На данный момент видимо все уже перенасытились обсуждением тех модерновых каменных скульптур, которые вчера выставили в Стрыйском парке во Львове.
Вы смотрите НАО дну из современных каменных скульптур, которая была выставлена в Стрыйском парке во Львове и отдаленно напоминает одно из языческих божищ из приднестровского Покутья (в виде двух, соединенных спинами, человеческих фигур)
Во всем этом хочу обратить внимание на одну вещь, а именно: одна из тех скульптур, которые там вчера выставили (в виде двух, соединенных спинами, фигур) странным образом напоминает одно из языческих божищ, которое в прошлом было найдено на Покутье (часть сегодняшней Ивано-Франковщины).
Итак, дело было так:
долгие годы возле села Каменка большая вблизи Коломыи (на расстоянии 14 км от сегодняшнего одноименного райцентра на Ивано-Франковщине) была известна каменная языческая скульптура. В свое время, согласно письменным сведениям, эта фигура была вброшена в местный пруд, а в 1767 году на нее случайно наткнулись при выборе ила во время очистки пруда и вытащили на берег.
Эту фигуру еще успел осмотреть и описать 20 июня 1874 года А. Киркор, который тогда работал на территории Приднестровского Подолья и Покутья как представитель венской Центральной комиссии поисков и сохранения памятников старины (он входил в комиссию по археологии и антропологии).
Так вот, по словам этого А. Г. Киркора
" ... фигура та сделана из шутрового камня и внешне напоминает божище в виде соединенных между собой мужчины и женщины. Местные крестьяне называли это божище "Кум-Кума". Высота фигуры достигает 195 см, высота голов – 43 см, ширина – 55 см. Длина от голов до пояска составляет 44 см. Снизу фигура является плоско стята и имеет ширину 63 см. Наибольшая ширина обеих фигур — 86 см. Головы у них отчетливо закруглены, но на них не видно ни глаз, ни носа, ни других деталей лица. Рамена высоко приподняты, кроме грубо обозначенных плеч, других частей тела не выделено... "
(см. Приложение под этим постом).
На том месте, куда ее вытащили крестьяне (на берег пруда) каменная фигура пролежала почти полвека, пока в 1829 году тогдашний владелец Каменки Великой помещик Л. Калиновский перевез эту фигуру к себе во двор перед усадьбой (он намеревался установить данное божище перед своим домом на высоком постаменте чтобы
« ... аж из Коломыи его было видно"
С этой целью л. Калиновский за крупную сумму денег заказал и перевез к себе на дворское подворье (где-то аж из-над берегов Днестра) большие гранитные плиты и четырехгранные в сечении колонны длиной 4,74 м, которые были аккуратно зашлифованы с каждой стороны. По замыслу л. Калиновского они должны были стать основой под вышеупомянутую каменную фигуру "божища". В июне 1876 года А. Киркор имел возможность осмотреть почти законченный пьедестал – высокое подсыпанное возвышение (что-то вроде Кургана), которое наверху имело каменный фундамент с шестью плитами-ступеньками.
Согласно проекту, планировали установить также еще две колонны из гранита-одну на одной, а уже сверху на них поставить, как пишет А. Киркор, саму каменную фигуру. По его словам, общая высота того постамента с "божищем" наверху, должна была достигать 14,58 м. И, хотя пьедестал был вполне завершенным, однако каменную фигуру на его верх, по неизвестным причинам, так и не установили.
Исследователи, занимавшиеся изучением рассматриваемой здесь фигуры из Хотимира писали, что плохое состояние ее сохранения (отсутствие четко видимых черт и деталей тела, а отсюда – и сомнения в ее "двойственности") обусловлено тем, что близлежащее население на Покутье называло эту фигуру
"своим богом" и жители из разных сел вокруг сходились к Каменки и "... соскребали этот камень на разные лекарства".
И, лишь тогда, когда эту каменную фигуру л. Калиновский перевез к себе во двор, местные крестьяне, по словам А. Шнайдера, перестали так делать.
Иными словами, покутские крестьяне по меньшей мере до конца позапрошлого века культивировали между собой определенного рода почитание и того места, где стояла каменная фигура, и именно то «божище». Или, в данном случае мы имеем дело с каким-то исключительным явлением, или с какими-то более глубокими тенденциями, первопричины которых кроются в давнем прошлом здешних земель?
То, что это вполне языческое чествование каменного истукана в конце XVIII-ХІХ веков не было чем-то исключительным на тогдашних западноукраинских землях, свидетельствует почти аналогичное (по содержанию и действиям) почитание каменной антропоморфной фигуры возле с. Паньковцы Бродовского уезда на Львовщине, где, по описанию А. Шнайдера еще перед 1874 годом стояла каменная фигура
«... будто девушки в полушубке с выступающими персами, в ярмулке или чепце на голове и свисающими руками»
По свидетельству исследователей, изучавших эту фигуру, в частности отношение к ней местного народа, крестьяне из близлежащих сел ее очень почитали.
Уже А. Шнайдер отмечал, что тот паньковецкий каменный
" ... болван на груди имеет выжолоблен проем, который, как пересказывали, происходит от того, что древнее молодежь из окрестных деревень, чтобы разжечь в себе еще большую любовную жажду, выскробивала из середины болвана. То, что царапали, употребляли также как целебные лекарства при различных недугах»
Комментируя этот факт, А. Шнайдер приводит выписки из документов ХVІІ века, в которых Краковский каштелян Якуб Собеский в инструкции к порядщикам и экономам ключа Золочевского и Озерянского предостерегал
«...чтобы запрещали подданным перигринации на бабе у того божища»
Конечно, на основе вышеприведенного нет никаких оснований говорить о каких-то элементах «двоеверия» на Галиции и в близлежащих регионах в новейших временах и доводя их до XVII-XVIII веков. То, что некоторые из покутян в это время и называли каменного идола, который у них находился «своим богом» и совершали с ним соответствующие манипуляции (соскабливая поверхность каменного божища на своеобразное лекарство), не может использоваться для Уж слишком широких, в этой теме, обобщений. Какие-то похожие нехристианские ритуальные действа могли проходить в прошлые века и на северо-восточных пригородах Львова, где письменно засвидетельствовано расположение нескольких языческих каменных фигур…
Дополнение:
О вышеупомянутом божище из Каменки на Покутье – кого оно изображало, когда и кем было вброшено в пруд-распространялись различные слухи. Попытались ответить на этот вопрос и исследователи. Так, Габриель Гогендорф считал, что разделение божища на две отдельные фигуры должно было означать двух богов: Леля и Полеля. Основанием для такого отождествления послужила информация, записанная Адамом Киркором от Галицких караимов, в частности от раввина Леоновича, который утверждал (из какой-то старинной пергаментной книги выписал), что еще перед 1246 годом в княжеском Галиче должны были находиться следы божницы Леля и Полеля. Не отрицая самой возможности существования в то время в Галиче подобного капища, вышеупомянутый А. Киркор вполне справедливо отрицает сравнение божища из Каменки с Лелем и Полелем. Ибо, как полагали, Лель и Полель были не брат и сестра, а два родных брата, то есть оба мужчины, тогда как на фигуре из Каменки отчетливо видны мужчина и женщина.
"Двойственность божища на той фигуре, с далеко большей уверенностью можно отождествить с Даждьбогом и Ладой, которые – замечает А. Киркор – у русинов всегда есть в паре”
Кроме того, вблизи Хотимира, как считал А. Киркор, должно было находиться еще одно, но уже – триглавое божище, от которого произошло название соседней горы Трехглаватки, а возле села Живачева Городенковского уезда будто бы стояла Камышовая фигура Сивы или Живи.
