Волнуем воздухом, как легкая завеса, С вершин альпийских гор спускается туман. Уж высятся над ним кой-где макушки леса... И вот — весь выступил он, красками убран, В которые рядить деревья любит осень, Не трогая меж них зеленых вечно сосен.
Земля, ты солгала! Ужели лишь во сне, Без чувства и без сил, лишенная сознанья, Ты делишь страсть мою, и на мои желанья, Холодная, ничем не отвечаешь мне?!
Нет, я не пастушок с свирелью и в лаптях И не вздыхатель я смиренный и покорный. Под властною моей десницей необорной Земля смиряется, богинь объемлет страх,
Я – Лето, Солнца мать. Когда-то ночи тьму Рассеяв, родила я в небеса Дажбога. Прекраснее, чем он, нет и не будет бога, И всю мою любовь я отдала ему...
Над небом и землей и адом властелин, С повязкой на устах и на очах златою, Стою в безмолвии. Не жди. Не удостою Я прорицанием. Мне наших десятин, Елея, петухов – не нужно. Я один Из сонмища богов даров не жду. Струею Курений жреческих и тихою мольбою Довольствуюсь. Сварог уж длинный ряд годин Не смотрит на грехи людские. Пусть другие Карают вас. А мне наскучило карать, Давать вам знаменья, благословлять на рать... Земля постыла мне. Люблю небес круги я. В них плаваю, блажен, и не хочу взирать, Как корчатся тела закланные нагие.
Как туча черная, мой темен грозный лик, Глядящий на тебя со дна священной чаши. Ты счастлив, что теперь не могут лица наши Иначе встретиться — под грозный бранный клик.