Одно из немногих официальных исследований этой малоизученной религиозной группы показало, что реальные политические склонности язычников трудно определить.
В 2017 году ведьмы по всей территории США, а также в некоторых местах по всему миру, использовали свою магию в целях политического активизма, проведя ритуал, чтобы «связать» на тот момент президента Дональда Трампа «и всех, кто его поддерживает».
Хотя бывший президент оказал политическое влияние на многих язычников, этот ритуал не был первым массовым языческим действием, направленным на поддержку прогрессивных целей. За последнее десятилетие языческие группы активно участвовали в Марше за климат, митингах за однополые браки и демонстрациях движения Black Lives Matter.
Но до недавнего времени никто, похоже, не задавался вопросом, отражают ли эти события идеологию всей языческой общины США численностью в 1 миллион человек.
В одном из немногих исследований этой малоизученной религиозной группы, Кэтлин Маркетти, доцент политических наук в Колледже Дикинсона, выяснила, что языческая политика не такая предсказуемая, как кажется.
«Если вы спросите нас, предпочитаем ли мы шоколадное или ванильное мороженое, мы выберем клубничное. Или веганский мокко с миндалем»,
— сказала Кара Шульц, член городского совета в Бернсвилле, штат Миннесота.
Хотя язычники чаще склоняются к умеренным или левым взглядам и голосуют за демократов чаще, чем не-язычники, исследование Маркетти доказывает, что они также более склонны к идентификации себя как политических независимых, а ряд язычников даже голосуют за третью партию.
Шульц, которая также является рекрутером кандидатов для Либертарианской национальной комиссии, сказала, что язычники — это
«люди, которые уже находятся вне рамок»
Быть отличным — «неотъемлемая часть нашей идентичности». Когда она приходит на мероприятие Либертарианской партии, Шульц говорит, что «знает, что там будут язычники».
«Основная этика Либертарианской партии также совпадает с основной этикой большинства языческих религий»,
— сказала она.
«И делай, что хочешь, но не вреди»
— это одна из таких базовых этических максим, которая «поразительно похожа» на ключевые ценности Либертарианской партии.
Маркетти, которая основала свое исследование на данных из обзора Pew Religious Landscape Study 2014 года, обнаружила, что язычники с поразительным единодушием склоняются к левым взглядам в основном только по двум вопросам: экология и сексуальность.
Поддержка язычников защиты прав ЛГБТ, которую Маркетти также назвала «единым критерием языческой религиозной идентичности», исходит от твердой убежденности в уважении к личной идентичности других, по словам писательницы и ведьмы Ласары Файрфокс Аллен, идентифицирующей себя в качестве небинарной персоны.
«Это ценность по умолчанию»,
— сказала Файрфокс Аллен.
Однако Файрфокс Аллен добавила, что хотя существует «базовый уровень принятия» ЛГБТ-сообщества, некоторые
«сектора нашего сообщества примут, скажем, лесбиянок, но не трансгендерные идентичности или откажут в принятии публичным и громким ЛГБТ-активистам».
«Нам предстоит ещё проделать большую работу»,
— сказала Файрфокс Аллен.
Так как языческие ритуалы часто связаны с природным миром, неудивительно, что экология также является общим идеалом. Большинство язычников стремятся к «духовным отношениям с Землей», сказал Андраш Корбан-Артен, основатель и духовный руководитель основанной в Массачусетсе языческой организации EarthSpirit Community, которая пропагандирует экологическую ответственность посредством своих ежегодных фестивалей и мероприятий.
"Часть этих отношений — это «исправление ущерба», который человечество нанесло экосистеме",
- сказал он.
Помимо этих двух вопросов, язычников невозможно в целом определить с политической точки зрения.
Несмотря на то, что среди этой группы большинство составляют женщины, а некоторые языческие религии ориентированы на культ Богини, они
«не имеют четко выраженных взглядов на женщин в качестве рабочей силы»,
— сказала Маркетти, и мужчины действительно прочно занимают непропорционально большое количество руководящих позиций в языческих организациях.
Сообщество «наверное, более чем на 80% состоит из белых», по данным исследования — вероятно, из-за евроцентричных корней большинства языческих религий — и язычники в целом не выражают сильных чувств в борьбе за права мигрантов. Этот статистический дефицит этнического и расового разнообразия, по словам Кристал Блантон, автора, лектора и лицензированного клинического социального работника, соответствует более общему «дискомфорту по поводу расовых тем».
Но Маркетти также описала небольшую, но заметную линию «фолькистских, этноцентричных и националистических» элементов в своем исследовании, особенно ярко выраженную среди хезерни, нордической религиозной группы, связанной с язычеством.
"Рост "силы белых" и белого национализма за последние несколько лет выделил, если не усугубил, этот элемент",
- по словам Дженнифер Снук, старшего преподавателя социологии в колледже Гриннелл.
«Учитывая нынешний политический климат, экстремизм усилился — или хотя бы стал более заметным»,
— сказала она.
Не редкость увидеть религиозные символы хезенри — такие как молот Тора, Мьёльнир — на митингах белых националистов.
Экстремисты часто привлекаются «воинственной эстетикой» скандинавской мифологии, которая подпитывает «гипермаскулинность и милитаризм», объяснила Снук.
Однако белый супрематизм не является исключительно проблемой хезенри, предостерегла Снук:
«Это общая американская проблема. Вместо того, чтобы присоединяться к хезенри из-за какой-либо политической идеологии, которая их привлекает в самом движении", сообщила она, "сторонники превосходства белой расы перетолковывают северное язычество, чтобы оно соответствовала их видению".
"Внутри сообщества развивается движение за то, чтобы "отнять северное язычество у громких голосов этих белых супремасистов»,
сказала Снук, подчеркивая, что хезенри может и должно быть и инклюзивным, и этнически разнообразным.
Если языческая политика сложно определяется, говорят некоторые, то это частично потому, что эти гордые индивидуалисты часто скрывают свою религиозную идентичность из-за страха перед негативной реакцией или просто из-за желания не слушать нравоучений от представителей других вероисповеданий. Это также может объяснить, почему Маркетти выяснила, что язычники в целом меньше вовлечены в политику, чем не-язычники.
Но не все паганы согласны с этим выводом. Некоторые, такие как Шульц, считают, что политическое участие важно для их жизни и даже неотъемлемо связано с их религиозными убеждениями. Практикующая хеленизм, религию, основанную на древнегреческих верованиях, она объяснила, что в Древней Греции «быть религиозным человеком означало быть активным членом сообщества». Хотя Шульц считает, что религию и правительство следует жестко разделять, ее собственное участие в политике «глубоко связано» с ее религиозными убеждениями.
Блантон идет дальше, утверждая, что все религии в самой своей сути неразрывно связаны с политикой. «Политика заложена в религии так же, как и в жизни», — сказала она. «В жизни, ценя и принимая духовность, мы признаем связи между гуманностью, целеустремленностью, ответственностью и обязательствами».
Файрфокс Аллен согласилась с этим, добавив:
«Политическая вовлеченность — обязательно для любой живой, дышащей личности»
Перевод: Лукреция Вилле
