О возникновении вселенной, о начальном этапе существования Земли и формировании ее ландшафтов, о происхождении человека и устройства социальной структуры, о появлении занятий и орудий труда повествуют так называемые космогонические мифы. Космогонические представления, запечатлевшиеся в более поздних, чем сами мифы, фольклорных текстах, произведениях разных видов искусства, в обрядовой практике и даже в языке, существуют практически у всех народов.
Род и Рожаницы – персонажи славянской мифологии, известные по восточнославянским средневековым источникам, и связанные, по всей видимости, с представлениями о судьбе и роде человека. Рожаницы, кроме того, известны фольклору многих славянских народов. Часто рассматриваются вместе, поскольку во множестве случаев встречаются рядом в первоисточниках.
Род и Рожаницы не упоминаются в текстах, описывающих дохристианскую религию славян, и в основном встречаются в поучениях против язычества, борющихся с нецерковными народными представлениями в уже доминирующей христианской среде. Только древнерусские тексты знают Рода, что ставит под сомнение возможный его статус как общеславянского верховного божества.
Хорс — древнерусское языческое божество.
Сварог – восточнославянский бог, традиционно интерпретируемый как покровитель огня и кузнечного ремесла. Многие исследователи видят образ общеславянским.
Единственное упоминание Сварога во всей древнерусской литературе встречается в Ипатьевской летописи за 1114 год (далее ПВЛ – «Повесть временных лет»). Здесь летописец приводит значительный фрагмент из славянского перевода «Хронографии» Иоанна Малалы, представляющую собой византийскую всемирную хронику. Эту цитату он сопровождает самостоятельными вставками.
Эббон, «Житие Отгона, епископа Бамбергского» (XII в.):
Щецин <...> заключает в себе три горы, из которых средняя и самая высокая посвящена верховному Богу язычников Триглаву; на ней есть трехглавое изваяние, у которого глаза и уста закрыты золотой повязкой. Как объясняют жрецы идолов, главный Бог имеет три головы, потому что надзирает за тремя царствами, то есть небом, землей и преисподней <...>
В мифологиях разных народов структура мирового пространства воспринималась состоящей, как правило, из трех частей.
Радослав Катичич и Витомир Белай попытались реконструировать мифологию, окружающую Ярило. По мнению этих авторов, он был довольно типичным божеством жизни-смерти-возрождения, которое, как полагают, рождалось и убивалось каждый год. Его мифический жизненный цикл отражал жизненный цикл урожая пшеницы, от его рождения при посеве через цветущую молодость до его жертвенной смерти во время сбора урожая.
Сведения по восточнославянской мифологии из ранних письменных источников и поздних верований, накопленные к середине XX века, позволили известным ученым В. В. Иванову и В. Н. Топорову выдвинуть гипотезу об «основном» мифе, которая базируется на сравнительно-типологическом методе и методе реконструкции.
Дажьбог — одно из упомянутых имен в списке киевских богов, очевидно, славянское, состоящее из двух корней.
Ученые-лингвисты определили, что слово «бог» в древности обозначало не только божество, но также и богатство, долю: на это указывает, например, противопоставление слов «богатый» и «убогий» с их первоначальными значениями «наделенный долей» и «лишенный доли», хотя в современном языке эти слова приобрели уже несколько иные смысловые оттенки. Поэтому, исходя из смысла корней, составляющих имя Дажьбога, его можно рассматривать как божество, «дающее богатство, долю».
Традиционные представления о св. Власии генетически восходят к образу языческого скотьего бога Волоса (Велеса). Соединению образов языческого божества и христианского святого в народном сознании способствовала, вероятно, звуковая близость их имен.
У русских, св. Николай почитался как покровитель путешественников. Не случайно его имя всегда упоминалось в молитвах и приговорах при отправлении в дорогу. В северных губерниях Европейской России св. Николая особенно чтили рыбаки и мореходы.
В этом плане показателен обряд, распространенный среди жителей около Онежского озера. Каждый год накануне зимнего Николы перед всенощной из каждой рыбацкой семьи собирались старики и делали на берегу антропоморфное чучело, сажали его в дырявую лодку и пускали по воде, где оно тонуло.