Самым, пожалуй, основополагающим поверьем мордвы, на котором строится весь массив поминального культа, является убеждённость в том, что души умерших имеют возможность приходить из потустороннего мира к своим родственникам.

Так, по представлениям эрзян после погребения душа умершего до сороковин навещала своих родных. Для того чтобы она смогла найти дорогу домой, в избе горели свечи. В настоящее время в Кочкуровском районе Республики Мордовия ежедневно с наступлением сумерек и до утренней зари не выключают в одной из комнат электрическое освещение. Вечером накануне поминок устраивают кучмолият (от эрз. слова кучомс ‘посылать, отправлять, проводить’). К поминальному столу пекут пироги и блины, варят кашу и кисель, готовят различные блюда, заканчивают приготовление браги.

В настоящее время, перед тем как сесть ужинать, старшая в семье женщина, делая крестное знамение перед иконами на божнице, напоминала умершему, что завтра его память, и звала его вместе с почившими родственниками и знакомыми из потустороннего мира к поминальной трапезе поужинать.

В прошлом для приглашения души почившего ходили на могилу поминаемого.

Разложив съестные припасы на широкое холщовое полотенце или платок на краю могильного холма, звали умершего такими словами:

«Встречай-ка, сыночек (называют имя), дорогой сыночек, да разделится надвое, сыночек, серебряная насыпь твоей могилы, да распадется на шесть, дорогой, из шести досок твой дом, да раскроются, сыночек, саваны, положенные с тобой, стань легче легкого хмеля, сделайся зелёной бабочкой, встань, дорогой сыночек, на вершину медного креста твоего, рассмотри, ненаглядный, как в поле, сыночек, плакучей березой качаюсь, без дождя мокну, дорогой сыночек, места себе не нахожу, в горячем огне горю, дорогой сынок-сыночек, садись с правой стороны от меня, давай поговорим-побеседуем, как, сынок-сыночек, после [например] шести недель, где тебя водили, что видели глаза твои, куда определили твою головушку, есть или нет, сыночек, у тебя призрак, было или нет, сыночек, у тебя свидание с братом, рассказал обо мне или нет…»

После окончания причети обращались к умершему: «Собери, сынок, весь род за один стол, на один платок». Немного поев, почившему говорили: «Идём, сыночек, домой есть горячий суп»

Немного из еды съедали, положив прежде всего несколько кусочков на могильный холм или на крест. Присутствовал почивший на поминках, по поверьям и суевериям, невидимым образом. отождествляли с так называемым заместителем умершего — человека, игравшего роль поминаемого. Его представлял обычно родственник или знакомый.

И. И. Лажечников это действо описывал так:

«Ждут гостя в деревню. Толпы народные движутся в нетерпении. Наконец, со стороны кладбища является он, верхом, нахлобучив шляпу на глаза. Тихо и недалеко проезжает он раз по улице, в другой раз рысью далее, в третий еще дальше во всю прыть. У крыльца одного дома хозяин, жена, сноха бросаются с криком на приезжего, останавливают лошадь за повода, хватают его самого и в радостном торжестве вводят в дом. Садится таинственный гость на большом месте, под святыми иконами, не скидая шляпы. Перед ним стол; накрытый скатертью браной, отягощенный различными яствами и стеклом с играющим пенником. Он не касается яств лакомых, не пьет радости из чары круговой.

Около него, на скамьях, сидят друзья, родные, собеседники. Он не заведет с ними разговора. Молодая женщина, небрежно повязанная платком, не смея на него взглянуть, стоит у дверей и горько рыдает. На него боязливо указывает мальчик, лет четырех, качая в люльке плачущего младенца, и приговаривает: «Нишни! Вот тебе даст тятя!» Старушка, всплеснув руками и опершись на них подбородком, вперила слезящиеся очи на таинственного пришельца. Кажется, они хотят высказать: «Гость наш желанный, где ты был так долго? Молви нам хоть одно слово ласковое, приветливое». Но гость молчит... Не разрешатся уста его, связанные печатью свинцовой. Кто же этот гость неразгаданный? Покойник – с того света. Уж недель шесть, как простились с ним мать, жена, брат и дети; уже шесть недель, как спеленали его в саван белый, заколотили в домовище и зарыли глубоко в мать-сыру землю; но он в урочный час разорвал оковы тесовые, разрыл землю, его тяготившую, и приехал погулять по белому свету, подышать свежим воздухом, посидеть с родными и друзьями и потом проститься с ними уже прощанием вечным. Только через шесть недель после смерти, и то не более дня, дозволено покойнику приходить в здешний мир в телесной одежде; с закатом солнца он сбрасывает ее навсегда и после того не иначе может явиться в этот мир»

Из глубокой седой старины осталось упоминание о том, что мордва в былые времена поминала своих усопших только два раза в год: один раз осенью, второй раз весной. Спать в эту ночь родным не полагалось. Наутро после празднества мордва имела обыкновение гулять друг с другом, веря, что с ними вместе веселились и их усопшие предки. В явное доказательство их присутствия они брали с собой их украшения или предмет одежды. Люди были уверены, что духи предков, погуляв с родственниками, отправлялись обратно на место вечного успокоения.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Поиск

Журнал Родноверие