Иллюстрация Максимилиана Преснякова
Новгородская IV и Софийская I летописи сохранили следующую легенду о свержении идола Перуна в Новгороде:
... вошёл бес в [идол] Перуна и начал кричать: «О горе мне! Достался немилостивым сим рукам!». И скинули его в Волхов. Он же, проплывая под большим мостом, бросил палицу на мост и сказал: «На этом да поминают меня новгородцы». Безумные дерутся ею и ныне, творя утеху бесам.
Палица, видимо, была не одна. Хранился сей атрибут в в церкви святых Бориса и Глеба[1] и уходил в народ по особым дням ритуальных побоищ. Согласно приписке на полях Степенной книги, бытовали они вплость до 1652 года, пока митрополит Никон не изъял и не сжёг последние палицы, таким образом прекратив «бесовское то тризнище»
Впрочем, обрядовые бои теоретически могли продолжаться и позже, и уже без всяких палиц...
Примечание
Янин В. Л. Церковь Бориса и Глеба в Новгородском детинце: (О новгород. источнике жития Александра Невского) // Культура средневековой Руси. – Л., 1974.
