Иллюстрация В. А. Королькова
О боге Радогосте (Радегасте, Радагасте, Радигасте, Радгосте) нам известно из «Славянской хроники» монаха-священника Гельмольда из Босау, который является одним из наиболее известных хронистов XII века. Гельмольд называет Радогоста богом земли бодричей (бодричи проживали в нижнем течении Эльбы (Лабы), на западе современного Мекленбурга, в восточной части земли Шлезвиг-Гольштейн и северо-восточной части современной Нижней Саксонии).
До нас дошло старинное описание идола Радогоста (источник нижеприведённой цитаты – «Сокровища Ретры» Андреаса Маша):
Радегаст стоит обнажённым на постаменте, у него радостное юношеское лицо и курчавые волосы, на голове – птица с расправленными крыльями. В правой руке он держит у груди голову быка, а в левой – секиру. Помимо того, что гравюра на дереве содержит больше сведений, чем само описание, ошибка состоит в том, что изображения рук заменены местами в результате недосмотра резчика, который вырезал руки так, как было на рисунке, и потому секира оказалась в левой руке.
Некоторые исследователи относят сие описание к фантазии иллюстраторов, тем не менее, именно по нему делались все рисунки, сопровождающие труды авторов XVII–XVIII веков.
Иллюстрация из «Славянской хроники» Гельмольда (1167–1168 годы)
Иллюстрация из «Саксонской хроники» Конрада Бого (1492 год)
Иллюстрация из «Мифологии славянской и российской» А. С. Кайсарова (1804 год)
О функциях Радогаста достоверно ничего не известно. Сообщается лишь, что идол его стоял в храме города Ретры, облачённый в доспехи и наделённый оружием (по другим данным, идол был отлит из золота и возлежал на пурпурном ложе).
К слову, упоминание доспехов с оружием позволило кабинетным мифологам возвести Радогаста в ранг божеств-воителей.
Вот, например, что сообщается в книге ««Русские легенды и предания» Елены Грушко и Юрия Медведева»:
Радегаст – божество бранной славы и войны северных славян. Город Ретра, в котором стоял его храм, был окружён священным дремучим лесом и озером, и хоть имел девять ворот, входить разрешалось только через одни, к которым вёл подвесной мост. Главным зданием был храм бога, в котором стоял его идол. Храм этот, находящийся в земле племени бодричей, считался вторым по величине и красоте во всём славянском мире, после храма Святовида в Арконе.
Изображали Радегаста вооружённым с головы до ног, с боевой секирою о двух остриях, в шлеме, на котором распростёр крылья орёл, символ славы, и с бычьей головой, знаком отваги, на щите.
Первоначально звался этот бог Ризводиц, что обозначало вражду, ссору и разводы, а потом начали его именовать Радегастом, «ратным гостем», воином. В то же время он покровительствовал всем мирным иноплеменным гостям, которые отдавались под защиту местных богов.
В храме Радегаста всегда держали самых лучших коней, ибо воину без коня никак нельзя. Почитатели и жрецы Радегаста верили, что бог ездит по ночам верхом, и если поутру видели, что какой-то конь утомлён более прочих, то догадывались, что Радегаст именно его отличил и выбрал для своих незримых поездок. Коня – божественного избранника отныне поили чистейшею водою, кормили отборным зерном и увенчивали цветами – до того времени, как его сменял новый любимец бога.
Говорят, именно Радегасту некогда была принесена в жертву голова епископа Мекленбургского Иоанна, желавшего обратить славян-язычников в христианство. В отместку, после уничтожения святилища, мраморное изваяние его головы было помещено в костёл в Гадебуше в Мекленбурге.
Храм Радегаста в Ретре был разрушен в 1068–1069 гг. войсками епископа Бурхарда Шильберштадского, потом восстановлен и окончательно снесён с лица земли императором Лотаром в 1126 г. Большинство статуй (а вокруг Радегаста там стояло множество изображений воинов и богов) было уничтожено, но часть священных предметов сложили в бронзовый котёл с крышкой, надписанной славянскими письменами, и зарыли в землю, надеясь извлечь, когда храм будет позднее восстановлен. Однако этого так и не произошло. Котёл обнаружили в 1690 г., и все предметы были перелиты на колокола.
Некоторые славянские племена почитали Радегаста как бога-подателя плодородия. Кое-где его воспринимали только как покровителя гостей. Существовали легенды, что он любил наведывать богатых и бедных людей в сопровождении дев судьбы, Доли и Недоли. Если их принимали благосклонно, эту семью наделяли счастьем, поэтому гости были в большом почёте у славян, сохранилась даже поговорка: «Гость в дом – бог в дом».В довесок авторы приводят некую историю, вполне возможно, собственного сочинения, ибо кроме как в данном источнике она нигде не упоминается:
Некогда жили два князя – Всеслав и Ярополк. Много лет воевали они друг с другом за землю залесскую, и никто не мог взять верх. И вот однажды Ярополк отправил послов к враждующему князю, повелев сказать следующее:
– О княже! Боюсь, скоро переполнится чаша небесного терпения из-за кровопролития, мною и тобою творимого. Приди, княже, ко мне гостем, разрешим долгий спор миром и завершим пиром. Клянусь тебе пресветлым богом Радегастом, покровителем гостей, что встречу и обласкаю тебя, как брата родного. Да покинет распря пределы земель наших.
Выслушал послов князь Всеслав, отер слёзы радости и ответствовал:
– Не знаю, как наградить вас, послы, за благую, долгожданную весть. Передайте вашему повелителю: через неделю буду у него гостем.
Вся его дружина одобрила решение князей замириться, и только старый волхв Остромир остерегал Всеслава от поездки, заподозрив Ярополка в коварстве. Но князь не внял его предостережениям и вскоре пустился в путь.
Ярополк встретил гостя и его свиту радушно, богато одарил и без споров уступил землю залесскую. Обнялись князья на радостях, музыканты в трубы затрубили, в бубны забили, певцы славу им пропели. А накануне вечернего пира повёл Ярополк гостей в баньку попариться. Да только когда те начали мыться, повелел коварный двери заложить бревном, а баню поджечь. Так и сгорели заживо все гости, а владения Всеслава отошли злодею.
Шли годы. Под присмотром Остромира подрастал отрок Ратибор. Никто, кроме волхва, не знал, не ведал, что Ратибор – побочный сын убиенного Всеслава. Когда же вошёл Ратибор в зрелые годы, открыл ему волхв тайну его рождения.
И вот однажды на ранней заре вышел Ратибор во чисто поле, руки к угасающим звёздам простёр и воззвал:– О Радегаст! Как же ты позволил содеяться насилию смертному над моим отцом? Зачем дозволяешь торжествовать клятвопреступнику, осквернившему твоё божественное имя?
Никто не отозвался в небесах, лишь ветер колыхал травы да птицы воспевали солнечный восход.
Прошёл день, а ночью явился Ратибору во сне сам бог Радегаст и рёк:
– Не спеши обличать меня, человече. Всему свой срок, на всё свои законы. Что проку, коли я попросил бы Перуна испепелить молниями злодея Ярополка? Другие злодеи сочли бы это случайностью, не более. Но если ты сам обличишь клятвопреступника, предателя, убийцу и вступишь с ним в единоборство – люди ещё раз убедятся в справедливости небесного суда. Готов ли ты вызвать Ярополка на суд божий? Не боишься рискнуть? Подумай, крепко поразмысли...
– Не боюсь, Радегаст! – без раздумий отвечал Ратибор.
– Тогда скажи, каким оружием владеет князь лучше всего?
– Секирою обоюдоострою. Тут ему равных нет.
– Вот и вызови его сражаться на секирах обоюдоострых. Через три дня вызови, когда будет праздник в мою честь.
– Да у меня и секиры-то подобающей не сыщется. Привык сражаться на мечах.
– Не печалься. Утро вечера мудренее, – ответствовал Радегаст, и его сокрыло облако.
Проснулся Ратибор, глядь – лежит около его постели обоюдоострая секира, и лучи солнца играют на её лезвиях.
И вот в праздник Радегаста, когда дружина Ярополка пировала на цветущем лугу, появился пред шатром княжеским Ратибор и смело провозгласил:
– Князь! Обвиняю тебя в клятвопреступлении и убийстве! Ты зазвал в гости отца моего, поклявшись пресветлым именем нашего Радегаста, а сам предал его со товарищи мучительной гибели. Настало время расплаты. Вызываю тебя на божий суд. Желаешь ли биться со мной на секирах обоюдоострых не на жизнь, а на смерть?
– Ещё как желаю, сучье отродье! – взревел оскорблённый Ярополк и ринулся в схватку.
Он был отменным воином и вскоре нанёс обидчику рану кровавую. Силы начали покидать Ратибора. Но вдруг с небес вырвался луч света, раскалённый добела, будто стальная полоса в кузнице. Луч на миг ослепил князя, тот зажмурился – и тогда Ратибор снёс врагу секирою голову, а сам пал на траву, истекая кровью. Не успели дружинники опомниться, как секира Ратиборова вознеслась в небеса и скрылась.
Пред таким явным проявлением божественной воли склонились люди, пали на колени, умоляя Ратибора стать их князем. Старый Остромир перевязал его раны и воспел хвалу Радегасту.
Ратибор же правил долго, справедливо и счастливо. В своей земле он возводил красивые храмы богу гостеприимства, не уставая благодарить и прославлять его за избавление от клятвопреступника Ярополка.
Не могу не отметить, что мотив сожжённых в бане гостей явно навеян деянием княгини Ольги, а имя главного героя перекочевало из «Руси Изначальной» Валентина Дмитриевича Иванова.
В средневековом энциклопедическом словаре «Mater Verborum», который прославился своими подложными чешскими глоссами, Радагост сопоставляется с Меркурием.
Ряд исследователей (в их число вошли ныне покойные польский историк литературы и языковед Александр Брюкнер и чешский археолог Любор Нидерле) вполне обоснованно считают, что божества по имени Радогост (Радегаст, Радагаст, Радигаст, Радгост) у славян на самом деле и вовсе не было.
Епископ Титмар Мерзебургский, живший в период времени с 975 по по 1018 год, оставил после себя сообщение о том, что в земле славянского племени редарей есть город Радогощ, в нём поклоняются богу Сварожичу. Спустя половину столетия северогерманский хронист Адам Бременский писал уже о городе Ретре и боге Радегасте. Вполне возможно, пользуясь сообщением Титмара Мерзебургского, он спутал названия города и племени, а также имя божества, причём имя Сварожич (известное и восточным славянам) вообще куда-то потерялось. И пошло-поехало – данные Адама Бременского стали адаптировать и копировать уже другие хронисты и историки.
Выводы учёные мужи делают следующие: либо Радогост-Радегаст – это название города (у западных славян встречается множество топонимов на «-гост», да вспомнить хотя бы слово «погост», означавшее первоначально административно-территориальную единицу (сельский податный округ) на Руси); либо Радогост (и все прочие варианты написания) – это локальный эпитет Сварожича.
И знаете, я соглашусь с тем, что не было такого бога по имени Радогост-Радегаст, ещё и по той причине, что дошедшая до нас информация (чьи-то домыслы я в расчёт не беру) касается описания идола, а вот о функциях самого божества, характерных формах его почитания – толком ничего нет и даже не реконструируется сколько-нибудь обоснованно.
Зато бога (?) Радогоста не обошли вниманием художники-славянисты:
Иллюстрация Н. Антиповой
Иллюстрация П. В. Ильина
А. А. Кононенко
Иллюстрация А. Мазина
Иллюстрация С. Якубовского
