Исторический реконструктор, краснодарский бизнесмен Алексей Владимиров рассказал «Югополису» о том, сколько сил, времени и денег уходит на изучение и воспроизведение эпохи раннего Средневековья.

В конце мая в окрестностях Краснодара состоялся традиционный фестиваль исторических реконструкторов «Богатырский стан». Один из его участников, княжеский дружинник эпохи раннего Средневековья, а в миру предприниматель Алексей Владимиров, рассказал «Югополису» о своем увлечении историей, образе средневекового дружинника и о том, почему рога на шлемах викингов — не более чем миф.

Фестиваль исторических реконструкторов «Богатырский стан» прошел в этот раз с 26 по 29 мая. В субботу 28-го был «туристический день»: желающие посмотреть сражения средневековых воинов съехались на территорию базы отдыха «Калужское озеро», расположенной в лесу между станицами Новодмитриевской и Калужской.

Организует и проводит фестиваль краснодарский клуб «Южное княжество». Собеседник «Югополиса» Алексей Владимиров, состоящий в этом клубе, знакомит нас с кухней фестиваля, в том числе и в прямом смысле: мы беседуем за деревянным столом, за которым проходят трапезы дружинников, князей, дев в льняных одеждах и других участников «Богатырского стана». Здесь же, на траве среди деревьев, разбит их лагерь — тканевые шатры, ровно такие, как положено в эпоху раннего Средневековья.

Зрелище начинается в полдень: воины сходятся на небольшом ристалище, и их предводитель, одетый в шлем и кольчугу, объясняет зрителям правила боя и приемы. Воины демонстрируют их. Сидящий рядом с нами на траве маленький мальчик в нетерпении: «Мама, когда начнут драться? Ну когда начнется драка? Ну когдааа?» «Драка» начинается, и всем мало места: сражение с настоящими мечами и щитами выглядит и звучит устрашающе, так что мамы спешно тащат детей на шаг назад.

За час до битвы «дружинник» Алексей Владимиров успевает рассказать нам главное — чем интересна реконструкция на юге России и сколько сил и времени уходит на изучение и воспроизведение эпохи раннего Средневековья.

— Как давно вы участвуете в реконструкциях?

— В июне как раз два года, как я увлекся всем этим. Я заинтересовался периодом раннего Средневековья, правления князя Святослава, дохристианской Русью, периодом становления русского государства. Он очень интересен тем, что между славянскими и скандинавскими племенами существовал военный союз — это было, по сути, объединенное военное государство. В школьной программе мало информации об этом времени — мне захотелось самому его изучить. Я узнал, что есть люди, которые занимаются изучением этого периода, реконструируют его.

Сначала мне было интересно просто заняться историческим фехтованием. Я приходил на тренировки, потом посмотрел, чем занимаются ребята — а все здесь участвуют в реконструкции исторических комплексов, — и потихоньку начал выбирать тему, которую мне было бы интересно реконструировать. Выбрал первый предмет — это был шлем из Гнёздова, одного из первых русских городов — его основали скандинавы на территории Руси. Он был смешанный: примерно 60 на 40 процентов там жили славяне и скандинавы. И от изучения истории этого города, того, как и почему он появился, началось у меня изучение того периода.

Выбранный мной шлем относится к захоронению; помимо шлема там меч, бытовые предметы, украшения. Я начал понемногу изучать эти предметы и осуществлять проект реконструкции. Сам я своими руками все это не делаю, но нахожу по стране, в Белоруссии, на Украине мастеров, которые делают. Мы с ними подробно, долго обсуждаем, как будет выполнен предмет: некоторые из них уникальны, их до этого никто не повторял. Так что возможности скопировать их нет: нужно очень глубоко разобраться.

Меня все это так захватило, что первый год я, наверное, целыми днями с утра до вечера изучал историческую литературу, искал источники, фотографии, платил музейным работниками, чтобы они сканировали книги, которые невозможно купить: они в единственном экземпляре — книги, например, XIX века, когда уже существовала археология. И таким образом постепенно процентов на 90 свой комплект предприимчивого гнёздовского дружинника я собрал.

Есть в изучаемом мной могильнике действительно уникальные предметы. Вот, посмотрите, блюдо с изображением Сенмурва. Это мифологическое божество, возникшее еще в период зороастризма. Оно почиталось в Древнем Иране, в средневековой Византии, а так как существовал военно-торговый путь из варяг в греки, когда скандинавы со славянскими племенами из Северной Европы ходили в Византию и обратно, имел место и культурно-экономический обмен. И такие предметы, присущие иранской культуре, появлялись на Руси.

В результате в славянской культуре возник образ священной птицы Семаргл, который впоследствии трансформировался в триумвират священных существ: Сирин, Алканост, Гамаюн, — и все это основано на иранском божестве Сенмурв. Эта находка уникальна, потому и реконструкций этого предмета не особенно много. Здесь он повторен максимально точно.

Или вот питьевой рог в серебряной оковке. Рог — предмет и бытовой, и сакральный: он использовался и в древних обрядах, и в застольях. Эти предметы, рог и блюдо, находились в могильнике вместе.

— Почему вас заинтересовал именно этот период?

— Трудно сказать. У меня всегда было недопонимание, скажем так, официальной трактовки этого периода. В школе нам рассказывали, что славянские племена призвали на княжение неких скандинавов, которые сформировали правящий клан, фамилию Рюриков, правивших с тех пор вплоть до Смутного времени.

Это мне было непонятно — как можно в какое-то государство позвать людей из другого, чтобы они стали правителями и начали выполнять культурные, социальные, политические функции?

Объяснение, что на Руси не существовало авторитетных лидеров, так что приходилось их приглашать из других стран, мне было непонятно. Как это происходило? Вот сейчас существует Россия, и мы бы позвали правителей из Китая? Мне казалось, такое невозможно, возникло желание разобраться в этом периоде — почему два разных этноса, две разные культуры объединились и долго, около трех веков, существовали в военном союзе.

— Но вы занялись именно реконструкцией, а не научным изучением истории.

— Дело в том, что мне ближе какой-то интерактив, практика. Заниматься историей, безусловно, интересно: это важнейший элемент нашего дела, — но для меня важно все: поездки, общение, исторические изыскания, участие в боях. Почти любой человек, который серьезно реконструирует комплекс, имеет багаж знаний кандидата наук или около того. Некоторые конкретно могут написать и пишут труды, признанные в научном сообществе. Это гораздо глубже, чем просто изучение истории.

Одна из наших целей — посещение и создание фестивалей. Мы ездим по России, а в этом году я планирую поехать на зарубежный фестиваль — в Польшу. Это такое интересное состояние, когда ты приезжаешь на фестиваль, ставишь тканевый шатер, убираются все современные предметы вплоть до еды, не соответствующей заявленному периоду. К примеру, мы не едим картошку, помидоры. И мы погружаемся в эпоху — это действительно уникальное состояние.

Пару недель назад мы вернулись с большого елецкого фестиваля «Русборг», в котором участвовали около тысячи реконструкторов. Даже чтобы попасть туда, нужно пройти многомесячную паспортизацию. Отправляем комиссии паспортистов фестиваля фотографии своих комплектов, предметов, описываем, почему комплект так выполнен, на основании каких источников; версия это, или реконструкция, или стилизация, какова история комплекта и персонажа. Есть множество нюансов, которые должны быть учтены, чтобы все было гармонично.

Не может, например, человек в ободранных лохмотьях носить меч и шлем: это были очень дорогие предметы в эпоху раннего Средневековья. Многих не допускают на фестиваль.

Люди, пройдя большой путь, но недотянув теоретическую часть, не попадают туда. Тех, кто попал на фестиваль, кто прошел жернова отбора, очень интересно послушать. Каждый реконструирует какой-то свой могильник, комплекс или регион, и есть очень интересные реконструкции.





— А сколько участников в нынешнем фестивале?

— Он называется «Богатырский стан», в этот раз в нем участвует порядка тридцати реконструкторов. Он в принципе домашний, семейный. Осенью сюда приезжает человек до шестидесяти. Делаем мы его полностью на каких-то личных началах: приехали и своими руками все сделали, — поэтому глобального развития он не имеет. Есть гораздо более крупные фестивали: тот же «Русборг»; в июне состоится известный большой фестиваль «Времена и эпохи» в Подмосковье, на котором каждый год новый исторический период. В прошлом году был Древний Рим, в позапрошлом — Первая мировая война, в этом будет раннее Средневековье, которое происходит раз в пять лет.

Многие за всю карьеру реконструктора могут попасть на «свою эпоху» один раз. Реконструкторы со всей России хотят туда съехаться, у них планируется «Битва тысячи мечей», бугурт (поединок) 500 на 500. Это крутое зрелище, и мероприятие, и опыт, поэтому мы тоже хотим туда поехать, занимаемся организацией поездки. А «Богатырский стан» — это наша, скажем так, маевка.

Основа нашего фестиваля — краснодарский клуб «Южное княжество». Участников плавающее число — от 25 до 30 человек. Клуб и организовывает мероприятие. Руководитель — Андрей Андреев, который реконструирует князя — скандинавского воина-предводителя с острова Готланд. В фестивале участвуют наш клуб, клуб «Корсар» и «Гуллинбурсти» из Краснодара, клуб «Сеча Родогора» из Анапы, заезжают «Войны ветра» из Новороссийска и клуб «Тмутаракань» из Темрюка.

Тмутараканское княжество, кстати, существовало в тот же период раннего Средневековья на территории Крыма, Таманского полуострова. Эта земля — место притяжения, которое постоянно переходило из рук в руки, и там много культур, этносов. Много интересных предметов эпохи раннего Средневековья найдено и в наших окрестностях: знаменитый шлем из Казазова — он, кстати, хранится в нашем краеведческом музее, в Крыму найдены рунические камни, которые доказывают присутствие викингов в этих землях, и многое другое.


Этот период интересен тем, что в этих кругах реконструируют два самых крупных этноса — скандинавов и славянские племена. Но они существовали и действовали в то время вместе. Две культуры, два народа с похожей религией, с похожим культурным кодом, похожими традициями. Они самостоятельны, но при этом похожи. Есть и аланские племена — протокавказский этнос, давший основу очень многим существующим на Кавказе народам.

Интересно, что у них особый способ захоронений — камерные захоронения. Они, можно сказать, консервировали покойника со всем похоронным инвентарем, и, когда сейчас распечатывают эти захоронения, там почти все сохранилось в первозданном виде. А на Руси и в Скандинавии в раннем Средневековье бытовал обряд сожжения: труп знатного человека сжигали со всем его богатством, включая жен, слуг и лошадей, которых перед этим убивали, — чтобы ему не скучно было в загробном мире.

Железо после перегрева быстро теряет свою структуру, окисляется, разлагается, и очень мало предметов потом можно найти. А вот аланские захоронения сохраняются очень хорошо — даже рисунок шелка можно распознать, ткани, оружие почти в первозданном виде. Это интересно для реконструкции на юге России.

У нас Кавказ, супермультикультурный регион, и тяготения к определенному этносу нет, а если взять, допустим, Москву или Санкт-Петербург, северные города, там очень массовое движение, реконструирующее скандинавов, славян — наверное, в силу того, что другой национальный состав. И это вызывает очень большой интерес. У нас пока всё на уровне любительского движения — хотя очень много достойных реконструкторов и по комплектам, и по военному мастерству. Наши одноклубники постоянно занимают призовые места на всероссийских турнирах по фехтованию, боях дружин. На только что прошедшем «Русборге» наша дружина, объединенная с пензенским войском, заняла второе место в соревнованиях дружин.

— Где вы берете уроки?

— В принципе нам помогает департамент молодежной политики — выделяет нам место для тренировок на КСК, в центре молодежных культур. Какое-то время мы сами арендовали спортзал и там тренировались. Когда тепло, тренеры проводят занятия в парках.

— Расскажите о вашем образе.

— Мой герой, гнёздовский дружинник, — человек обеспеченный. Дружинники всегда были довольно богаты, если не были гуляками. Княжеские дружинники — профессиональные воины, которые занимались охраной и военными операциями для князя. Могли торговать, так как путешествовали и обладали особыми налоговыми привилегиями. Торговали с разными землями, связанными с княжеством договором. Но основным занятием дружинников были военные действия.

Они хорошо укомплектованы доспехами и оружием, владеют всеми его видами, а это лук, копье, меч, топор, сабля и другие виды оружия; знают морское дело, так как путь из варяг в греки предполагает перемещение и по морям на ладьях — драккарах, и по рекам — эти лодки волочили по земле, — то есть дружина — это физически подготовленный автономный княжеский спецназ.



Основа костюма дружинника — прямые штаны, шаровары, рубаха прямого кроя, кафтан, плащ. Нигде нет карманов: они появились только в XVI веке. Их функцию выполняли кошельки — ташки, демонстрировавшие определенный уровень достатка: в их отделке использовались дорогие металлы. Все, что человеку нужно было в быту, он носил с собой на поясе.

Обязательный атрибут свободного человека — нож. А также длинные волосы или на голове, или на лице — борода. Несвободные люди не имели права отращивать волосы и носить с собой ножи.

Пояс тоже свидетельствовал о положении человека. Этот — дорогой, но без украшений. Он ориентирован не на мой источник, для себя я его продолжаю делать. Тот будет соответствовать — этот же я выбрал как подходящий по региону, по периоду — просто он мне нравится.

Есть версия, что пояс олицетворял собой статус человека вплоть до того, что был своеобразным аналогом короны. Тогда корон не существовало, и князя или вообще знатного человека можно было определить по поясу, по накладкам, которые означали число боев, побед — достижений, заслуг.

Важный элемент одежды — кафтан, или так называемая свита: зависит от того, как выполнен разрез. Здесь он до пояса — это свита. Предмет этот шили из шерсти с шелковой отделкой: он дорогой, шелк — товар импортный. У нас все вещи, как положено, домотканые, их ткали вручную по старым технологиям. Это японский шелк с иранскими мотивами в росписи. Есть сейчас целые мастерские, которые занимаются пошивом предметов одежды для реконструкций. Конечно, лучший вариант — самому все сшить, но я шить не люблю и заказываю эти предметы. Всю одежду, которая на мне, сшила Софья Шашунова из Волгограда — один из лидирующих мастеров, связанных с реконструкцией.

Вот эта шапка сваляна в Воронеже. Тесьма на ней — шелк и золото — выткана в Пензе. Все сделано по источникам. А мастера находятся по всей России — их нужно искать. Вот интересный предмет — аналог носков, портянок, — обмотки. Они наматываются на ногу, на них есть серебряные крючки, которыми они цепляются, чтобы их можно было затянуть. Нужны обмотки для того, чтобы защитить ногу.

Шлем, с которого началась у меня вся история с реконструкцией. По нынешним временам это один из самых дорогих шлемов в изготовлении. Он сделан из стали, на нем очень много заклепок и, наверное, тысяч восемь колец.

Все это относится к одному захоронению: я стараюсь его полностью повторить. Один из предметов моей гордости — меч из дамасской стали. Это настоящий боевой меч, но он не заточен. Мы, когда деремся, бьем друг друга в полную силу. Если присмотреться, на узоре можно разглядеть тонкие полосочки. Они выполнены методом всечки: в металлических частях делаются бороздочки, порядка 11 на сантиметр, и в эти бороздочки забивается скрученная серебряная и медная проволока. За счет расстояния скруток каждая проволочка образует такой узор. Это уникальная ювелирная работа — отделкой этого меча мастер занимался месяца три.

Мой персонаж, помимо того что воюет, еще и занимается коммерцией: на севере покупает меха, которые очень ценятся в Византии, везет пушнину вниз, к грекам, там продает. Существовал военный договор: после того как князь Святослав осаживал Константинополь, для русско-скандинавского войска были созданы особые преференции: дружинники могли в определенном составе — кажется, до двухсот человек — спокойно заходить в город, никто не создавал никаких препятствий; могли занимать места на торговых улицах, их обязаны были бесплатно кормить, содержать на постоялых дворах, и они торговали без налогов.

Привозили пушнину и продавали ее, в Византии покупали шелк, украшения, специи, которые высоко ценились, невероятно дорогие красители для тканей, и все это поднималось в Европу и распродавалось в городах, через которые проходил путь из варяг в греки. Он шел из самой дальней точки Скандинавии, и первый город, основанный здесь и незаслуженно забытый, — Старая Ладога. Для людей, глубоко изучающих историю России, это первая столица Руси. Это место, где тяжелые, большие морские ладьи, драккары, оставляли и переходили на речные суда, поменьше. Здесь возник порт — военный, торговый, политический мультикультурный центр, и здесь пересаживались на речные лодки и шли вниз.

На этом пути и основали город Гнёздово, который возник после Старой Ладоги, и дальше шли с севера на юг до самого Константинополя. Это был аналог Шелкового пути, но тот проходил с востока на запад, а путь из варяг в греки — с севера на юг, сверху вниз.

Благодаря этой экономической и военной активности и возникло Русское государство. Этот экономический шлюз нужно было защищать — для этого необходимо было объединяться славянским и скандинавским дружинам. Мой персонаж путешествует по этому пути с князем, на заработанные деньги закупает товары и продает их намного дороже в Византии — здесь закупает то, что ценится в северных городах, и распродает уже там.




— Сколько вы потратили на реконструкцию образа дружинника?

— В какой-то момент я перестал считать траты. Дайте прикинуть. Одежда стоит около 50–60 тысяч рублей, наверное. Шлем в таком виде, как сейчас, — 40–45. Меч стоит около ста тысяч рублей. Если собрать все, выйдет примерно 300–350 тысяч. Но хороший стартовый комплект человек может создать и сам, и тогда затраты будут меньше, 25–30 тысяч рублей, и он уже сможет принимать участие в мероприятиях и в боях.

— А много времени посвящаете своему увлечению?

— Первый год — очень много. Торопился, очень глубоко сидел в источниках. Это было почти как работа. Я с утра до вечера этим занимался, отложил все остальные дела. Сейчас, после того как я практически подготовил свой комплект, который был главной целью, вопросов уже гораздо меньше. Но они сложнее: если бы все это было просто сделать, я бы уже сделал. И, в общем, я последовательно иду, лишних действий не совершаю, поэтому, наверное, это не так много времени сейчас занимает. Каждый день все-таки я об этом думаю, час-два в день этому уделяю — или размышлениям, или общению на этот счет, или изысканиям.





— Вам интересны исторические фильмы и книги на эту тему?

— Да, безусловно. Кино — это отдельная боль. Тематика эпохи викингов очень популярна сейчас, но практически нет современных фильмов, которые предметно следовали бы историческим фактам. В основном отдают дань визуальным эффектам. Те же затертые викинги в шлемах с рогами, которых, то есть рогов, никогда не было. Ни одного викинга в рогатом шлеме просто не было. А появились эти рога в конце ХIХ века: в 1876 году на основе картин шведского художника Августа Малмстрёма Карл Эмиль Доплер, театральный костюмер, создал позолоченные рогатые шлемы для персонажей оперы Вагнера «Кольцо Нибелунгов», чтобы придать образам демонизма. Но этот стереотип эксплуатируется до сих пор. Люди снимают фильмы и приделывают викингам эти безумные рога, с которыми просто невозможно воевать: ты даже мечом не замахнешься — собьешь себе шлем.

Все же нас очень радует то, что людей в принципе эта тема интересует. Сейчас готовятся съемки российского фильма «Викинг» — насколько я знаю, для съемок построят историческую деревню в Крыму, на территории которой потом состоится фестиваль. Для нас это только радость — что мы сможем туда ездить и в антуражном, исторически выдержанном месте проводить фестивали, встречаться с друзьями. Это классно.


Что касается книг, художественной литературы, многих это интересует, но меня — нет. У меня есть мои предметы, я знаю, в каких книгах о них написано, но для меня проблема найти эти книги, чтобы прочитать. Мой комплекс был открыт в 1885 году — раскопан курган. Интересно, что в Гнёздове, нынешнем Смоленске, около пяти тысяч курганов. А курган — очень дорогое явление: представьте, нужно похоронить человека, насыпав курган высотой 15 метров. Сколько на это надо денег, воли, какой должен быть статус у человека, чтобы обеспечить себе такие похороны. И в Гнёздове пять тысяч таких курганов!

Показатель, какой была концентрация богатых и знатных людей в этом городе, насколько он был важен. Вот в Москве есть Новодевичье кладбище, куда просто так покойник не попадет, — так же и в Гнёздове: это уникальный некрополь. Многие из курганов даже не раскопаны — их считают, замеряют, о них знают, но археология — это такой медленный, выверенный процесс, что там еще, наверное, на несколько столетий работы.

Поэтому, что касается фильмов и книг, это большое подспорье для развития движения, однако не во всех случаях это исторично. Но те, кого интересует история, всегда могут пообщаться с нами, и мы много чем можем поделиться, о многом рассказать.

Подписка на обновления

Материалы на нашем сайте обновляются практически ежедневно. Подпишитесь и первыми узнайте обо всём самом интересном!

Авторизация

Видео

Лекция и практика школы "Русская Традиция" от 11.03.2010

Велеслав - Десный путь в славянском Родноверии. Беседа вторая

Лекция школы "Русская Традиция" от 30.05.2009

Алексей Почерников - О святилищах

Поиск

Журнал Родноверие