Официальные новогодние праздники закончились, но святочная неделя продолжается. Это время от Рождества до Крещения, когда одни песнями славят Христа, а другие прячут на ночь посуду подальше от нечистой силы. И сейчас еще можно успеть поколядовать, развести хоровод и сыграть в старинные русские игры.
Все, как встарь
…Когда-то они ездили по деревням, собирали и записывали сохранившиеся рождественские обычаи и традиции. Теперь передают их другим. Уже десять лет подряд фольклорный центр "Песнохорки" в канун Рождества проводит в Барнауле святочный праздник. Вместо привычных уже нашему слуху "Джингл беллс" поют настоящие колядки, обещая богатый урожай и счастливую жизнь тем, кто дает угощение. А потом всей площадью водят хороводы.
Ольга Абрамова, руководитель "Песнохорок":
В этом году-то с погодой повезло, тепло. А в прошлом мороз стоял тридцать девять! И все равно ведь дали концерт: родители у нас бесстрашные, отпустили детей выступать, и народ на представление пришел.
Нынешние минус семь ноги в сапожках все равно чуют, поэтому женщины на площади отплясывают то белорусскую польку, то украинский гопак. По сцене плывут лебедушки в павловопосадских платках, выходят красны молодцы в кафтанах. Ветер колышет огоньки зажженных свечей, темнота добавляет сказочности. Зрителям рассказывают вертепную историю о рождении Христа. Протяжная песнь, какая когда-то разносилась над деревней, теперь уносится вдаль. Как из-под земли появляется ехидный черт, ходят с козою ряженые в вывернутых шкурах. Просят у хозяев угощение, грозят:
"Кто не даст хлеба, мы утащим деда,
Кто не даст клену, бабку с печи сдерну"
Возникают в этой истории и Дед Мороз с внучкою.
– Это уже неправда, такого в традициях не было,
– комментирует после Ольга Абрамова.
– Люди на праздник приходят разные, и верующие, и неверующие. Неверующих больше, но и им нужно что-то предложить, приходится подстраиваться. И песни поются в аранжировках – не будет народ слушать историю на сорок куплетов без музыки. Хотя есть у меня идея на следующий год заложить в сценарий больше традиций, уйти от надуманного.
А площадь уже слилась в веселом хороводе. В центре круга заводят толпу надуманный Дед Мороз со Снегуркой, пускаются в пляс энергичные бабушки. Разучивают под гармошку "польку по-барнаульски", целовальные игры.
– Раньше в вечерки игры игрались, молодежь знакомилась друг с другом. Больше-то негде было. Сыграли в "Ручеек", в "Колечко" – и будущая семья готова. Обычно на Красную горку уже свадьбу устраивали.
…Золотыми искрами сыплет над толпой праздничный фейерверк, брызгами разлетаются вокруг вспышки бенгальских огней. Через четыре часа наступит Рождество. По мнению Ольги Абрамовой, – это "праздник сокровенный, не нарочитый и больше подходит для церквей, нежели для празднования на площади".
Идет коза рогатая
– Обряды колядования в наших деревнях почти умерли. Они ведь берут начало в язычестве, а у нас уже больше тысячи лет христианство,
– рассказывает Ольга Абрамова.
– На Смоленщине, Брянщине, Украине, правда, эти обряды живы до сих пор. А мы и от чисто славянских мест далеко, поэтому память стерта. Алтай и заселялся позже, до XVIII века здесь были кабинетские земли.
Искать обряды можно в старожильческих местах, у нас в крае есть несколько таких сел. Там народ жил локально, своим кругом, поэтому отголоски традиций остались. Хотя колядовать и нечистью наряжаться староверам было нельзя. Последний патриарший запрет на поклонение языческому богу Коляде был издан в 1684 году. Но побаловаться, машкароваться (от слова маскарад) все любили. Корни-то, куда их деть? Правда, на Крещение обязательно в проруби нужно было окунуться, чтобы грех этот с себя смыть.
Обряд этот – причудливое переплетение языческой и христианской традиций. По домам колядовщики, как и библейские волхвы, путешествуют со звездою. Рядятся в медведя, волка, Петрушку, доктора – без него не обходится ни один праздник, он лечит всех болящих. Вертепщики в специальном ящичке разыгрывают спектакли по библейским мотивам. Выворачивают шубы, мажут лицо сажей, чтоб никто не мог узнать, – и это уже отголоски языческого прошлого.
– Но все мечтали, чтобы в дом пришла коза – символ плодородия и богатства. Украшали ее яркими лентами, колокольчиком,
– говорит Ольга Абрамова.
– Даже пословица была на Руси "Где коза рогом – там жито стогом". Малыши ходили с козой, взрослые и даже старые бабки. В козу и наряжались. Придет она в дом да и упадет еще, а чтоб встала, надо ее одарить хорошо… В 1991 году мы были с дочерью в Краснодаре, там эта традиция хорошо сохранилась.
Стаканчик хруп, подавайте рупь
Колядки, святочные песни, посвященные Коляде, назывались еще щедровками (в это время все должны быть щедрыми). Языческие колядки сопровождались разбрасыванием зерна – символа богатства и плодородия.
– В селе Камышенка Петропавловского района мне пели колядки, но это уже отголоски.
"Колядушка, коляда, ушивая борода,
Кто не даст пышку, свинью за лодыжку,
Кто не даст пирога, я корову за рога,
Кто не даст копеечку, хозяина за шеечку"
Это обычные языческие колядки, здесь нет ничего христианского.
Детям давали заучивать маленькие колядочки, легко запоминающиеся:
"Маленький мальчик сел на стаканчик, – стаканчик хруп, подавайте рупь".
А разрешались христославные колядки: христославить – петь рождественский тропарь или кондак.
"На горе-горе, на высокой горе Христос народился. Слава, слава…
– поет Ольга Алексеевна.
– В немецком национальном районе есть свои колядки, но это больше протестантские песни, связанные с символом Христа. В деревнях поют тропарь „Рождество Твое, Христе Боже наш”:
Рождество Твое, Христе Боже наш,
Возсия мирови свет разума,
В нем бо звездам служащии
звездою учахуся
Тебе кланятися Солнцу правды,
И Тебе ведати с высоты Востока.
Господи, слава Тебе!"
Традиционным нехристианским обрядом на Святки было и гадание.
– Сейчас это чуть ли не единственное, что осталось от святочных вечерок. Показывают по телевизору битвы экстрасенсов всякие, будоражат сознание,
– негодует Абрамова.
Традиции разбазариваем
– Сейчас праздник возрождается, Рождество признается государством. А ведь было время, когда и я говорила, что это не то, неправильно, защищала комсомол. Хотя у нас семья была православная,
– вспоминает Ольга Алексеевна.
– Сейчас от идеологии ушли, люди ищут что петь, а фольклора-то уже не стало. Начинают разучивать что где услышат. Но говорить о традиции просто невозможно. В 2008 году я получила президентский грант, выбрала четыре района: Усть-Коксу, Алтайский, Солонешенский, Петропавловский. И что, вы думаете, я там что-то нашла? Я им еще оставляла книгу с песнями. Сельские хотят быть городскими. Сейчас в деревне считается, что традиции – это пережитки. В других странах к этому трепетно относятся, мы, русские, разбазариваем. Когда я записывала песни, мне было двадцать пять лет, а бабушкам шестьдесят, и тогда уже было трудно найти архаику. Были городской романс, песни, но не то, что мне хотелось…
Реанимировать эти традиции сейчас? Мне кажется, это будет нечестно. Но колядовать мы любим и ходим обычно с детьми. Правда, только по своим знакомым. Однажды мне позвонил один директор, попросил прийти к нему поколядовать. Стол накрыл, ждет. А мы подъезды перепутали и к другому человеку в гости заявились – он не ожидал, испугался. А раньше к приходу колядовщиков заранее тщательно готовились, и чем больше их в дом зайдет, тем лучше. От хозяев мы ждем не столько гостинца – сколько ласкового слова...
Светлый ангел прилетел к ним (русские колядки)
А мы шляимся, мы шляимся,
Мы колядушку поем, мы людей славим.
Добрый вечер добрым людям,
Колядушка-коляда пасконная борода,
Кто не даст пирога, мы корову за рога,
Кто не даст лепешки, выставим окошки.
Добрый вечер добрым людям,
Открывайте сундучки,
Подавайте пятачки,
Пятачка нам мало,
Дайте кусок сала,
Добрый вечер добрым людям.
Эта ночь святая, эта ночь спасенья
Возвестила всему миру
Тайну Боговоплощенья.
В эту ночь у стада пастухи не спали.
Светлый ангел прилетел к ним
Из небесной светлой дали.
Страх объял великий тех детей пустыни,
Но сказал им: о, не бойтесь –
Всему миру радость ныне.
Где Христос родился людям
на спасенье,
Вы пойдите, посмотрите
На великое смиренье.
И с высот небесных
раздалось вдруг пенье:
Слава, слава
в вышних Богу,
На земли
благоволенье.