Описание обряда жреческого посвящения и имянаречения.

Кому Мара не мать, тому Велес не отец.

Инициация – это всегда смерть. Иногда – буквальная, но чаще символическая, аллегорическая. Об одном из обрядов жреческого посвящения и имянаречения мы расскажем далее.

Дело происходило до Летнего Солнцестояния (Купала) в лесу под славным и старым городом Томском, совместно сообществом г. Новосибирска «Svarte Aske» и местной родноверческой содругой «Сибирская Воля». Далее я буду описывать основную канву ритуальных действий, курсивом добавляя свои комментарии по реальным событиям.

День первый, накануне

Любому обряду посвящения, и имянаречения в том числе, предшествует определенный пост. От минимальных ограничений, до многодневной очистительной аскезы и отрешения, пребывания как бы уже умершим для прежнего «себя» и мира. Из рациона исключается «праздная» еда, алкогольные напитки, мясо. Практикуется воздержание и сосредоточение на внутреннем и отрешение от всего внешнего.

День накануне был посвящен дороге и последним приготовлениям, дошиванию одежды женщинами, снаряжением в путь. Посвящаемых было двое. В последний вечер решаем все вопросы, связанные с именами. Один человек не знает своего будущего имени, так как оно выбиралось предварительно мной на нашем капище путем гадания. Второй человек решился с именем заранее.

День и ночь ритуала

Утром отправляемся в путь за Томск. Через некоторое время подъезжаем к бережку небольшой, метра три в ширину, но быстрой и прохладной неглубокой речке. Далее путь пешком. Переходим реку, переносим вещи на возвышенное место недалеко от берега.

Посвящаемые с пробуждения сохраняют молчание. Они также ограничены в способах общения с другими (жесты, текст и т.д.). Суть этого ограничения не в том, чтобы человек «заткнулся», а в том, чтобы он хранил мертвое безмолвие, предшествующее его будущему рождению. Молчание – это тишина смерти, выпадение из круга присутствующих в Яви (явном мире).

По приходу на место подготавливаем все необходимые принадлежности, разведываем место, оговариваем с соратниками посвящаемых все нюансы. Ждем захода солнца.

В назначенный час после захода солнца, но до полуночи, нарекаемые ложатся на сырую землю.

Гусляр начинает петь обрядовую песнь, отпевая почивших нарекаемых.

В это время женщина омывает тела усопших речной водой.

Гусляр поет, ему вторит бубен в руках ведущего ритуал жреца.

В нашем случае мы использовали следующие обрядовые песни и причитания:

На отпевание Исполнитель (гусляр):

Идёт Смерть по улице,
Несёт блины на блюдце:
Кому вынется— тому сбудется,
Тому сбудется— не минуется!

Распорядитель (жрец): Гой, Черна Мати!

Хор: Гой-Ма!

Распорядитель:

Речёт Мара таковы слова:
Аз есмь Смерть бледная,
Смерть безродная да безымянная,
Смерть безпосульная!

Распорядитель: Гой, Черна Мати!

Хор (собравшиеся): Гой-Ма!

Исполнитель:

Идёт Смерть по улице,
Стучит Смерть в воротца,
Кому стукнется— тому сбудется,
Тому сбудется— не минуется!

Распорядитель: Гой, Черна Мати!

Хор: Гой-Ма!

Распорядитель:

Речёт Мара таковы слова:
Пришла Я тя, имярек, воскушати,
Бело тело твоё, имярек, порушати!»

Распорядитель: Гой, Черна Мати!

Хор: Гой-Ма!

Распорядитель:

Речёт Мара таковы слова:
Пришла Я тя, имярек, воскушати,
Бело тело твоё, имярек, порушати!»

Распорядитель:Гой, Черна Мати!

Хор: Гой-Ма!

Исполнитель:

Ай, ту-ту, ту-ту, ту-ту
Не вари кашку круту
Вари жиденькую
Молочненькую
Куму поминать
Куму поминать:
— А где кума?
— А где кума?

Хор:

— За ворота ушла.
— За ворота ушла.

Исполнитель:

— А где ворота?
— А где ворота?

Хор:

— Вода унесла.
— Вода унесла.

Исполнитель:

— А где вода?
— А где вода?

Хор:

— За горы ушла.
— За горы ушла.

Исполнитель:

— А где гора?
— А где гора?

Хор:

— Черви выточили.
— Черви выточили.

Исполнитель:

— А где черви?
— А где черви?

Хор:

— Гуси выклевали.
— Гуси выклевали.

Исполнитель:

— А где гуси?
— А где гуси?

Хор:

— Во тростник ушли.
— Во тростник ушли.

Исполнитель:

— А где тростник?
— А где тростник?

Хор:

— Девки выломали.
— Девки выломали.

Исполнитель:

— А где девки?
— А где девки?

Хор:

— За мужья ушли.
— За мужья ушли.

Исполнитель:

— А где мужья?
— А где мужья?

Хор:

— На войну ушли.
— На войну ушли.

Исполнитель:

— А где война?
— А где война?

Хор:

— Война выгорела.
— Война выгорела.

Исполнитель:

— А где пепелок?
— А где пепелок?

Хор:

— Унёс ветерок.
— Унёс ветерок.

Исполнитель:

— А где ветерок?
— А где ветерок?

Хор:

— Улетел на восток.
— Улетел на восток.

Исполнитель:

— А где восток?
— А где восток?

Хор:

— Там, где солнышко встаёт.
— Там, где солнышко встаёт.

Распорядитель: Гой, Черна Мати!

Хор: Гой-Ма!

Распорядитель:

Как душа да с белым телом расставалася,
Быв, как облако она да подымалася.

После этой песни жрец окуривает лежащих на земле нарекаемых тлеющей хвоей – навным деревом, произнося заговоры.

В нашем случае заговор был следующий:

Идёт Мара по улице,
Несёт блины на блюдце:
Кому вынется— тому сбудется,
Тому сбудется— не минуется!
Речёт Мара таковы слова:
«Аз есмь Смерть бледная,
Смерть безродная да безымянная,
Смерть безпосульная!
Пришла Я тя, имярек, воскушати,
10. Бело тело твоё, имярек, порушати!»
Идёт Мара по улице,
Стучит Мара в воротца,
Кому стукнется— тому сбудется,
Тому сбудется— не минуется!
Гой, Черна Мати! Гой-Ма!

После этих слов жрец берет умерших посвящаемых за левые руки и ведет к месту погребения. За ними следует похоронный поезд из людей, прибывших на ритуал. Они несут необходимую утварь, причитают, скорбят.

В нашем случае мы шли ночью через поле к подлеску.

В назначенном месте посвящаемых ждут две могилы с простыми сосновыми гробами.

Посвящаемые ложатся в гробы, они заколачиваются. В гробы можно также положить деньги, оружие, одежду и скарб для умерших, как знаки их статуса.

Один гвоздь в изголовье. В оговоренных случаях можно оставить канал для воздуха.

Соратники посвящаемых закапывают гробы землей, собравшиеся прощаются с умершими имярек.

Жрец сопровождает это действо игрой на бубне, тем самым сопровождая умерших в их путешествии в Навь.

В этот момент над закапываемыми могилами очень низко начала летать летучая мышь, животное являющееся проводником душ в иной мир. Она летала ровно до момента полного погребения гробов.

Соратники посвящаемых отправляются обратно, где за столом начинают править поминальную тризну по умершим, вспоминать их добрым словом и песней.

В это время жрец зажигает свечу между могил и начинает плясать на могилах, сопровождая это действо игрой в бубен, входя в экстатическое состояние, провожая своих друзей в Навь, откуда они должны вернуться в новом качестве. В этом состоянии жрец может напевать скорбные песни, выкрикивать славления Богам и умершим.

После некоторого времени пляски и игры на бубне к могилам в полной темноте вернулась летучая мышь и стала кружить над свечой. Это было расценено как то, что она вернула души из Нави, а значит – пора откапывать и воскрешать новых людей. После небольшой сверки выяснилось, что летучая мышь вернулась через пару минут после полуночи и через полчаса после погребения.

Жрец зажигает факел и единолично откапывает посвящаемых. Они продолжают хранить безмолвие, так как в этом состоянии они ещё не люди.

При извлечении из гробов жрец срезает старую одежду посвящаемых и оставляет её в гробах с иными вещами. Посвящаемые в этот момент, хоть уже и вернулись в Явь, но все ещё являются пограничными фигурами; у них еще нет имени и новых одежд.

Жрец берет посвящаемых за правые руки и ведет их к реке или иному водоему.

Дойдя до реки, жрец омывает посвящаемых сырой водой, приговаривая очистительные заговоры и отгоняя возможных злых духов.

В нашем случае мы вернулись к реке, которая отделяла нас от дороги и находилась в низине относительно места будущего имянаречения.

После омовения жрец ведет посвящаемых к поляне, где заранее сложен костер для обряда имянаречения.

Здесь есть вариации, можно сохранить одежду нарекаемых на них и при ритуале разрезать её и бросить в костер. В нашем случае одежды были разрезаны при обряде имянаречения, а после брошены в гробы.

Вокруг костра встают соратники нарекаемых.

Нарекаемые встают на одно колено перед костром и ликами Рода и Богов, общинниками.

Жрец проводит обряд имянаречения посвящаемым, славит Богов и всех собравшихся, наделяя посвящаемых новыми именами и жизнями.

Мы не будем полностью воспроизводить ритуал имянаречения ибо они подробно описаны в соответствующей литературе, например см. Велеслав «Основы Родноверия».

После наречения именами, посвященные одевают новые одежды и произносят свои первые слова – славления Богам, а также приносят первые требы.

После имянаречения двое посвященных взяли свои одежды и самолично бросили их в гробы, которые сами же и закопали.

Соратники посвященных радушно принимают их обратно в Явь в новом обличии, за столом правится праздничный пир, поются песни.

Ведающему – достаточно.

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter

Поиск

Журнал Родноверие