью.
В 2005 году во время осеннего равноденствия на набережной Нерис начинают плести огненные полосы рядом с огненными скульптурами. Как начинается сотрудничество с Юлией Икамайте и школьниками?
Я хорошо помню, как Юлия появляется в моей жизни. Она напрямую (и по близким родственным связям) связана с Марией Гимбутене, которая, опять же, была одной из ключевых фигур в работе вильнюсского Центра этнической деятельности – она „благословила“ нашу деятельность, возлагая надежды на то, что эта деятельность будет плодотворной и что я смогу сделать то, что задумал. Из писем Марии Гимбутене я знаю, что она прекрасно осознавала наши цели, положительно к ним относилась.
Мы с Юлией виделись во время церемонии перезахоронения останков Марии Гимбутьенес в Вильнюсе, в соборе Святого Георгия. В церкви Св.Иоанна. Глубокое впечатление произвело то, что Джулия подделала урну для останков Марии…
После смерти Марии Гимбутене центр проводил чтения Марии Гимбутене. Несколько раз они проходили в помещениях литовского исторического института. Позже эту традицию приняло археологическое общество, и мероприятия проходят под крышей Национального музея Литвы.
Семинары Модриса Теннисона „игры с орнаментом и 24 аспекта божественности“, проведенные в Вильнюсском Центре этнической деятельности в 2003-2004 годах, открыли возможность по-новому взглянуть на узоры из лент. Особое внимание было уделено значению многоцветной ленты, огненных знаков в ней и в белой культуре в целом. Витаутас Тюменас, изучающий литовский орнамент, согласился с идеей, что было бы интересно устроить композицию из огненных знаков на набережной Нерис или где-нибудь еще. Судьба привела к тому, что с 2005 года Юлия Икамайте стала автором ленты огненных знаков равноденствий.
„Народная культура", 2008
