20201207 kld2 768x512

“Прячут деда” в Даугавполли у Городка

Триста с лишним лет назад ходили по домам и играли в “варварские соблазнительные непристойные игры”.

Триста с лишним лет назад на север от Вильнюса, около Вилькамиру (по-литовски Ukmergė) бытовал вот какой деревенский обычай обходить дома в времени от зимнего солнцестояния до весеннего равноденствия.

О нем известно из католического отчета о миссии в Шашольскую деревню (по-литовски Šešuoliai). Сама отчет датированная 1728-м годом, но в ней упоминается предыдущая миссия за 25 лет до того и говорится, что даже тогда уже этого “заведенному в незапамятные времена” обычая не были встречены.

Так же, о нем, по-видимому, уже и на то время только рассказывали; а были известны еще и раньше – надо думать, в конце 17-го века. (Ради исторической ориентировки – язык про последние годы, когда старобелорусский язык царила в официальном делопроизводстве Великого княжества литовского, к 1696-го).

А обычай такой:

“От рождества до Благовещения вечернее время считали праздничным, когда играли в совершенно непристойные, очень , соблазнительные, варварские игры.

А именно, один мужчина надевал женскую одежду, второй принимал вид старого деда. Тогда в окружении мальчиков и девочек они ходили почти по всем домам, и в каждом доме показывали, как мужчина вступает в связь с женщиной, ради великой искушения молодежи. А тот, кто был за деда, также горячо поощрял мальчиков делать с женщиной действие. Что еще более позорно – один входил в кобылу, второй – в осла, и, ещё, они показывали их сношение.

Какую пользу из таких действий имел демон, как гневался Бог, на этот разврат молодежи из этого всего следовало, понять нетрудно. Все то, достаточно осудив перед многочисленной общиной, строго-настрого запретили, с угрозой наказывать 50-тью ударами розгами и штрафом в 30 злотых частично дома, частично пану”

Такое вообще не редкость во времени перед наступлением весны. Вот, в Список нематериальных ценностей описание масленичных “Похороны деда” из-под Городка за Двиной. Кладут на скамейку куклу в человеческий рост с большим “струком” и оплакивают.

“Он же сто жен имел – в каждом селе, и теперь вот здесь одни любовницы собрались. Такой же мужик был! И Крым, и Рим, и Даугавполле – все прошел этот дед! Теперь вот умер, а стручок у него еще шевелится, посмотрите! И как только его “морковку” не стерлась, столько баб имел! Но и мне хватало, и вам, бабаньки“,

– рыдают на том “похоронах” и до сих пор, и дергают за веревку, которая привязана к моркови-“стручка”

Вот же, только в одном месте сохранилась в нас такая старина старинная, в других все строго и прилично – псалмы из интернета на Рождество детвора поет, либо скромную “козочку” энтузиасты водят в вышиванках. А за урожай у нас теперь отвечает химия.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Поиск

Журнал Родноверие