Ингвеонская Гиперборея

Долгое время я интересовался темой далёкой северной страны из эллинских мифов — Гипербореи. В этом я был не одинок — гигантское количество европейских, в частности немецких и русских интеллектуалов пытались найти ответы на вопросы, порождаемые этим мифом.

Простор северных широт нашей планеты будоражил гигантское количество мыслителей. От «Краткого изыскания о гипербореянах» Василия Капниста до «Гиперборейской теории» Александра Дугина, от Шведской Гипербореи Олафа Рудбека до Гиперборейской Дакии Василия Ловинеску прошло гигантское количество времени, но чёткого ответа на вопрос — «кто же такие гиперборейцы?» получен не был.

Тема Гипербореи, важная как для академической историографии, так и для сакральной историософии, попала в руки профанов, как и от мира эзотерики третьесортного разлива, так и от мира науки. Далёкий Nordland стал жертвой ужасающей невменяемости нынешнего подхода, уходящего из крайности в крайность, рассуждая либо лишь полностью в рамках буквального восприятия, либо же всё скидывая в один чан мифопоэтики и выдумок. Я попробовал подойти с максимальной осторожностью и препарировать гиперборейский миф. То, что у меня вышло, сможете прочесть ниже. Я разделил историю гиперборейского мифа на два исторических этапа — на эллинский (изначальный) и римский (развившийся).

Границу между ними я провёл по 200 г. д.н.э, но эта граница чисто формальна — элементы эллинского мифа встречаются и вполне после этой даты. Повествование я начну пожалуй с греческого этапа, как более раннего. Гиперборейский миф эллинского этапа являлся основным до 200 г. д.н.э. и мифопоэтическим образом передавал сформировавшийся в эллинском обществе образ исторического народа на севере от них и с которым они столкнулись. С этим народом они имели языковое, религиозное и кровное родство. В этой статье я буду защищать тезис, что этот миф передаёт нам информацию о прагерманских племенах ингвеонов.

К первому мифу, очевидно, относятся преимущественно эллинские авторы, а ко второму — римские. Такой подход полностью лишит нас путаницы и даст возможность экстраполировать этот миф на нас и применить его в наше время.

Итак, Гиперборея в эллинской мифологии — это страна Аполлона, которая находится «за Бореем» (за Северным ветром). На изначально историческую сущность мифа о Гипербореи наводит тот факт, что другие народы, фигурирующие в эллинской мифологии о сакральной географии и в правду существовали, а другие — вполне себе могут претендовать на возможную историчность. Один из таких народов вовсе дошёл до наших дней — эфиопы. Их страна и вовсе занимает одну мифологическую нишу с гиперборейцами — это любимая страна Богов.

Мы можем быть уверены в том, что античному миру были известны прагерманцы. Самое древнее письменное свидетельство, дошедшее до наших дней, в котором упомянуты германцы, относится ко временам Александра Македонского и датируется 320 гг. д.н.э. Оно принадлежит эллинскому исследователю Пифею из Массалии (Марсель). Он называет страну, лежащую на побережье Северного Моря, позже названного Германским Океаном, где сегодня находятся Низменные Земли (Nederland), топонимом «Метуонис» (Metuonis). Вполне возможно, что Пифей мог быть не первым греком, встретившим прагерманцев. Если были связи по воде, то связи по суше ещё более очевидны.

Рифейские горы — практически все горные массивы, оделяющие территории расселения эллинов от территорий расселения германцев, от Пинд до Альпов и Карпатских гор. Выделять какой-то конкретно горный массив будет бессмысленно — все Балканы покрыты горами. Это уж точно будет ближе, чем Уральские горы, предлагаемые некоторыми исследователями на роль Рифейских гор.

Языковая близость гиперборейцев к эллинам, о которой указывается в описании Гипербореи у Диодора (хоть он относится к римскому периоду, его описание построено на пересказе других, что скорее всего означает передачу более древнего мифа) указывает нам на индоевропейское родство древнегреческого и прагерманского, которые были на тот момент более близки к друг-другу, ввиду естественного процесса временного «расхождения» языков.

Эти романтически-утопические представления о прагерманцах родились из-за их географической отдалённости, ввиду чего проверить мифы и легенды о их стране было трудно, из-за того, что это в буквальном смысле родная земля их одного из главных Богов (Аполлона) и из-за того, что несмотря на языковую и внешнюю близость, прагерманские племена жили в «вечном танце» — подобно эфиопам, тоже «обожествлённому народу». Прагерманцы сильно отличались от эллинов в социально-экономических, политико-цивилизационных отношениях.

Как и эфиопы, германцы в глазах эллинов представлялись как племена «самых счастливых людей» с отсутствием того, чем могла отличаться эллинская цивилизация. Варварские племена жили в вечном танце (Прям как Аполлон в некоторых мифах), не знали скорби, были воинственны и по своему умны. А также, конечно, они были солнцепоклонниками и сочиняли скальдические гимны Аполлону (одному из двух германских мужских солярных божеств — Одину или Бальдру, а точнее их древним праобразам, развившийся в уже известные нам).

Ингвеоно-борейское жречество

Те, кто привносил культ Аполлона на земли эллинов ещё больше убеждают в том, что гиперборейцы — это прагерманцы. Культ Аполлона эллинам принесли гиперборейские жрецы Аполлона Абарис и Аристей. Эти персонажи рассматриваются также как ипостась Аполлона, ибо они владели его символами: стрелой, (!) вороном и лавром с их чудодейственной силой, а также обучали и наделяли людей новыми духовными ценностями: музыкой, философией, искусством создания поэм и гимнов. Один из поздних античных историков и писателей Павсаний в своем труде «Описание Эллады» приводит подробности появления одного из самых главных античных святилищ - храма Аполлона в Дельфах.

В начале туда пришли гиперборейцы, среди них был первый дельфийский жрец Олен. Он и его спутники были направлены в Дельфы Аполлоном. Олен воздвиг в Дельфах первый храм: сначала деревянный, напоминающий лачугу (вспомните вид германских языческих храмов), а потом, после множества пожаров и разрушений, они отстроили тот каменный храм, чьи обломки сохранились по сей день. Его модель, сделанную из воска и перьев, Аполлон впоследствии пошлёт в Гиперборею. Олен передал искусство стихосложения и священных пророчеств пифиям - жрицам Аполлона: сидя на треножнике, они предсказывали судьбу в окружении ползающих змей, вдохновенные одурманивающими испарениями или воскурениями. Изначально подношения из метрополии приносились жрицами-девственницами. Это вопиющая схожесть связывает Гиперборею и германцев.

«...Цезарь стал спрашивать пленных, почему Ариовист уклоняется от решительного сражения; они объяснили это тем, что, по существующему у германцев обычаю, их замужние женщины объясняют на основании метания жребия и предсказаний, выгодно ли дать сражение или нет; и вот теперь они говорят, что германцам не суждено победить, если они дадут решительное сражение до новолуния»

Юлий Цезарь, «Записки о Галльской войне»

«...Передают, что у кимвров существует такой обычай: женщин, которые участвовали с ними в походе, сопровождали седовласые жрицы-прорицательницы, одетые в белые льняные одежды, прикрепленные [на плече] застежками, подпоясанные бронзовым поясом и босые. С обнаженными мечами эти жрицы бежали через лагерь навстречу пленникам, увенчивали их венками и затем подводили к медному жертвенному сосуду вместимостью около 20 амфор; здесь находился помост, на который восходила жрица и, наклонившись над котлом, перерезала горло каждому поднятому туда пленнику. По сливаемой в сосуд крови одни жрицы совершали гадания, а другие, разрезав трупы, рассматривали внутренности жертвы и по ним предсказывали своему племени победу. Во время сражений они били в шкуры, натянутые на плетеные кузова повозок, производя этим страшный шум»

Страбон, «География»

В «Германии» Тацита подробно описано женское жречество. Варвары думают, будто «...в женщинах есть нечто священное и вещее (sanctum aliquid et providum), не отвергают с пренебрежением их советов и не оставляют без внимания их прорицаний» («Германия», VIII). И далее, он говорит о некой жрице по имени Веледа (I в.): «Эта девушка из племени бруктеров пользовалась у варваров огромным влиянием, ибо германцы, которые всегда считали, будто многие женщины обладают даром прорицать будущее, теперь дошли в своем суеверии до того, что стали считать некоторых из них богинями». Обожествлена была Веледа после смерти, она умерла в Риме, где, захваченная в плен, прошла в триумфальном шествии Веспасиана. Этот культурно-религиозный, жреческий матриархат имеет отражение и в представлениях о Божественном. Таким образом, например, в «Анналах» Тацита сообщает, что Богине Бадугеннне посвящена священная роща в Фризии, где в 28 г. было убито 900 римских солдат. И в последующие века у германцев будет крепок культ своих женских Богинь-матерей.

73.7 Впоследствии узнали от перебежчиков, что близ леса, называемого рощею Бадугенны, в затянувшейся до следующего дня битве было истреблено девятьсот римлян и что воины другого отряда из четырехсот человек, заняв усадьбу некогда служившего в нашем войске Крупторига и опасаясь измены, по взаимному уговору поразили друг друга насмерть.

74.1 Это прославило фризов среди германцев, тогда как Тиберий скрывал потери, чтобы не оказаться в необходимости назначить главнокомандующего для ведения войны с ними…

В первый раз из метрополии приносить подношения своему Богу пришли девы Гипероша и Лаодика. Их сопровождало пять мужчин. Но они так и не вернулись. Геродот также сообщает, что две другие жрицы-девственницы, Арге и Описа, ранее прибыли из Гипербореи на Делос в качестве дани уважения богине Илитии за легкость вынашивания детей в сопровождении самих Богов. Девам оказали почести на Делосе, где женщины собрали от них подарки и пели гимны. Впоследствии, согласно Геродоту, подношения от гиперборейцев приходили в Скифию, набитые соломой, и они передавались от племени к племени, пока не прибыли в Додону, а от них в другие народы, пока они не приходили в храм Аполлона на Делосе.

Во время рождения Аполлона и Артемиды на плавучем острове Астерия к их матери Лето прибыли гиперборейские женщины. До своего переселения в Дельфы, Аполлон некоторое время жил среди гиперборейцев, вопреки требованию Зевса отправиться в Дельфы, чтобы просвещать эллинов. Вернулся туда он оплакивая своего сына Асклепия, убитого Зевсом и скрываясь после спора с ним.

Также необходимо упомянуть возможные параллели острова Авалон из кельтской религии с Аполлоном.

«Сверхъестественные женщины острова Авалон обладают способностью даровать «спасение» — и в саге о Тир-на-Ноге, они утверждают, что на их земле нет «ни смерти, ни разложения тел», и что там герой Ойзин сможет приобрести «корону вечной молодости». Но одновременно с этим Авалон, «Белый Остров», означает также «полярный» или «солярный», «солнечный» остров. «Остров Аваллон», в соответствии с другой возможной этимологией, на самом деле, есть «остров Аполлона», бога, кельтским именем которого являлось Аблун или Белен. Если иногда этот остров смешивается со «стеклянным островом», это происходит за счет близости их символизма, так как, вообще говоря, стены из стекла (иногда из воздуха) символизируют часто невидимую защиту, охраняющую некоторые места, доступ к которым закрыт. Это — варианты идеи недоступности, всегда сопряженные с высшим центром»[1].

Аполлон Гиперборейский

Больший интерес представляет гиперборейский Бог Аполлон. Если Гиперборея — это образ ингвеонов в глазах эллинов, то кто тогда Аполлон? Здесь я приведу две концепции: первую, гласящую о заимствовании Аполлона не из Малой Азии, но с Германии; вторую, которой я сам придерживаюсь, гласящую о том, что прагерманцы имели обширный солнечный культ, который мы можем наблюдать и в известные для письменной истории времена германских народов. А Аполлоном этот Бог Солнца назван по принципу, который мы наблюдаем в римских источниках о других народах или в переводах на славянские языки византийских хроник, где имена чужих Богов заменяются по их схожести на понятные имена.

Первую концепцию выдвинул глава «Наследия Предков» (Ahnenerbe) Герман Вирт. Он выдвинул германскую этимологию имени Аполлона.

«То, что Аполлон, Апулу, Аплу (Apulu, Aplu) является Божеством не эллинским, а ингевонским, — эту идею я выдвигаю впервые. Аполлон является зимнесолнцестоянченским Сыном Божьим «в водах». Его имя... сохранилось в таких фризских топонимах как Apel(e), Apelsgae, Apelland (защищенный от волн островок в Северной Фрисландии), Apellum, потонувшая деревня на северном побережье и т.д. Древнефризское слово apol означает «болото», «лужа с водой» и соответствует англо-саксонскому pol, английскому pool, нидерландскому poel, древневерхненемецкому pfuohl, средненижненемецкому pul, pol, латинскому palus.

Это то же самое имя Бога, что и Phol-, Pfol-, засвидетельствованное также в древневерхне-немецком: Phol-Balder в мерзебургских заклинаниях, зимнесолнцестоянческая «поездка в лес», во время которой у его жеребца вывихнулась нога, которая затем была исцелена Вотаном, Богом месяца Юла; а также этот корень встречается в таких топонимах, как Pfuhlborn, что неподалеку от Заале, при Аподе; Pholesrunno, как и Bald(er) brunno в Эйфеле, Pholesauwa в Баварии и т.д.

Как я доказал в своих работах, эту страну гиперборейцев следует отождествить со старым Форситесландом (Forsitesland) или Форсетесландом (Forsetesland) (Житие Виллеборда, написанное Алкуином, гл. 10). Согласно свидетельству Снорри Стурлуссона и Эдды, Форсети является сыном Бальдра и Нанны. Форсети в Эдде — это уже плохо понимаемое имя, которое изначально означало не «председатель», а «местопребывания Фора», и восходит к древнефризскому seta, нижненемецкому saeta, баварскому setr, все еще сохраняясь сегодня во фризском sate — «двор», изначально — двор свободного мелкого землевладельца, Одалинга, Еделинга, по-древневерхнемецки — saze, по средневерхнемецки — sate»[2]

Для адекватного восприятия слов профессора Вирта, необходимо учитывать, что хоть он и являлся одним из главных экспертов по германским языкам и смежным сферам, сам он имел чётко-выраженное фризское происхождение и был германским патриотом, а многие его идеи теперь требуют гигантского пересмотра, некоторые и вовсе необходимо выкинуть. В цепи своих доказательств, он приводит соответствующие корневые основы, принадлежащие именно этим языкам.

В данный момент и в рамках русской исторической науки, мы конечно же должны брать материал более масштабный, как минимум языков индоевропейской под-семьи «кентум».

Сторонники Вирта добавляли ещё одну существенную деталь, касающаяся промежуточной прародины этих «форсетийцев». Обогнув Европу и пройдя через Гибралтар, они осели на юге Балканского полуострова, где стали известны грекам, под именем пеласгов, а семитам Ближнего Востока, под именем филистимлян.

Если культ Аполлона был заимствован, о чём говорят эллинские мифы о гиперборейских жрецах, то можно сказать, что аполлоническое начало в эллинской религии — это элемент привнесенный германцами. Для греков традиционным было дионисийское начало, а культ Вакха носил характер реакции к привнесённому культу Аполлона и продолжал исконно-эллинскую традицию.

Аполлон, вдобавок к своей солярно-годовой сущности, является также Богом юношей. «Аполлон — Волк» потому, что был «вечным юношей». Он орудовал луком — оружием, к которому в эллинском обществе имелось презрение со стороны мужчин, им орудовали в основном варвары и юноши. Аполлон в себе проявляет черты, которые исторически закрепились за германскими варварами — он строил, но и разрушал. Он соорудил стены Трои, но и превращал целые города в пыль — это «наёмническая» деятельность варваров: Аполлон защищал скот, отгоняя волков, но также сам превращался в волка, поедая стада и управляя мышами, полчища которых насылал на посевы.

Но с такой этимологией я не согласен — она очень спорная с точки зрения лингвистической науки, к тому же, не соответствует индоевропейским мифологическим параллелям. Для того, чтобы в этом разобраться, необходимо препарировать сам миф Аполлона.

Аполлон — это солярное божество. Он предстаёт нам в обличии Бога Знания, как и множество других солярных Богов, ввиду связи Солнца с Гнозисом, ведь оно несёт свет (истину, знание) и им выжигает тьму (заблуждение, ложь, невежество). Яблоко со своей напоминающей Солнце формой и почти такой же цветовой гаммой имеет сакрально-мистическое значение в культуре ностратических народов и является солярно-гностическим символом (Миф Эдема). Также «правильная», «гностическая» сущность Солнца связана с неотклонением от его пути.

Аполлон — это Бог смены годовых циклов, т.е., «Бог Год». С этим связаны его постоянные улёты и прилёты из Гипербореи, которые в основном (хотя есть и иные описания) означают сменяемость двух половин Года — Лета и Зимы (разделение Года на два типично для индоевропейцев — в ведической традиции первая половина года называется «Деваяна» — «Путь Богов», а вторая — «Питрияна» — «Путь предков»). На его роль в качестве божества жизненного и, в частности, годового цикла, указывает также наличие у мудрого гиперборейца Абариса палочки, по мановению которой приходят в движение Солнца и Луна (сменяемость светил — сменяемость дневного цикла, такой же важный жизненный цикл Солнца, составляющий другой — годовой) Аполлон — архетип Божьего сына, он сын Отца-Неба Зевса. Этот архетип относится к солярным Богам «с погрешностью» относительно определённых традиций.

Солнце и солнечный Бог в всегда Бог умирающий-воскресающий, ведь Солнце умирает в Зимнее солнцестояние, ознаменая конец старого годового цикла и начало нового. Это «Божий ритм». Жизненный цикл Солнца соответствует годовому циклу — Солнце рождается в Зимнее солнцестояние, взрослеет к Летнему, стареет вновь к Зимнему и умирает. Таким образом, Бог Солнца всегда отчасти Бог жизни и времени, хотя в последующие этапы эти «функции» обычно забирают другие Боги. Скорее всего, прагерманское общество находилось на том этапе, когда Божий сын Солнце не потерял ещё все свои «черты» и являлся главнейшим из Богов.

Бог Солнца — это не только непосредственное Солнце. Изначально у праиндоевропейцев бог Солнца был один. Ввиду тех фактов, что Солнце сын, так ещё и сын Неба, т.е., Деус Патера (Deus Pater), который выполняет также «функции» Демиурга, т.е., совершает события космогонического мифа. Сам Deus Pater потенциально вечен — он существует до событий космогонического мифа и после событий эсхатологического мифа. В этом контрасте Солнце понимается как юноша, как более молодая сила нежели Небо. Изначальное Солнце в представлениях индоевропейцев было либо андрогинным, либо юношеским. Впоследствии Солнце-культ индоевропейцев разделился на два, т.к. разделилось андрогинное (бесполое)/юношеское представление о Солнце (образ юноши легко превращается в образ девушки) — они разделились на культ Солнца-женщины и Солнца-мужчины. Первый мы наблюдаем в германской Соли и в балтской Сауле. Второй мы видим более отчётливо — практически каждый индоевропейский солярный Бог мужчина. Этот культ Бога-юноши превратился в близнецовый солярный культ, а юношей стало два. Это мы можем наблюдать на примере Аполлона и Гелиоса, Даждьбога и Хорса, Одина и Бальдра.

Уже на этом моменте можно сказать, что Аполлон не был заимствован от ингвеонов. Культ Солнце-братьев выражается в отношениях Круга (Колеса, Лошади, Колесницы) — Хорса и Солнце-царя (Всеподателя Благ, Царя) Даждьбога. Тоже самое происходит и в греческой мифологии — Гелиос это скорее непосредственное Солнце, его сила, а Аполлон направляет её (это обычно называется «Богом света»). Один проявляет в себе как и Правителя (Конунга), так и гностическую сущность Солнца. К тому же, смерть Соли (непосредственного Солнца, женской Богини) в Рагнарёк — это проявление одного и то же архетипа, как и у Одина, и его смерть — скорее всего, изначально это был один миф (завершение цикла), разделившийся на два, либо же два солярных божества имеют общие черты, что естественно.

Соль будет поглощена волком Сколлем, преследующим её (это отражение мифа о преследовании Луной Солнца, а поглощение — затмение). Нечто подобное мы видим в мифе Слова о полку Игореве относительно Солнца и туч, борьбы Даждьбога и Стрибога.

Исследователи нередко попадают в одну и ту же ошибку, пытаясь доказать, что один из этих двух Богов трёх традиций является заимствованным. Предлагаются концепции заимствовании Хорса от индоарийцев, Одина «с востока» и Аполлона из Малой Азии. У них не может уложиться в голове, как может быть два Бога Солнца.

У балтов, стоящих среди индоевропейцев как самых близких родственников славян, такого феномена не наблюдается — у них есть Богиня Солнца (Саулия, по аналогии с германской Солью). Сравнить этот солнечный близнецовый культ с Ашвйнами будет глупо — они не являются солнечными Богами, хотя и связаны с ним. Я предлагаю свою гипотезу на этот счёт. У самых ранних праиндоевропейцев (и возможно у праностратиков или поздних праностратиков) существовал культ Солнечного Бога, описанный мной в статье «Космический Спаситель», которая выйдет в религиоведческом альманахе «Deus Pater», Божьего сына по отношению к Божьему Отцу (Неба-Отцу).

Римский миф

Впоследствии миф о Гипербореи превратился в Солярный подмиф о том, что у Солнца есть своя земля за водой. Римский миф, который ввиду приближённости Рима к территориям расселения прагерманских племён, утратил свой буквально-смешанный смысл и превратился в иносказание с религиозно-философским насыщением, что отражало представления о идеальном социально-экономическом и политическом устройстве с точки зрения класса жречества. Это типичный для мифологии «Утгард», не имеющий материальных основаниях, а являющийся мифопоэтическим образом, утопией, на которую нужно равняться и к которой нужно стремиться.

Примечания

[1] Эвола Ю. «Традиция в Ирландии».

[2] Вирт Г. «Die Ura Linda Chronic»

Видео

Лекция школы "Русская Традиция" от 15.10.2009

[видео]

Алексей Почерников — Реконструктивная этнография

Лекция и практика школы "Русская Традиция" от 25.04.2010

[видео]

Велеслав — Практики Шуйного пути

Поиск

Журнал Родноверие